Живые не любят умирать - Маргарита Малинина

– Даже не думай, – взмолилась я, но Образцова уже повернулась к сидящему справа от нее Серову и, надув губки, заканючила:

– Дрюш, говорят, ты водил на экскурсию в красивую рощу? И там еще есть старинная, полуразрушенная церковь? Я тоже хочу посмотреть! Пойдем сейчас? Пожалуйста! – И заигрывающе потянула его за рукав.

Изо всех сидящих за столом одна я понимала, насколько тяжело давалась ей эта игра.

– Ну хорошо, я свожу тебя, – немного смутившись, ответил Андрей.

Тут Ленка взревновала и заявила, что пойдет с ними. Короче, не день, а полный абзац! Если Юлька спланировала какую-то диверсию, то Ленка там явно была не нужна.

– Лен, а я думала, мы сходим с тобой за покупками, – подключилась я. – А то Нина одна не справляется.

– Не могу я своего парня одного отпустить!

– Да вы небось уже устали друг от друга! – стояла я на своем, помогая Юле. – А полчаса разлуки и ревности только оживят ваши отношения!

– Что вы там задумали? – насупилась глупышка Ленка. – Нет, я пойду с ними, и точка!

После обеда я поднялась к себе в опочивальню и попыталась почитать книгу, но в голову ничего не лезло. Я могла думать только о том, как бы Андрей на пару с Ленкой не утопили мою подружку в озере. Эти мысли показались мне настолько трагичными, что я чуть не разревелась. Это так ужасно: подозревать, что твою подругу вот-вот могут убить, и не абы кто, а двое твоих друзей.

В таком плачевном состоянии меня и застали Жека с Пашей, вторгшись на мою территорию без предварительного стука. Это они у Ленки, что ль, научились?

– У нас предложение, – сказал Женька. – Давай ключи будут пока храниться у нас, но, кроме нас троих, об этом никто не будет знать. Если кто-то решит выпустить Щавлюка, он сильно обломается, не нащупав ключи на твоем подоконнике! Тогда он додумается сунуться к нам, тут-то мы его и словим. Ну как?

Ребята выглядели сильно довольными собой, что без слов говорило в пользу того, что вопрос «Ну как?» был скорее риторическим: они не нуждались в моей оценке, потому что считали придуманный ими план гениальным, и ни одно мое слово не могло порушить эту точку зрения.

– Отлично, – равнодушно выговорила я. – Бери ключи и убирайся.

– Так, стоп! – Женькина самоуверенность пошатнулась. – Я не понял две вещи: на что ты обиделась и почему я должен убираться у тебя в комнате? Между прочим, я здесь даже веника не вижу.

– Ценю твое превосходное чувство юмора. Ключи на подоконнике. Катитесь, – также безэмоционально проговорила я, указывая им на дверь.

– Так, Пахан, выйди на минутку, – обернулся он к другу. Тот возмутился:

– Вообще-то она выгоняла нас обоих!

– Я выйду следом за тобой, – пообещал Женька, открывая дверь и выпроваживая Пашу в коридор.

– Правда выйдешь? – усомнился друг, но, подталкиваемый сзади, вынужден был покинуть помещение.

– Конечно… – Жека захлопнул дверь, – нет! Итак, – повернулся он ко мне и подошел ближе, присаживаясь на краешек кровати, – он ушел. В чем дело?

Препираться не было смысла, Женьку не проведешь.

– Ты усомнился во мне. Один раз предательство можно простить, но дважды – ни за что. Я тебе не половая тряпка!

– Ну прекрати! О чем ты?

– Ты поверил ему, когда он заявил, будто это я выпустила Ольгу. И ты поверил ему пару минут назад, когда он предложил тебе выудить у меня ключи, чтобы я не дай бог еще кого не выпустила, пока вы будете спать!

– Ох уж эти мне женщины… Во-первых, я не поверил ему насчет Ольги, я просто прикольнулся. Ни одно здравомыслящее существо не может поверить в то, о чем с уверенностью заявляет Паша. Во-вторых, это был мой план насчет ключей. И не потому, что я тебе не верю, а потому, что я за тебя волнуюсь. Как представлю, что преступник дважды заходил к вам в комнату, а вы беззаботно дрыхли… У меня аж сердце выпрыгивает!

Я посмотрела в его чистые, добрые голубые глаза и… пропала. Я что, схожу с ума? Кругом предатели, убийцы, я обязана жить среди них, приветливо кивать им всем при встрече, пытаясь скрыть за маской доверчивости жуткие мысли о том, что вот он или она могут оказаться… И в таком-то мерзком месте я не имею ни малейшего морального права думать о любви! И все же я сказала то, что сказала:

– То есть… я правда тебе небезразлична?

Он мило улыбнулся и… вышел из комнаты. Нет, ну это как понимать?

Я выждала пару минут и, с силой швырнув книгу в стену, поднялась и вышла в коридор. Спустившись на первый этаж, я нашла Нину и попросила у нее… веник. Да-да, веник! Мне показалось, что Логинов неспроста говорил про уборку. А я не хочу, чтобы он считал меня неряхой. Короче, бесповоротно рехнулась.

Вернувшаяся живая и здоровая Юлька застала меня за подметанием полов.

– Ого! – сказала она.

– Ого! – повернувшись, выдала я, удивившись ее «живости». – Ты издеваешься надо мной? Я думала, что тебя утопили в озере! Почему так долго?

– Ты подметаешь? – недоверчиво сведя брови у переносицы, спросила она таким тоном, точно застала меня целующейся с пауком, которых – она знает – я боюсь до дрожи в коленях.

Я бросила веник в угол и потянула ее за собой к кровати.

– Садись, рассказывай!

Она села рядом.

– Слушай. Мы поболтали, погуляли. Там действительно клевая местность! Но дело не в этом. Я выяснила кое-что про Илью.

– Про Илью? – удивилась я. – Почему про него?

– Разговор зашел. Так вот, его охранное агентство оказывает, по словам Андрея, не только свои формальные услуги. Оно еще что-то вроде детективного бюро для субъектов определенной среды. Допустим, Икс должен кучу денег Игреку. Икс попросту сбегает и прячется от Игрека. Игрек же может искать его своими силами или прибегнуть к услугам агентства Ильи. Сечешь?

– Отчего же нет? Такие дела в ходу у бандитов. Сдается мне, это его основной заработок.

– Да, и вот что напрягает. Имея под носом такое агентство, проще простого искать потомков Варламовых. Также проще простого сочинить такое про своего брата, чтобы отвести подозрения от себя. Понимаешь?

– Отчего же нет? Андрей либо, сам того не ведая, вывел нас на нужный след, либо он знает, что мы его подозреваем, и сочиняет небылицы.

– Что делать будем?

– Пока обедать, – вздохнула я. – А там что-нибудь придумаю.

– Я пока есть не хочу. Ты иди, а я буду переезжать в Ольгину комнату. И Нину напрягать не придется, потому что комната готова для принятия гостей, и нам теперь будет посвободнее.

За столом я очей не сводила с Дрюши. Зачем он рассказал почти что постороннему человеку о бизнесе старшего брата? Просто чтобы поддержать беседу? Или?..