Подставных игроков губит жадность [= Шулерам не обналичивают фишки ] - Эрл Стенли Гарднер

— Так я и сделаю, если настаиваешь, — согласился я. — Тогдаона, само собой, станет нашим партнером.

— Кем? — заверещала в телефон Берта.

— Партнером нашего агентства.

— Катись ты к черту. Чтобы какая-то секретарша выходилазамуж за мой бизнес?

— Тогда ладно, не женюсь. Так что она нашла?

— Эта страховая компания дает анонимное объявление.

— О чем?

— В объявлении предлагается сто долларов любому свидетелю,который даст показания о столкновении двух автомобилей тринадцатого августа напересечении Седьмой и Главной улиц.

— Откуда тебе известно, что это страховая компания?

— Кто же еще? Кому охота выложить сто долларов свидетелю?

Я сказал:

— Зачем страховой компании свидетели? Она же собираетсяпризнать свою ответственность. В данном случае не требуется никакихдоказательств.

— Ладно, я сообщила тебе, как есть в газете, — заявилаБерта. — Проверь все-таки в местной колиндской газете, нет ли чего там.

— Хорошая мысль, — согласился я. — Посмотрю.

У меня для тебя новость, Берта.

— Какая?

— За мной «хвост».

— За тобой?

— Точно.

— Где ты был?

— Съездил в Колинду и обратно.

— Откуда знаешь, что за тобой слежка.

— Видел в зеркало заднего обзора и вообще чувствую.

— Дональд, что, черт побери, происходит с этим делом?

— Не знаю, — ответил я. — Пока не знаю.

— Думаешь, они проследили за Ламонтом Хоули до нашегоагентства?

— Не знаю, — повторил я. — А вот ему следовало бы знать.

— За всем этим делом что-то кроется. Действуй с оглядкой.

— Вот уж нет, — возразил я. — Помнишь, сама говорила, чтоэто миленькое дельце в старинном духе? Приличное занятие, приятное, котороетебе так нравится.

— Самое, пренеприятное, черт побери, — заорала в трубкуБерта. — Оно начинено динамитом! И тебе это известно. Почему вдруг этот малый,Хоули, остановился в дверях и предупредил тебя насчет опасности? Черт побери,что он хотел этим сказать?

— Хотел удержать меня, чтобы не впутался в историю, котораямне не по зубам, — объяснил я.

— Тогда почему он не предупредил нас об этом, когда излагалдело, и не открыл, в чем опасность?

Я терпеливо дождался конца тирады, чтобы растолковать ей,что я хочу сказать:

— Потому что, если бы он был с нами откровенен, ты быназначила гонорар, соответствующий характеру работы — с учетом ее опасности. Атак он просто-напросто обвел тебя вокруг пальца, заставив согласиться наничтожно малый гонорар. Он охотно заплатил бы в десять раз больше и…

Нечленораздельный рев на другом конце линии не означалничего иного, как…

Пока провода не расплавились от бурно выражаемого моейпартнершей негодования, я осторожно положил трубку на рычаг.

Сев в служебный драндулет, не спеша, поглядывая в зеркалозаднего обзора, я поехал домой. «Хвоста» за мной не было.

Я взял за правило сразу же забирать утренние газеты, еслиони приходили накануне вечером. Просмотрел частные объявления. Точно. Вот оно,объявление. Но на этот раз цену за свидетельские услуги повысили. В объявленииговорилось: «Вознаграждение в 250 долл. свидетелю столкновения автомашин напересечении Седьмой и Главной улиц в Колинде 13 августа в 3.30 пополудни.Почтовый ящик 694-У».

Я вырезал объявление, наклеил на лист бумаги и внизуприписал: «Звоните Мэйвью 6—9423. Спросить Дональда».

Я надписал конверт, указав номер почтового ящика изобъявления, и оставил почтальону.

Мэйвью 6—9423 был номер домашнего телефона Элси Бранд.

Позвонил ей.

— Привет, Элси. Как дела?

— Прекрасно, Дональд. Вы где?

— В городе.

— Хотите что-то передать?

— Да, Элси. Если кто-нибудь позвонит тебе и спроситДональда, не слишком распространяйся. Скажи, что я где-то неподалеку. Спроси,что передать. Если станут настаивать, упомяни мимоходом, что я твой брат.

— Дональд, имеется в виду, что вы живете по моему адресу?

— Допустим.

— Не покажется ли нелепым, что мы с братом живем воднокомнатной квартире?

— Ладно, скажи, что я твой муж.

— Это было бы еще более неловко.

— Ну, — сказал я, — что тебя больше устраивает — нелепо илинеловко?

— А что бы предпочли вы, Дональд?

— Пускай будет нелепо, — ответил я. — Принимая во вниманиетвои чувства. Скажи, что я — твой брат.

— Как скажете.

Пожелав ей доброй ночи, я повесил трубку.

Утром отправился в пункт проката и взял «шевроле».

Поехал в Колинду.

Насколько мне удалось определить, никто не проявлял к моимпередвижениям ни малейшего интереса. Если не считать обычного автомобильногопотока, на дороге все было чисто. Я то притормаживал, то прибавлял скорость.

Не обнаружил за собой никакого преследования.

В Колинде купил газету.

В колонке объявлений ни слова о свидетеле дорожногопроисшествия 13 августа.

Я зашел в дорожный отдел полицейского участка, просмотрелзаписи.

На следующий день после столкновения Картер Джексон Холгейтв установленном порядке сделал заявление, в котором сообщал о том, что напересечении Седьмой и Главной улиц в три тридцать пополудни совершил наезд наавтомашину; что другая машина под номерным знаком ТВН 626 принадлежит ВивианДешлер, проживающей в «Мирамар Апартментс»; что у автомашины Холгейта поврежденпередний бампер, стоимость ремонта оценивается в 150 долларов; что повреждениезадней части другой машины «незначительное».

Я направился к «Мирамар Апартментс». Машина Дорис Эшли былана автостоянке.

Вскоре после двух девушка вышла из дома и своей семенящейпоходкой торопливо зашагала к автостоянке.

Улучив момент, когда она отвернулась, я завел мотор и поехалк супермаркету. Там я припарковал машину и вошел внутрь.

Войдя в супермаркет, Дорис взяла тележку, положила в неенесколько пакетов и двинулась к кассе.