Любовница отменяется, или Тренчкот - Наталия Левитина

Какая встреча!

Я спряталась за пирамиду с чаем «Редфилд». Нонна трудится – не буду ее отвлекать.

– Сегодня при покупке двух пачек чая «Редфилд» вы получаете в подарок альбом с наклейками, – радостно сообщил мне парень в килте.

Я с интересом оглядела его клетчатую юбку. Никите такая, несомненно, подошла бы. Его стройные волосатые ноги отлично гармонировали бы с национальным костюмом мужественных шотландцев.

– Тебе не хватает волынки. Красивый килт! – сказала я юноше.

– Да уж, очень весело, – обиженно отозвался вихрастый и губастый парнишка. – А у меня, кстати, ляжки замерзли. И как вы, девочки, по морозу ходите в мини?

Я пригляделась к промоутеру повнимательней. Он тут же одарил меня еще одной улыбкой. Бред Питт в далекой молодости. Наверное, студент. С большими задатками любимца женщин. Ах, как приятно услышать от этого малыша слово «девочки»! Для восемнадцатилетнего юнца я, тридцатилетняя, несомненно выгляжу старой перечницей. Однако ж он причислил меня к «девочкам»…

– Ладно, беру. Убедил, – улыбнулась я и взяла две упаковки «Редфилда». – А какой альбом?

– Суперский! С человеком-пауком, – горячо закивал губошлеп. – Сто двадцать восемь наклеек. Покажете чек, вам дадут.

– Юля! – прогрохотало сзади. – Бронникова!

Я испуганно отступила на шаг, и Нонна, мчавшаяся сзади с объятиями, врезалась в шотландца и его пирамиду. Взметнулся килт, посыпались чайные коробки.

– Блин! – заорал студент, приняв на грудь владелицу магазинов «Колибри». – Ну что же такое, а? Девушка, милая, куда вы так спешите?

– Хочет «Редфилда», – вставила я. – И альбом с наклейками.

Да, мальчуган не промах!

Вот и Нонна получила порцию сладкого!

Девушка… Милая…

И как естественно он это произносит!

Подоспевший Роман Алексеевич восстановил порядок.

– Так, руки, – строго сказал он, отковыривая подростка от Нонны. – Привет, Юля.

– Здрасте!

…В результате Нонна потащила меня обедать. Роман Алексеевич остался руководить. Десять минут мы с подругой дрались у касс: я старалась не перечить Нонне в присутствии подчиненных, берегла ее репутацию, но и выйти из торгового зала с неоплаченными покупками – коржик, бекон, чай – никак не могла себя заставить.

Нонне пришлось сдаться. Она с обреченным видом подождала, пока я рассчитаюсь. Затем стремительно двинулась к выходу.

– Постой, а мой альбом с наклейками! – сиреной взвыла я.

– О боже! – вздохнула Нонна.

…По лобовому стеклу пробегали капли дождя, «дворники» безжалостно разделывались с ними. Нонна включила печку, горячий воздух ударил мне в грудь – было очень приятно ощутить это тепло после пробежки под ледяным дождем.

– Нонна, ты не объяснишь мне, почему в супермаркете «Магнит» постоянно перекладывают товары?

– А ты ходишь в «Магнит»? – ревниво осведомилась Нонна. – Почему? Зачем? У тебя ведь дисконтная карта «Колибри»! И вообще, у нас ассортимент богаче. Цены ниже. Юля! Как тебе не стыдно?! Ты предпочитаешь «Магнит»?!

– Но он к дому ближе, – извинилась я. – Нонночка! «Колибри» от меня слишком далеко. Ну, ты объяснишь мне про товар? Я никогда ничего не могу найти в этом чертовом супермаркете. И Никита тоже ругается. Он сейчас у нас главный добытчик провианта. И если на днях в «Магните» произведут очередную перестановку, мой милый поседеет.

– Юля, но это законы мерчендайзинга! – просветила меня Нонна. – Вы, покупатели, хитрые козявки. Набиваете траекторию и норовите двигаться только по ней. При этом покупаете одни и те же продукты. Изо дня в день.

– Но если нам другие не нужны?!

– Так надо себя как-то заставлять! Производитель уродуется, изобретает, я расширяю ассортимент, а вы цепляетесь мертвой хваткой за привычную баночку с кукурузой и ничего другого даже попробовать не желаете! Ну, а когда происходит перестановка секций, в поисках привычных товаров покупателю приходится бродить по залу, отклоняясь от накатанного маршрута. Возможно, он обратит внимание на незнакомый товар и купит его.

– Короче, меня это бесит.

– А как это бесит персонал! Они же опупевают, перекладывая товар с места на место каждые две недели. Как бы то ни было, приемчик работает.

– Значит, перестановки будут продолжаться.

– Да, смирись. Но если ты скажешь, какой «Колибри» будешь посещать постоянно, ради тебя я прикажу ничего там не менять целый год.

Я удивленно посмотрела на Нонну. Вот это подвиг! Ради дружбы она готова пренебречь законами мерчендайзинга! Какая самоотверженность!

– Нонна, милая…

– А какой шустрый мальчуган рекламировал «Редфилд», ты заметила?

– О, да. Парнишка далеко пойдет.

– Однозначно. Шагая по дамским трупам. С первого взгляда ясно – стажирующийся козел.

– Нонна, не ругайся! И потом, он еще не козел.

– Я и говорю: стажирующийся.

– Ну, я бы сказала – начинающий козлик. Игривый и прыгучий.

– Весьма прыгучий. Как он на меня ловко запрыгнул!

– Это ты на него запрыгнула, моя дорогая!

– Вообще-то я пыталась обнять тебя. Но загадочным образом слилась в объятиях с этим сперматозоидом. А вокруг, словно салют, летали коробки с чаем. Нет, у юности особое очарование, – мечтательно произнесла Нонна и вздохнула. – Что ни говори, а приятно пообниматься с несовершеннолетним пупсом.

– Я думала, ты влюблена в Романа.

– Влюблена! Да! – призналась Нонна. – Рома – удивительный. Но при чем здесь он?

– При том.

– Знаешь, в последнее время он стал каким-то нервным.

– Роман?

– И о чем-то грустит. Ты, Юля, случайно не обратила внимание?

– Я думала, мне показалось. Но ты права. С Романом Алексеевичем что-то не так. Он словно томится.

– Чего ему томиться, а? Он не борщ и не уха. В чем проблема-то? Слишком много взял на себя? Я его эксплуатирую? Но раньше весь мой воз я тянула одна. И ничего, справлялась! Неужели мужику не под силу половина?

– Думаю, дело не в работе. Словно червь какой-то точит нашего Рому.

– Ты меня пугаешь, Юля.

– Я имею в виду червь сомнений.

– В чем ему сомневаться? Сейчас у него есть все – работа, полномочия, шикарная зарплата. Любимая женщина тоже есть. О чем еще мечтать?

– Ты у него не спрашивала?

– Нет.

– Ну, тогда ты ничего и не узнаешь.

– А если спрошу – тем более.

– А сама советовала расспросить Никиту о блондинке, с которой он обнимался на улице! Получается, я зря это сделала? Выходит, правдивый ответ партнера еще более отдаляет от истины, нежели его молчание?