Дело об игральных костях - Эрл Стенли Гарднер

– Лидс не давал мне этого чека, я только получила по немуденьги.

– И оставили их себе, – сухо заметил Мейсон.

– Это неправда! – выкрикнула Марсия.

– Выходит, вы их присвоили, – твердо произнес адвокат.

Девушка посмотрела на него с яростью, но ничего не ответила.

– Почему Конвэй не женится на вас? – спросил Мейсон,пристально вглядываясь в ее лицо.

Девушка вспыхнула:

– Кто вам об этом сказал?

– Сам догадался, – ответил Мейсон.

– Если уж вы так любите совать нос в чужие дела,разбирайтесь в этом сами, – неприязненно заявила Марсия.

Мейсон некоторое время старательно изучал свою сигарету.

– А вы думаете, он собирался? – наконец спросил он.

– Не сомневаюсь. Он только об этом и говорит. Но вот егородственники… – Внезапно она умолкла.

– Если уж вы меня об этом спросили, то я считаю, что егородственникам не стоит особо задаваться, все они ничуть не лучше вас, – ободрилее Мейсон.

– Скажите, – вдруг встрепенулась она, – как вы узнали обовсем этом?

– Постарался выяснить, – уклонился от прямого ответа Мейсон.

– Кто вы?

– Моя фамилия Мейсон.

– А что это за парень с вами?

– Это Пол Дрейк.

– Ладно, сколько вы хотите?

– Вы можете мне верить или нет, – ответил Мейсон, – но мыпришли не за этим. Просто я хотел бы побольше узнать об этом чеке. Кстати,Филлис о нем все знает.

– Это правда? – удивилась Марсия.

– Да. И Эмили тоже, – заметил Мейсон.

– Об этом известно Эмили? – В глазах Марсии появиласьтревога.

– Да, Эмили Ходкинс, – подтвердил Мейсон.

Марсия Виттакер сделала глубокую затяжку, стряхнула пепел ссигареты в пепельницу и с недоверием переспросила:

– Эмили Ходкинс?

– Да, это помощница, которую наняла Филлис Лидс.

– Боже!

– Вы ее не знаете?

– Я не знаю никого из этих людей.

Тогда Мейсон как бы между прочим произнес:

– Твоему приятелю достанется около двадцати тысяч баксов,если не назначат опекуна.

Некоторое время девушка изучала свои китайские туфли, азатем подняла взгляд на адвоката, ее голос звучал более откровенно.

– Отлично, я поняла вас.

– Будет очень плохо, если окажется, что твой приятель неумеет держать язык за зубами, – предупредил Мейсон.

– Я поняла вас, поняла! – нетерпеливо проговорила Марсия. –Хватит меня запугивать.

– А у вас здесь неплохо, – сказал Мейсон, вставая. – Этобудет маленькое уютное гнездышко?

Слезы брызнули у нее из глаз.

– Ради всего святого, не травите мне душу! Я все сделаю так,как вы скажете, хотя вы до сих пор не сделали мне никакого деловогопредложения, и я очень сомневаюсь, что сделаете. А сейчас, как я понимаю, вызакончили. Так почему бы теперь вам не пойти подышать свежим воздухом?

– Благодарю, – ответил Мейсон, – я как раз собирался этосделать.

Девушка спустилась по лестнице вместе с ними. Уголки ее ртадрожали, в глазах стояли слезы, но держалась она хорошо, а в ее взгляде дажечитался вызов.

Когда они перешли улицу и приблизились к машине, Мейсон сказал:

– Судя по тому, как ее расписывал банкир, и по твоимкомментариям, я думал, что над ее дверью горит красный фонарь.

– Я только пересказал слова домохозяйки и соседей, – заметилДрейк.

– Ты думаешь, они правы? – спросил Мейсон. – Девочка ещесовсем маленькая. Конвэй хотел использовать ее в аферах с чеками и купил тем,что пообещал на ней жениться.

– Ты думаешь, это он вовлек ее в авантюру с чеком? – спросилДрейк, трогая машину с места.

– Несомненно.

– А что там насчет его родственников?

– Я считаю, что они тоже здесь замешаны, – ответил Мейсон.

– Слушай, почему так много шума вокруг этого чека? – спросилДрейк. – По-моему, дело того не стоит.

– Это и есть наш основной ключ к разгадке. Не спеши свыводами. Дело может оказаться намного сложнее, чем выглядит на первый взгляд.

…Когда Мейсон вернулся в контору, в приемной его уже ожидалиФиллис Лидс и Джон Миликант, джентльмен лет пятидесяти – это был плотныйчеловек, с лысиной, окруженной остатками черных волос, при ходьбе он слегкаприхрамывал на правую ногу. Поздоровавшись с Мейсоном, Миликант сел, поправивстрелки на серых брюках, взглянул на циферблат наручных часов и произнес:

– Филлис сказала, что вы хотели поговорить со мной по поводуОлдена Лидса. Я с удовольствием помогу тем, что в моих силах. Встреча с вамидоставляет мне удовольствие.

Мейсон спросил:

– Вы догадываетесь, что назревает семейная ссора?

Миликант кивнул:

– Конечно, Олден не подарок. У него свои странности, онизлишне эксцентричен. Но, уверяю вас, он совершенно нормальный человек.

– Вы встречались с ним в последнее время? – спросил Мейсон.

– Да, я как-то заглядывал к нему, – ответил Миликант.

В разговор вмешалась Филлис:

– Дядя Олден любит играть с Джоном в шахматы, видя в немдостойного противника.

Миликант заметил:

– Я не знаю, ладят ли они с сестрой, это не мое дело.Надеюсь, что сестра достаточно благоразумна, чтобы понять, что она никогда неполучит ни цента из его денег. Да они ей, собственно, и не нужны, – пояснилМиликант.

– Вы хотите сказать, что было бы благоразумнее оставить вседеньги родственникам? – спросил Мейсон.

– На его месте я бы оставил все Филлис.

– Кстати, вы, случайно, не играли с ним недавно в кости?

– Было такое. По-моему, в воскресенье.

– Ставки были большие? – поинтересовался Мейсон.

– Да нет, по мелочи.

– Не будет ли слишком бестактным, если я спрошу, сколько онвыиграл?

– Он не выиграл, – ответил Миликант, – выиграл я. Что-тооколо сотни долларов. На это можно купить чемодан хорошей одежды. Кстати, мнепоказалось, что проигрыш его сильно расстроил.