Смертельные игры - Роберт Крайс

Ричард Сили заплакал.

— Гамбоза прознали о том, что затевается какое-то дело, но не знают какое. Тебе известно, как они ненавидят эту гниду Чарли Де Луку. Ты знаешь, что думает Томми.

Я не имел ни малейшего понятия о том, что думает Томми, но если между Де Лука и Гамбоза легла кровь, как утверждал Роланд Джордж, чувства Томми должны быть не самыми добрыми.

— Да, да, я знаю.

— Хорошо. Они сказали нам, чтобы мы дали тебе шанс. Если будешь откровенным, то они сохранят тебе жизнь. Но только в том случае, если будешь откровенным и все нам расскажешь. — Я посмотрел на Пайка. — Они ведь так сказали?

Пайк кивнул. Я перевел взгляд на Ричи:

— Ты слышал?

Ричи рыдал. По его подбородку стекала струйка слюны.

— Я ничего не могу сказать, ничего.

Я дал ему пощечину.

— Ты оставил этих парней в дураках, идиот! Рикки, Томми, братья Гамбоза выросли вместе с тобой. Они любили тебя, как члена своей семьи, а ты их напарил, да еще с помощью Чарли Де Луки. Можешь себе представить, что сейчас чувствуют Томми и Никки?

«Элвис Брандо. В шаге от Великого белого пути».[41]

Ричи Сили кивал и одновременно тряс головой, а его глаза стали похожи на сушеные абрикосы.

— Господи Иисусе, речь идет о Безумном Чарли Де Луке. Чарли Тунце. Чарли меня убьет. Он вырежет мне глаза. Господи, да неужели нельзя искупить вину перед Томми как-то по-другому?

Я встряхнул его и произнес:

— Придурок. Ты боишься Безумного Чарли. Как думаешь, зачем Гамбоза послали за нами? — И я снова посмотрел на Пайка.

Пайк вытащил из-за спины здоровенный охотничий нож с таким блестящим лезвием, что, глядя в него, можно было бриться.

Ричи Сили попытался отскочить, но путь к отступлению блокировал мусорный бак.

— Ладно, — пробормотал он. — Ладно. Как скажете.

— Что вы с Чарли задумали?

— Я рассказал ему, когда через аэропорт Кеннеди проходят партии наркотиков.

— Наркотики Гамбоза, — «Вот оно что».

— Ну да.

— А при чем здесь парни с Ямайки? И коп из Квинса?

— Господи Иисусе, Томми все знает!

Пайк вздохнул и отвернулся.

— Чарли сливает информацию парням с Ямайки. Они перехватят наркотики и продадут их, а Чарли получит свою долю.

— За этим стоит семья Де Лука или только Чарли? Если семья, то война неизбежна, — «Война. Марио Пьюзо отдыхает».

— Не знаю, но, похоже, только Чарли. На меня вышел сам Чарли. Он явился ко мне и сказал, что возьмет меня в долю и я получу столько дури, сколько захочу. Это была идея Чарли. Вы должны сказать Томми.

— Конечно.

— Я больше ни с кем не встречался.

— Выходит, Чарли нарушает соглашение, которое семья Де Лука заключила с семьей Гамбоза. Он вместе с парнями с Ямайки хочет обокрасть другую семью, а Сол ничего не знает.

— Да. Сол ничего не знает. Господи Иисусе, Сола кондрашка хватит. Томми должен об этом узнать. Сол — старый козел.

Мы с Пайком переглянулись.

— Что будем с ним делать? — спросил Пайк.

— Эй, я же был откровенным. Томми же сказал, чтобы вы меня отпустили, если я буду откровенным.

— Он скажет Чарли, что мы знаем, — и тогда все, конец, — засомневался Пайк.

— Послушайте, я ничего не скажу Чарли. Богом клянусь! — Ричи снова заплакал.

Я посмотрел в плоские очки Пайка и увидел там свое маленькое отражение. Пайк ждал. Я повернулся к Ричи и снова потянул его за ворот.

— Вот что ты сейчас сделаешь. Выйдешь из переулка и сразу отправишься на автобусный вокзал, где сядешь в автобус на Майами. Ты ничего не скажешь Чарли Де Луке и парням с Ямайки. Ты будешь молчать. Все понял?

— Да.

— А если ты развяжешь язык, Томми Гамбоза поклялся отыскать тебя хоть на краю света. А потом мы тебя прикончим. Ты все понял?

— Да.

— А теперь проваливай отсюда.

Он выбежал из переулка, задев мусорный бак, свернул за угол и исчез из виду.

— Отыскать на краю света? — переспросил Пайк.

— Что, слишком драматично?

Пайк нахмурился.

Критиковать других все горазды.