Герой жестокого романа - Мария Жукова-Гладкова

– Не хочу.

– Врешь, – сказал он. – Боишься, что отравлю?

Я в очередной раз застыла на месте. Он что, и мысли читать умеет? Господи, кому в лапы я попала? Почему не послушалась дядю Леню?

Саша тем временем взял мой бокал и спокойно отхлебнул из него. Поставил на место. Посмотрел на меня с ухмылкой. Только глаза оставались совершенно холодными…

– Ну?

– Я в самом деле не хочу, – промямлила я. Пить расхотелось. Хотелось только домой. Стало страшно. В квартире стояла тишина. Соседей не слышно. Да вообще-то тут толстые стены… Но иногда какие-то звуки все равно доносятся. У Ритки ведь поблизости квартира. И у Светки похожая. Но тут не было слышно ни соседей, ни звуков с улицы. Тихий двор, середина недели, зима…

– Можно, я позвоню папе? – голосом маленькой девочки вновь попросила я. – Ну, пожалуйста?

– Погоди немного. Успеешь.

Саша достал пачку «Мальборо», предложил мне, я покачала головой, он закурил, пуская дым кольцами, и сидел в задумчивости.

Я не могла дольше оставаться в неведении и решилась задать мучивший меня вопрос:

– Что ты от меня хочешь?

– А как ты думаешь? – перевел он на меня взгляд с потолка, который усиленно рассматривал.

Теперь он глядел на меня изучающе – как ученый рассматривает под микроскопом какую-нибудь амебу или инфузорию туфельку, которая, как оказалось, еще умеет говорить. Причем по-русски.

Не знаю почему, но я ляпнула:

– Тебе что-то нужно от моего отца.

Как оказалось, попала в точку.

Саша на мгновение выразил удивление, потом хихикнул, глянул на меня заинтересованно (теперь уже как на человека), расхохотался, покачал головой и уточнил:

– А что я могу хотеть от твоего отца?

– Этого я не знаю. – Я помолчала и добавила: – Я не в курсе его дел.

– Ну и правильно, что в них не вникаешь. Это не для женского ума. Такую красивую головку не надо забивать мыслями о мужских проблемах.

И он потянулся через стол, чтобы снова погладить меня по щеке. Но ситуация изменилась… И я теперь смотрела на него совсем не так, как смотрела в коридоре.

В общем, я дала ему по руке. Он снова хохотнул, но не обиделся.

– Мальчик-то есть? – спросил у меня.

Хотя я никогда в жизни не ругалась матом, в этот раз мне очень захотелось послать Сашу далеко и надолго. Я ограничилась тем, что заявила, что это не его собачье дело.

– Жаль, такая красота пропадает, – сказал Саша.

– Что?! – не поняла я.

Он приподнял одну бровь, усмехнулся, прищурился. В этот момент он напоминал хитрого лиса – и глаза его, то ли в отсветах лампы с красным абажуром, то ли по какой-то другой причине, сделались рыжеватыми. Да что ж это такое, в самом-то деле?! Что за хамелеон?

– Папа тебя блюдет? – тем временем говорил Саша. – На презентации с собой таскает. С подружками разрешает бывать только в его клубе и под зорким оком его подчиненных. Отдыхать ты в последний раз тоже с ним ездила?

– А твое какое дело? – огрызнулась я.

– Жаль просто, что такая красота пропадает, – на бис повторил Саша. – Но раз папа тебя так дорого ценит… Что ж не воспользоваться?

– Что тебе от него нужно?! – крикнула я, доведенная до белого каления, сдержаться не смогла, схватила бокал с джином и выплеснула в Сашину ухмыляющуюся физиономию. Это развеселило его еще больше.

Я быстро огляделась, схватила две подушечки, лежащие в углах дивана, и по очереди запустила в Сашу. Он хохотал, не переставая. А он случаем, не псих? – пронеслась мысль.

Теперь в его глазах плясали черти…

– Иди ко мне на колени, – пригласил он, прекращая гогот, но улыбаясь и раскрывая объятия. – Поцелуемся. Целуешься ты неплохо.

– Пошел вон, – процедила я.

– Куда? Это ж моя квартира!

Я не знала, что ответить. Саша тем временем переместился на диванчик, приобнял меня, я попыталась вывернуться, но не тут-то было, хватка у него железная…

Правда, сопротивлялась я недолго… Его губы накрыли мои, я сделала еще одну попытку вырваться, но больше мне этого делать не хотелось… Не знаю уж, как целуюсь я, но он это делал так, как ни один парень, с которыми доводилось встречаться мне… Как и час назад в коридоре, я на несколько мгновений отрешилась от реальности.

Оторвавшись, Саша глянул мне в глаза, потом крепко прижал меня к себе, снова поднял мое лицо к своему и опять поцеловал. Я млела… И готова была на все, что он только захочет… Только бы захотел, правда.

После того, как он остановился во второй раз, я прочитала в его глазах сожаление, но не успела спросить, чем оно вызвано. Саша опять посмотрел на часы и сказал:

– Пора. Звони отцу.

Я врезала кулаком ему по груди. Я не знала, как мне себя с ним вести. За кого он меня принимает? Как он меня воспринимает? И я, идиотка, позволила ему… себе… Он же издевается надо мной!

Саша тем временем встал, сходил в прихожую и вернулся с аппаратом на длинном шнуре, поставил его передо мной и кивнул. Сам опустился в кресло напротив.

– На мобильный, – подсказал только.

– Обойдусь без твоих подсказок.

Правда, я не стала объяснять, что нового домашнего номера отца не знаю – только сотовый и рабочие.

– Кстати, а что я должна ему сказать? – уточнила я, в глубине души надеясь, что Саша предложит мне сегодня остаться у него.

– Что ты у меня в гостях.

– И?

– Просто скажешь, что ты у меня в гостях. Думаю, этого будет достаточно. – Саша издал смешок.

Ну и что тут веселого?

В общем, я позвонила.

– Что еще, Ксения? – рявкнул папа. Он был явно недоволен и не рад меня слышать. – Мне сейчас очень некогда. Перезвони завтра. Лучше послезавтра.

Может, лучше вообще больше никогда не звонить? – хотелось спросить мне, но тут подал голос Саша:

– Она у меня, Владик.

На другом конце повисло молчание.

– Ты не ошибся, Колобок, – невозмутимо продолжал Саша. – В гости заедешь? Приглашаю. – А потом другим тоном добавил: – Давай быстро ноги в руки и ко мне. А то дочка тебя уже заждалась.

И продиктовал адрес. Я на всякий случай запомнила.

Папа приехал через двадцать минут, на протяжении которых мы с Сашей перекинулись лишь парой слов. Я не знала, чего ждать от появления отца. И как он воспримет то, что я оказалась здесь… Ведь дядя Леня, наверное, завтра, то есть уже сегодня, ему все расскажет. Надо бы поговорить с ним, мелькнула мысль. И предупредить. Хотя о чем? Нет, дядю Леню я вообще упоминать не буду. Не хочется его подставлять – сама дура, что поддалась этому змею-искусителю.