Сквозь стену - Патриция Вентворт

Марш сказал:

— Продолжайте, миссис Фелтон.

— Ничего уже не имело значения. Мне не хотелось больше смотреть в окно и не хотелось больше ничего знать. Я пошла и легла на кровать, почувствовав сильное головокружение и слабость. Я не знаю, упала я в обморок, или уснула, правда не знаю. Я не слышала скрипа половицы, когда Сирил вернулся в дом, совсем ничего не слышала, пока часы не пробили пять. Думаю, я, должно быть, спала, потому что не слышала, когда он спустился запереть дверь.

— Он снова спускался после того, как вернулся в дом? Откуда вам это известно?

Она ответила:

— Он рассказал мне, — и издала глубокий вздох.

— Когда?

— Сегодня после обеда.

Марш всем телом подался вперед.

— Он рассказал вам, что случилось в ночь с четверга на пятницу?

— Да.

— Расскажите нам обо всем, ничего не пропуская.

Она начала спокойным и невыразительным голосом, а когда закончила, Марш проговорил:

— Он сказал вам, что он ее шантажировал, что она отказалась дать ему столько, сколько он просил, и предложила ему десять фунтов, и он ответил, что, в таком случае, им не о чем разговаривать, и ушел в дом, бросив ее там одну, но живую и здоровую?

Инна ответила:

— Да.

— Миссис Фелтон, вы думали, что он говорил правду?

Вид у нее был слегка испуганный. Голос изменился.

— Вначале нет — из-за шарфа. Кто-то внес его в дом, и кто-то закрыл дверь в кабинете и дверь в другой дом. Он сказал, что про шарф ничего не знает. Сказал, что шарф был на Хелен Эдриан, когда он ушел в дом. А она продолжала сидеть на скамейке, но он оставил открытыми обе двери, чтобы она могла войти и попасть на другую половину. А потом, когда он проснулся утром, то вспомнил, что у нее не было возможности закрыть после себя дверь на засов, поэтому он спустился вниз и сделал это. Он сказал, что тогда только начало светать.

— А когда он спустился, шарф был на своем месте?

— Я его об этом спрашивала, но он сказал, что не обратил внимания. В коридоре было темно, и он об этом не думал — он просто хотел запереть дверь и вернуться побыстрее в кровать. После того, как он рассказал все это, я ему поверила. Мистер Марш, он действительно говорил правду. Он не всегда был честен, но этот рассказ об уходе с террасы, об оставленных открытыми дверях и о том, что он спустился и закрыл их много позже — все это сущая правда. Я поняла это во время его рассказа. Я думала, что они поссорились, и он убил ее. А потом я поняла, что он этого не делал. Я сказала ему об этом, и он ответил... он ответил... — ее вдруг охватила дрожь. — Мистер Марш, он сказал: «Конечно, я не убивал, но я знаю, кто убийца».

Повисло недолгое напряженное молчание. Мисс Сильвер нарушила его:

— Боже мой!

Крисп и начальник полиции заговорили одновременно.

— Миссис Фелтон!

Инна, слегка задыхаясь, сказала:

— Так он сказал. Но он не сказал мне, кто этот человек.

— Он даже не намекнул вам?

Она отрицательно покачала головой.

— Он сказал, лучше мне не знать.

— Как вы считаете, ему и впрямь было что-то известно?

Ее голос понизился до шепота, и она сказала заговорщически:

— Думаю, да. Мне кажется... он видел... кого-то. Но он не рассказал мне. Он сказал, что хочет хорошенько выспаться и намерен сейчас пойти и поспать.

— И это все?

— Да.

— Дальнейшего разговора у вас не было?

— Не об этом.

— Миссис Фелтон, боюсь, я должен убедительно вас попросить. Кое-кто был в саду и нечаянно услышал часть вашего разговора с мужем. Было слышно, как вы сказали: «Нет, нет, я не буду. Тебе бесполезно меня уговаривать, потому что я не буду». Кажется, это как-то не вписывается в то, что вы только что нам рассказали.

Краска залила ее лицо. Она ответила:

— Да.

— Боюсь, я вынужден просить у вас объяснений.

Она сказала:

— Он хотел, чтобы я сказала, что в ночь с четверга на пятницу он был со мной.

— Понятно. Но ведь вы уже заявили, что его с вами не было.

— Именно это я ему и говорила. Я сказала, что ни к чему хорошему это не приведет, и потом, если он знает, кто убийца... — голос ее затих.

— Вы продолжали отказываться?

— Я сказала, что не стану этого делать, и он разозлился. Он ушел, разозленный, — она закрыла лицо руками.

Мисс Сильвер устремила на начальника полиции взгляд, который вполне можно было охарактеризовать как внушительный. Он встал и сказал:

— Мне очень жаль, что был вынужден причинить вам боль, миссис Фелтон, — и удалился, прихватив с собой инспектора Криспа.

Как только они спустились по лестнице, Крисп упрямо сказал:

— Итак, сэр, это немного меняет положение вещей, не так ли? Вы не арестовали Феликса Брэнда, потому что эта часть дома была закрыта с семи часов вечера до того момента, как он приехал утром из Фарна, и ни у кого из обитателей соседнего дома не было возможности войти сюда и оставить шарф там, где он был впоследствии найден. Но теперь выясняется, что дом был вовсе не закрыт. Дверь в кабинете, равно как и дверь между домами, стояли нараспашку с полуночи и до, скажем, пяти часов утра, когда мистер Фелтон, как он поведал своей жене, встал, спустился и закрыл их. Любой, кто убил мисс Эдриан, мог занести в дом шарф и повесить его на тот крючок. И Феликс Брэнд тоже, впрочем, и кто угодно. Никаких преград ни для него, ни для кого бы то ни было еще.