Любимая женщина маньяка - Марина Серова

— Конечно, нет, она вежливая, хорошо воспитанная девочка.

— И новая знакомая — это ведь в будущем потенциальный клиент, — в тоне Елены снова, на сей раз явственно прозвучали нотки зависти и даже легкого злорадства.

* * *

Поскольку приступать к работе мне нужно было не раньше завтрашнего дня, я не стала отменять встречу с Генкой, назначенную ранее.

Приятель пригласил меня на ужин в небольшой ресторанчик в центре, расположенный недалеко от управления. С Генкой мы дружны много лет. Когда-то вместе учились в Ворошиловке, постигали науку, преодолевали различные трудности, что с таким азартом создавали для нас инструкторы и преподаватели, и, как говорит народная поговорка, пуд соли вместе съели. Так что обсуждали мы обычно любые темы без утайки или стеснения. Наших отношений не портили даже постоянные признания Генки в неземной любви ко мне, которые я обычно не воспринимала всерьез или намеренно переводила в шутку.

Сначала мы, как водится, обменялись свежими новостями. Потом Генка расспросил о нашем с тетей Милой отдыхе, а также, усмехаясь, отпустил несколько шуточек, уверяя, что только я со своим везением и жаждой приключений могла ввязаться в расследование, будучи в отпуске на тропическом необитаемом острове, где отдыхающих раз, два и обчелся, да и делать-то особо нечего, кроме как плавать, загорать и поглощать различные экзотические фрукты. Мы развили эту тему и немного посмеялись. Потом Генка погрустнел, озабоченно нахмурился и замолчал, будто вспомнил нечто неприятное. Наблюдая за поведением приятеля, я тоже задумалась. Конечно, у полковника полиции и начальника областного управления обычно бывает много забот и поводов для беспокойства или размышлений, но создавалось впечатление, что приятеля гложет нечто очень неприятное, сложное или непреодолимое.

— Генка, у тебя много работы или какие-то неприятности одолели? — попыталась я наконец вывести его из состояния задумчивости.

— С чего ты это решила? — Приятель часто отвечал вопросом на вопрос, когда не мог вовремя придумать отговорку.

— Встречу назначил возле управления, значит, несмотря на конец рабочего дня, планируешь вернуться назад, в свой кабинет. Значит, работы много.

— Да, — с готовностью согласился он, — навалилось как-то все сразу. Сама понимаешь: начальство, отчетность, внезапный рост особо тяжких. То мне холку мылят, то я, в свою очередь, устраиваю головомойку подчиненным.

— Не, — хмыкнула я, — не понимаю. Давным-давно уже сама себе начальник и босс. А ты колись давай, что-то еще тебя беспокоит?!

— Вот с чего ты это взяла?!

— Все вышеперечисленное — твои обычные рабочие будни, привычные трудности. Они тебя никогда аппетита не лишали. А сейчас сидишь, хмуришься. Задумался, да так, что любимый стейк жевать перестал. Того и гляди остынет, инеем покроется прямо на тарелке.

— Да нормально у меня все, — не повелся Генка на предложение пооткровенничать, — ты лучше скажи, как плечо поживает? Рана не сильно беспокоит?

— Чего об этом вообще разговаривать? Ранение было пустяковое. Все осложнения лишь оттого, что я к врачу не смогла сразу обратиться и пыталась лечиться подручными средствами. И потом, все давно прошло. Я уже отдохнула, полностью восстановилась и больше месяца занимаюсь с полной выкладкой, как обычно.

— И даже на погоду не ноет?

— Да нет. Нормально все. Отдых в тропическом климате на пользу пошел.

— Плавание в соленой морской воде? Да, говорят, это помогает, — меланхолично кивнул Генка.

— И что не так?! — не поняла я, почему приятель до сих пор сидит с кислой миной.

— Ты пулю получила на задании, которое я сосватал! Вот что! — выкрикнул полковник и даже, кажется, слегка стукнул кулаком по столу.

— Не ори, народ пугаешь, вон оглядываются уже.

— Ничего, меня здесь знают, переживут.

— Ага, — усмехнулась я, поправила прядь волос, которая все время падала на глаза, и решила уточнить: — Так ты из-за этого мучаешься? Брось! У меня своя голова на плечах имеется. И решение то я сама приняла, в Европу меня никто на аркане не тащил.

— Сама говорила, работа оказалась более рискованной, чем предполагалось, и об этом тебя никто не потрудился предупредить.

— И ты решил всю вину на себя взять? Генка, брось! Не обращай внимания. А тот разговор вообще забудь. Чего сгоряча не скажешь? Моя работа всегда связана с рисками, нам ли не знать. Да, схватила пулю. Впредь наука будет не связываться с государственными конторами и их подковерными играми. Впрочем, я и так это знала, — снова хмыкнула я и внимательно уставилась в лицо приятеля. Что-то еще было не так.

— Ты вроде за границу собиралась. Когда уезжаешь?

— Не скоро, — ответила я, внимательно следя за реакцией бравого полковника, — там все откладывается пока.

Генкино лицо помрачнело.

— Но я и бездельничать не буду. Представляешь, тетя Мила мне работу нашла. Охранять дочь ее давней подруги — талантливую художницу, между прочим.

— Тетя Мила?! Надо же! — На лице приятеля появилось выражение одновременно удивления и облегчения.

— Но там работы немного, думаю, — опустив глаза в свою тарелку и наблюдая из-под длинных ресниц, лениво бросила я.

— Да? — Даже в интонации голоса Генка не смог скрыть разочарования, а уж лицо его так и вовсе вытянулось и снова помрачнело.

— Так, мне это надоело! — вспыхнула я.

— Чего?! — растерялся от внезапного напора приятель.

— Полковнику, начальнику управления со стажем, нужно лучше уметь свои эмоции скрывать! Вот чего! Давай рассказывай, что происходит?! Я так понимаю, ты по своим каналам каких-то новостей нахватался, и это каким-то образом и меня касается?!

— С чего ты так решила?!

— Гена, этот трюк прокатывает, только когда я тебе это позволяю! Но не думай, что я не вижу твоих уловок! Так что не отвечай вопросом на вопрос, мы не в Одессе! Давай выкладывай!

— Ладно, не злись, — миролюбиво протянул Генка. Потом немного помолчал, словно собираясь с духом или пропуская через фильтр имеющуюся информацию. — У твоего недавнего подопечного неприятности назревают, слышала?

— Это у которого, у Алекса, что ли?

— Ты прекрасно знаешь, что провального агента, которого ты эвакуировала из Европы, не так зовут, — Генка зачем-то перешел на шепот.

— Во-первых, я привыкла именно к этому имени. Во-вторых, эти новости даже ты по своим каналам узнать никак не мог, куда уж мне.

— У меня есть возможности, — загадочно протянул Генка, — а ты можешь быть в курсе лишь в одном случае, — полковник многозначительно замолчал.

— Если сам Алекс попросил меня о помощи? — озвучила я мысль, написанную сейчас на его лице крупными буквами. — Ты меня за этим звал? Чтобы почву пробить?