Шоу гремящих костей - Татьяна Луганцева

Карл понял, что ему не выбраться живым и невредимым из страны под названием Россия. Но ему, если честно, после появления ревнивого мужа Яны было все равно. Яна налетела на него в гостинице, как ураган, и, покидав его вещи в дорожную сумку, отправила его снова в Москву. В столице Карл доехал до аэропорта и, купив билет, полетел в сибирский город, в котором раньше жила и работала Алевтина. Подробный адрес и некоторые фамилии были уточнены у пострадавшего от несчастной любви режиссера Рунева.

Когда Карл вышел из самолета в своей куртке и джинсах, он понял, что зря прилетел сюда, так как все равно замерзнет и умрет, не выполнив Яниного задания. Князь и не подозревал, что может быть еще холоднее и заснеженнее, чем в провинциальном городе под Москвой. Карл с большой настороженностью относился ко всем, предлагавшим его подвезти. Поэтому он категорически отверг все предложения людей, занимающихся частным извозом, и доехал на городском транспорте.

Дверь ему открыла молодая девушка с темными волнистыми волосами и близко поставленными серыми глазами.

– Таисия Михайлова?

– Да, это я.

– Карл. Карл Штольберг. Я прилетел к вам от близкого друга вашего отца Виктора Владиславовича Рунева.

– От дяди Вити? Давно я его не видела… лет десять. Заходите. – Тася посторонилась.

То ли у нее были хорошие отношения с дядей Витей, то ли располагающий вид Карла возымел свое действие, но Таисия радушно провела гостя в комнату и предложила присесть в большое удобное кресло.

– Я вам чай согрею, а то смотрю, вы совсем продрогли. Кто же ходит у нас в хлопковых носках и осенних ботинках? У нас мороз тридцать пять градусов!

– Поверьте мне, я не знал, – клацая зубами, ответил Карл.

– Вы говорите с акцентом и имя у вас не русское… Вы иностранец? – уточнила хозяйка уютной квартиры.

– Чех.

– Откуда вы знаете дядю Витю? Вы артист?

– Нет, но печальный опыт выступления под софитами я имел. – И Карл вкратце поведал Тасе историю своего артистического провала.

Девушка смеялась до слез.

– Я хочу, чтобы вы рассказали мне все, что вы знаете об актрисе Алевтине, игравшей в вашем театре.

– Кабановой?! – взвизгнула Тася и в одну секунду превратилась из молодой, смеющейся девушки в злую, надутую особу. – Я не хочу даже имени ее вспоминать, не то что говорить о ней! Больно много чести!

Карл откинул светлые волосы со смуглого лба и проникновенно посмотрел на нее мягкими карими глазами.

– Таисия… очень красивое имя.

– Я это знаю, и не думайте подлизаться ко мне.

– Я и не собираюсь… Вы же не допустите, чтобы я впустую прилетал сюда, – поинтересовался Карл.

– Еще как допущу! И не думайте, что вы настолько неотразимы, что я сейчас размякну и выложу вам всю подноготную, – фыркнула Тася, сердито сдвигая брови.

Карл рассмеялся.

– Не поверите, но моя подруга Яна именно на это и рассчитывала. Она говорила мне в дорогу, что ни одна женщина не останется ко мне равнодушной.

– Ваша подруга, видимо, сильно влюблена в вас и поэтому льстит вам, – лаконично заметила Тася, отправляясь на кухню.

«Хотел бы я, что бы это на самом деле было так», – подумал князь.

– А если бы я сказал вам, что людям, в том числе и детям, грозит опасность и вы можете помочь спасти их? – не сдавался Карл, следуя за Таисией по пятам.

– Если бы вы сказали, что опасность добрым людям исходит от Алевтины, то я охотно бы поверила. – Таисия ловко собрала темные волосы в пучок и принялась выкладывать на стол продукты из холодильника. – Сейчас я вам разогрею котлеты, поешьте, вы же с дороги.

– Спасибо, – сел за стол Карл, умоляющими глазами смотря на девушку.

– Ну что вы от меня хотите?! Чтобы я рассказала об этой бесстыжей особе?

Карл кивнул головой и принялся уплетать разогретые котлеты с картошкой. Дочка Владимира Михайлова села напротив и, оперевшись локтями о стол, принялась беззастенчиво разглядывать гостя.

– Ладно… расскажу… если это кому-то поможет, я буду только рада. Мой отец был хорошим человеком, но сильно пьющим, это вам Виктор Владиславович, наверное, рассказывал. Моя мама долго терпела, но потом не выдержала и ушла от отца, забрав меня с собой. Трезвый – отец был абсолютно нормален, весел, общителен, интересен как человек и собеседник, и я, конечно же, поддерживала с ним связь. Мама моя этому не препятствовала. Знала я также, что и она надеется на то, что отец образумится и семья снова воссоединится. Мама всегда любила его, несмотря на развод. Отец радовался, что я решила пойти по его стопам, стать артисткой, интересовался моей учебой, моими работами и, в конце концов, помог мне устроиться на работу в свой театр. Правда, пить он не переставал. И вот, словно снег на голову, в жизни отца появляется эта девица, фактически моя ровесница. Мама была в шоке и сгорала от стыда и боли. Они стали жить вместе, я имею в виду отца и эту девицу. Алевтина постепенно прибрала к рукам отца, его квартиру, его машину, примечательно, что после смерти все его имущество оказалось отписанным на ее имя. Он перестал общаться со мной. Отец очень изменился по отношению к маме, больше ей не звонил и не справлялся о ее самочувствии. Я-то знала, откуда ветер дует! А когда мамы не стало, отец даже не появился на похоронах… – Тася отвернулась к окну. – Этого я ему никогда простить не смогу. Даже теперь, когда его нет, я до сих пор помню то ощущение, когда я одна осталась с телом мамы, а единственный близкий мне человек кутил в это время в кабаке, вместо того чтобы помочь мне хотя бы морально!