Ментовская работа - Данил Корецкий

— Пусть едет, сами справимся, — разрешил Сергеев.

— Ну давай, если так… — кивнул Викентьев.

— Кто с нами — собирайтесь, — сержант пулей выскочил из диспетчерской.

Когда Сергеев с Поповым подошли к санитарному фургону, Федя Сивцев был мрачнее тучи.

— Теперь, выходит, Петька по отдельному графику работает? Что хочет, то и делает? Вы за него носите, я буду закапывать… За какие, интересно, заслуги?

— Да брось, Федя, — успокоил сержанта Сергеев. — Группа не укомплектована, оттого так и выходит. Вместе закопаем. А в следующий раз и тебя отпустим.

Сергеев подмигнул Попову. Санитарный фургон выехал из точки исполнения.

Через час «РАФ» подкатил к дому Попова.

— Пока! — Валера пожал руку Сергееву и, преодолевая себя, Сивцеву.

Проводив взглядом растворяющийся в ночи белый фургон, Валера привычно взглянул на окна своей квартиры и увидел, что в кухне горит свет. «Отец приехал!» — подумал он и, не дожидаясь лифта, быстро пошел по лестнице.

Так и оказалось. Как всегда обветренный и загорелый, отец сидел напротив Валентины, сильно пахло копченой рыбой, на протянутой между противоположными углами, наискосок, веревке для сушки белья висели два полуметровых цимлянских леща, несколько рыбцов, капающих жиром на предусмотрительно разложенные женой газеты, связка сухой, отливающей серебром тарани.

— На реке живете, а рыбы не видите, — прогудел отец, поднимаясь навстречу. — Специально ловил…

Они обнялись.

— И правда, с запахом, — отец повернулся к Валентине. Валера попытался отстраниться, но крепкая рука с шершавыми пальцами помешала это сделать.

— Жена рассказала: «В три, четыре ночи приходит, да еще выпивший», я не поверил, а оно так и есть…

Отец внимательно рассматривал Валеру и о чем-то думал.

— Сейчас-то только полвторого, — попытался отшутиться Валера и, напрягшись, разжал отцову руку. — А уголовный розыск и до утра работать может…

— Оно так. Я на своем буксире круглые сутки работаю, — подтвердил отец. — Но ведь трезвым! А какая серьезная работа, если выпивший?

— Да брось, папа! По пятьдесят грамм приняли с ребятами после операции, чтоб расслабиться.

Валера зашел в комнату, разделся, поплескался в ванной.

— За встречу? Как там мать?

Отец пить отказался и, пока Валера ужинал, рассказал семейные новости. Родители жили недалеко, в Темерницке. У матери болели ноги, и она в город почти не ездила, отец был капитаном на буксире и все время проводил на реке. Только когда буксир оставался на ночлег в Тиходонском порту, он забегал к сыну.

— Говорит, мог бы и почаще, не только в праздники…

— Выберу время на той неделе и приеду, — пообещал было Валера и тут же вспомнил, что в Предгорье активно реализуется розыскное дело «Трасса», в любой момент может поступить срочная информация, перечеркивающая все планы… И к тому же дикая авантюра Сергеева, которая тоже завершится неизвестно чем.

— Нет, чтоб брехуном не быть, обещать ничего не буду, — поправился он. — Обстановка сейчас очень напряженная! Очень! Вот схлынет волна…

Отец грустно улыбнулся.

— Дела никогда не кончаются. Я помню себя еще мальчишкой, а сейчас ты — взрослый дядя… А дела и тогда были, и теперь. А у тебя особенно… — Он оживился. — Валя сказала, наградили тебя недавно да работу поменял! Расскажи, похвастай!

Валера долго смотрел на отца, не зная, что сказать.

— Наши дела, знаешь, какие, — неопределенным тоном протянул он. — То секретно, то запретно, а то самому не хочется вспоминать. Давай лучше спать ложиться.

Валентина постелила постели, Валера, почистив зубы, вошел в комнату и остолбенел.

— Слышь, сынок, а на кой ляд тебе эти штуки? — Отец держал в руках макет пистолета и защитные очки с толстыми стеклами.

Попов почувствовал, что заливается краской, как случалось в детстве, когда отцу становилось известно о каких-то неблаговидных и оттого скрываемых проделках маленького Валеры.