Смерть на заброшенной ферме - Энн Грэнджер

Они поравнялись с двумя транспортными средствами, стоявшими у ворот фермы. Джесс недовольно покачала головой, узнав патрульную машину. За ней стоял старый грузовичок с открытым кузовом, доверху нагруженный сломанными бытовыми электроприборами, побитыми кухонными плитами, поцарапанными стиральными машинами и прочим металлоломом. Она углядела даже большую сломанную кофеварку. Когда они поравнялись с кабиной, распахнулась дверца, и на землю спрыгнул приземистый пожилой толстяк в старом свитере и грязных джинсах. Джесс он смерил враждебным взглядом.

— Вы кто такие? — буркнул он.

— Инспектор Кемпбелл, — представилась Джесс и указала на Фила: — Сержант Мортон.

Фил, как положено, показал свое служебное удостоверение.

Черные глазки впились в удостоверение. Внимательно прочитав его, толстяк развернулся к Джесс и осмотрел ее не менее тщательно. Затем он глухо проворчал — казалось, звуки исходили откуда-то из-под неряшливого свитера:

— Я Илай Смит, а здесь… — он махнул загорелой рукой, — здесь, к вашему сведению, моя ферма, моя земля.

— Это вы звонили в полицию и сообщили о трупе?

— Да, — проворчал Смит, поджимая губы. — Значит, женщина?

— Насколько я понимаю, труп женский, — ответила Джесс, словно нарочно неправильно истолковывая замечание толстяка.

Черные глазки блеснули. Джесс подумала: Илай Смит — совсем не дурак. Хотя, видимо, иногда не прочь изобразить полного болвана.

— Ну да, по всему видно. Я к ней близко не подходил. Сразу вас вызвал. Возиться с покойниками — ваше дело, — надменно добавил Илай. — Мое дело металлолом собирать.

— Вижу. — Джесс оглядела содержимое грузовичка. — Где вы столько насобирали?

— Все законно! — тут же вскинулся Смит. — У меня и расписки имеются!

— Значит, мистер Смит, землю вы не возделываете? — для проформы поинтересовался Мортон.

В черных глазках мелькнуло презрение.

— Нет, не возделываю. Сейчас фермерством немного заработаешь. Вот и держу землю до поры до времени.

— До какого времени?

— А! — Мистер Смит провел мозолистым пальцем по крылу носа. — Сами знаете.

Джесс вздохнула:

— Мистер Смит, расскажите, как вы обнаружили тело.

Илай явно заволновался. Несмотря на сильный загар, лицо его побагровело.

— В моих владениях! Нарушение частной территории — вот как это называется!

— Вы не возделываете землю, и как же используете участок?

— Храню свои запасы, — с достоинством ответил Смит. — А что?

— Да нет, ничего. Пожалуйста! Значит, фермерством вы не занимаетесь… А сами здесь живете?

Илай Смит наградил Джесс еще одним презрительным взглядом:

— Нет, не живу. Вы сначала на дом взгляните, а потом задавайте свои дурацкие вопросы. Дом-то заколочен! Совсем разваливается… Крыша прохудилась. — Илай состроил скорбную мину. — Конечно, разве ремонт по карману бедному старику?

— Почему тогда не продадите ферму? — спросил Фил. Ему надоело переминаться с ноги на ногу под дождем.

— Да я ведь вам уже сказал, — мрачно ответил Смит, — придерживаю до поры до времени.

— Совсем рехнулся, — прошептал Фил Мортон.

Джесс отошла от них на несколько шагов и посмотрела на ферму со стороны дороги. Интересно, что видно отсюда прохожим или из окон проносящихся мимо машин? Она доверху застегнула молнию своей непромокаемой куртки, а руки сунула в карманы. Жалко, что нельзя сейчас надвинуть капюшон на самый лоб. Стрижка у нее очень короткая, голова успела промокнуть. И все же надевать капюшон как-то… недостойно, что ли. В капюшоне, плотно прилегающем к голове, она похожа на туристку, которая заглянула на место преступления из праздного любопытства. Более того, сотрудникам полиции нужно сразу узнавать ее в лицо. Так король на поле битвы поднимает забрало, чтобы войско видело — командир на месте…

Джесс улыбнулась и тряхнула короткими рыжевато-каштановыми волосами. Надо же так переутомиться! Ну что за бред! Какой из нее король? Подумаешь, Генрих V! Она — обыкновенная сотрудница полиции, а сегодня вдобавок пятница. Интересно, почему убийцы всегда как нарочно подгадывают свои черные дела под праздник или выходной?

Тихий внутренний голос подсказывал: «Такая уж у тебя работа, сама ее выбрала. Поступив в полицию, ты добровольно отказалась от нормальной жизни». Внутренний голос почему-то говорил с мамиными интонациями. Ни отец, ни мать не одобряли ее желания служить в полиции. Они нехотя смирились с выбором дочери, но мать по-прежнему не считала ее службу достойным занятием и называла ее «напрасной жертвой». Однажды Джесс, не подумав, брякнула: «И чем же я пожертвовала?» «Жизнью, которой у тебя теперь нет!» — безжалостно отрезала мать. Больше Джесс вопросов не задавала.

Ее отец большую часть жизни носил военную форму и относился к профессии Джесс с большим почтением, хотя и он часто жалел, что дочь не выбрала себе другое занятие.

— Не скажу, что одобряю, — заявил он, узнав о ее решении. — Не такой доли я желал бы для тебя. Но раз ты сама так решила, что ж… Достойное занятие. Но скоро ты поймешь, как это трудно.

Одно время Джесс думала: наверное, отец считал, что служба в полиции очень скоро покажется ей невыносимой, и она сама подаст в отставку. Но Джесс продолжала служить, а отец больше об этом не говорил.

Тем временем Фил, стоящий рядом с Илаем Смитом, возобновил допрос свидетеля. Краем глаза Джесс следила за ними — оба выразительно жестикулировали. Фил все больше раздражался. Ну а свидетель явно находился в воинственном настроении. Его большая круглая голова почти утонула между могучими плечами. Он мрачно смотрел на Фила исподлобья. На первый взгляд старик Смит держится вызывающе, но на самом деле его воинственность — всего лишь дымовая завеса. Он явно что-то скрывает и, похоже, чего-то боится…

— Итак, мистер Смит, сегодня вы приехали сюда, чтобы выгрузить из кузова металлолом. Кажется, именно так вы выразились по телефону? — подчеркнуто добродушно пророкотал Мортон.

— Вот именно! Вы ведь и сами все знаете. Сколько раз можно повторять одно и то же!

— Значит, сегодня вы оказались здесь совершенно случайно? То есть вы не наведываетесь на ферму регулярно, а бываете, так сказать, от случая к случаю?

— Ну да, время от времени… — Илай отвел глаза в сторону.

— А сегодня приехали только для того, чтобы выгрузить металлолом? Вас здесь никто не ждал?

— Интересно, кому меня здесь ждать? Здесь никого нет.

— Вы не заехали во двор. Остановились здесь, на обочине дороги. И как вы собирались выгружать то, что привезли? — Фил указал на кузов грузовичка, битком набитый старыми бытовыми приборами. — Неужели таскали бы такие тяжести на себе? Ничего себе работенка! А почему вы не заехали внутрь? Чего уж проще — влезли в кузов и скинули груз!