Заклятие древних маори - Найо Марш

Хойя плюхнула на стойку последнюю тарелку, спустила воду из раковины и покинула кухню, оставив там относительный порядок. Хойя жила со своей семьёй в поселении маори по другую сторону горы и, благо Клэры отпустили её на остаток дня, решила сходить туда и переодеться в праздничный наряд. Обогнув дом, она пересекла пемзовую террасу, прошла по тропинке, огибающей горячее озеро и, миновав подножие горы Ваи-ата-тапу, зашагала через долину термальных источников. Свинцовое небо угрожающе набухло, воздух был удушающе неподвижен. Хойя, казалось, не шла, а скользила. Естественно и непринуждённо. Она словно была составной частью этого первобытного ландшафта. Белые люди ходили по этой земле, а маори были её сущностью. Такой же как окружающие деревья, озера и горы.

Вскоре тропа привела Хойю к высоким зарослям мануки. Внезапно из-под сени деревьев навстречу Хойе вышел молодой человек. Эру Саул, полукровка. Из уголка его губ свешивался окурок.

— Ху! — сказала Хойя. — Тебе-то чего здесь нужно?

— У тебя ведь выходной, да? Пойдём погуляем.

— Некогда, — отрезала Хойя. И двинулась вперёд, но Эру удержал её, схватив за руку.

— Нет, — сказал он.

— Отстань!

— Но я хочу поговорить с тобой.

— О чем? Говорить, говорить, говорить… Заладил, как испорченная пластинка. Утомил ты меня.

— Знаешь что… Поцелуй меня, а?

Хойя расхохоталась, закатив глаза.

— Ты совсем обалдел. Веди себя прилично. Миссис Клэр тебя живьём сожрёт, если ты будешь ко мне приставать. Я спешу домой.

— Постой, — пробормотал юноша, обнимая её. Хойя отбивалась, посмеиваясь. Эру отступил на шаг и гневно заговорил:

— Ясно, я для тебя рылом не вышел. С пакеха связалась, да? С белыми якшаешься?

— Замолчи, дуралей! — гневно прикрикнула Хойя. — Гадкий мальчишка.

— Понятно, у меня нет машины, и я не ворую. А Квестинг твой — вор! Ворюга!

— Ерунда! — вспыхнула Хойя. — Он — хороший.

— А зачем он лазает по ночам на Ранги? Какие у него там дела?

— Да, ты только языком чесать и можешь.

— Передай ему, чтобы впредь поостерёгся, не то я ему рога поотшибаю. Как тебе это понравится?

— Мне-то? Да мне наплевать на него.

— Неужели? Ну-ка, повтори!

— Отстань от меня! — Хойя нетерпеливо топнула ногой. — Вот привязался, дубина. Прочь с дороги! Вот пожалуюсь прадедушке, и он наложит на тебя макуту.

— Ха! Эру никому не заколдовать!

— Моему прадедушке это — раз плюнуть, — засверкала глазами Хойя.

— Послушай, Хойя, — увещевающе заговорил Эру. — Ты ведь с динамитом играешь. Это может для тебя плохо кончиться. И ещё — в следующий раз, когда этот пакеха предложит тебе прокатиться, передай ему от моего имени, чтобы он оставил тебя в покое. Ясно? И добавь, что если он ослушается, то следующий поход на Ранги станет для него последним.

— Сам ему это скажи, — окрысилась Хойя. И присовокупила к этим словам крепкое маорийское выражение, заставшее юношу врасплох. Змейкой проскользнув мимо стоящего с отвисшей челюстью Эру, девушка припустила по тропинке.

Эру стоял, хмуро пялясь в землю. Истлевший окурок опалил ему губу. Эру сплюнул. Затем повернулся и медленно побрёл следом за исчезающей вдали Хойей.