Боги Гринвича - Норб Воннегут

– Ваша жена на линии, – сказала Никки в селектор. – Соединить?

– Будь любезна.

Лизер напомнил себе соблюдать осторожность. Бьянка нужна, чтобы забрать одежду из прачечной. Ее наштукатуренное лицо понадобится в МСИ. У него есть только один шанс произвести хорошее впечатление на старика Фелпса. И, честно говоря, ничуть не менее важно блистать перед завтрашней толпой. Его выход на публику должен быть безупречен.

– Привет! – сказала Бьянка. – Как дела?

– Еще один день в раю, – ответил он. – На завтра все готово?

– Все сделано, – ответила она весело, но без раздражающего самодовольства, которое следует за вычеркиванием всего списка.

– Ты пригласила Джеффа и Лиззи?

– Они ответили «да» еще две недели назад.

– Ты забрала из чистки мой смокинг?

– Висит в твоем шкафу вместе с рубашкой, – ответила она. – Рубашка накрахмалена именно так, как тебе нравится.

– Отлично. Что я упустил?

– Тебе нужно позвонить Полу и взять его за жабры, на всякий случай.

– О, верно, – сказал Лизер. – Чуть не забыл.

– Как насчет твоей речи? Помощь не нужна? – предложила Бьянка. – У меня неплохо получается.

– Нет. С этим я разберусь.

– Есть какой-то шанс, что ты приедешь домой пораньше? – со слабой надеждой спросила она.

– У меня куча дел в офисе.

– Я надеялась, – серьезно произнесла Бьянка, – мы можем еще раз обсудить визит к Альфредо.

Сай посмотрел на часы. Он недооценил резервы жены. Она продержалась сорок пять секунд, прежде чем заговорить о консультации. И нетрудно догадаться, чем закончится это обсуждение. Все начнется спокойно, потом раздражение наберет обороты, а потом его смокинг приземлится на переднем дворе. Как раз перед завтрашним вечером.

– Милая, дай мне закончить четвертый квартал. А потом, – сказал Лизер и приостановился на долю секунды, – мы займемся этим.

– Сай, нам нужно вернуть в жизнь немножко любви.

Бьянка говорила без горечи, хотя слышала его оправдания уже десятки раз.

– Еще один квартал. Обещаю.

Лизер повесил трубку и улыбнулся. Его смокинг готов, причем обошлось без перепалок. Он скорее попросит стоматолога обойтись без наркоза, чем станет обсуждать любовь с парнем по имени Альфредо. А Бьянка может завести себе мальчика-садовника и поливать вместе с ним свои любовные романы. Его это не беспокоит.

Проблемы в офисе намного серьезней.

Этот год – сплошная катастрофа. Лизер видел три главные проблемы. Первая – конъюнктура. Дела шли плохо – настолько плохо, что «проблемный» и «прозрачность», модные в финансах словечки, опережали нецензурщину в соотношении два к одному. И 2008 год, к всеобщему сожалению тех, кто жил финансовыми рынками, еще далеко не закончился.

«Биэр Стернс» исчез, продан «Джи Пи Моргану». «Меррил Линч» исчез, продан «Бэнк оф Америка». «Леман» исчез; стервятники расклевали его останки и продали «Барклэйз», о чем сообщили сегодня утром. Правительство, поведал канал Си-эн-би-си, захватило контроль над AIG. И похоже, следующим ко дну пойдет «Морган Стэнли».

Финансовые учреждения напоминали Лизеру наркоманов из его детства, все время ищущих новую дозу. Крупные компании, обремененные собственными проблемами, были равнодушны ко всем и каждому, кроме бесконечных поисков новых капиталов.

С Эдди все абсолютно ясно. Денег больше не будет. «Меррил Линч» не поможет поддержать акции «Бентвинга». Скорее всего, инвестбанк заставит «ЛиУэлл» распродать активы по бросовым ценам, чтобы погасить задолженность. Колоссальные потери и впавшие в ярость инвесторы.

Второй проблемой Лизера было хеджирование «ЛиУэлл». Оно работало. Но недостаточно быстро. И не для таких сумм. Сай никогда не ожидал потерь в триста пятьдесят миллионов. Если рынки останутся такими же плохими, ему придется наверстывать упущенное месяцы, а то и годы. И когда дело доходило до хеджирования, по крайней мере один его партнер стопроцентно гарантировал геморрой.

В картине Сая решением был Джимми Кьюсак. Парнишка – доступ к возможностям. Большим возможностям, что очень важно, когда «Бентвинг» камнем летит вниз. Но парень все время тормозит, как движение на Манхэттене, еле волочит ноги, постоянно выдумывает какие-то оправдания насчет «сложных» отношений с Калебом Фелпсом.

«С этим дерьмом пора кончать. У меня есть способ заставить Джимми прыгать».

Третьей проблемой был катарский шейх. Он обрушил на «Бентвинг» ад, так что в понедельник акции на несколько минут упали ниже тридцати. Лизер уже управлял не хедж-фондом, а пунктом сортировки раненых, где все одновременно истекали кровью.

Гнев шейха казался практически личным. Но почему? И как шейх связал «Хафнарбанки» с «ЛиУэлл»? Сай корпел над этим вопросом с конца августа.

Поговорив с Бьянкой, Лизер проверил цены «Бентвинга». Немного выше тридцати, уже хорошо. Он снова задумался о «Хафнарбанки». Никто не знал, что «ЛиУэлл» играет против банка. Никто за пределами компании. То есть никто, за исключением представителей «Меррила», не говоря уж о Высоком и Наполеоне, его партнерах в этом деле.

Тем холодным декабрьским вечером в рейкьявикском баре был только один человек. И он ничего не понимал. Он читал книги и не разбирался в финансах. Он предлагал крупные сделки, одна из которых принесла Лизеру миллион долларов. И именно он мог оказаться источником всех его бед.

Сай схватил телефон и набрал Исландию. Ничто так не фокусирует мысли, как «Бентвинг», балансирующий над планкой в тридцать долларов.

– Какой приятный сюрприз, – сказал Сигги. – Я как раз о вас думал.

– Не сомневаюсь.

– В каком смысле?

– Давайте к делу, – отрезал Лизер. – С кем вы знакомы в «Хафнарбанки»?

Тихий арт-дилер молчал. Он пытался придумать какой-нибудь способ сбить Лизера со следа. Исландец боялся этой минуты. Он знал – настанет день, когда Лизер свяжет его с Олавюром. И сейчас он проклинал себя за то, что не подготовился заранее.

Эта пауза подтвердила подозрения Лизера.

– С кем? – настаивал он.

– Я не знаю, о чем вы говорите, – запинался арт-дилер.

– Какую хрень вы задумали с этим чертовым Рафаэлем? – продолжал Лизер.

– Просто возможность. Вот и всё. Клянусь.

– Сигги, кому вы рассказали? У меня нет времени на игры.

– Что рассказал? О чем вы говорите?

– Я играю на понижение против «Хафнарбанки».

Лизер знал: исландец сломается.

Пулеметная очередь несвязанных вопросов, летящих со всех сторон, всегда сбивала с толку директоров акционерных компаний. Лизер мог согнуть в дугу третьеразрядного владельца галереи, который провел всю жизнь, шатаясь по островку из вулканических пород.