Мой подельник Твиттер - Анатолий Сигов

– Но правительство США имеет. А вы, как сотрудник посольства, представляете правительство США, а не ФБР.

– Вам сделали более чем благоприятное предложение, и вы совершите ошибку, если от него откажетесь.

– Я не отказываюсь. Я лишь требую исполнения всех моих условий.

– Не в ваших интересах торговаться.

– В моих интересах получить назад мои деньги.

– Хорошо, ждите здесь! – сказала женщина без имени, собрала свои бумаги и направилась к двери.

– Только не заставляйте меня долго ждать, а то я уйду, – вслед ей крикнула Вероника.

– Никуда вы не уйдете! – ответила та, и дверь за ней закрылась.

Последнее заявление настораживало. Былая уверенность стала испаряться. Вероника действительно не знала, на что способно ФБР за границей. В голову стали приходить мысли о том, что ее запрут в подвале и не будут выпускать до тех пор, пока она им все не расскажет. Она подошла к двери и дернула за ручку – дверь не поддалась. Порылась в сумке, но вспомнила, что сотовый отобрали при входе. Ноутбук тоже. Да и кому она могла бы позвонить?

Время тянулось медленно, и становилось все более и более страшно. Она пыталась убедить себя, что это – мера психологического давления, но легче не становилось. Ей пришло в голову, что где-то, вероятно, установлена скрытая камера и за ней наблюдают и посмеиваются, видя, как она нервничает, поэтому она застыла посередине комнаты со скрещенными на груди руками, а когда и это надоело, стала ими размахивать, пытаясь сделать небольшую зарядку. Эти упражнения помогли немного успокоиться.

Наконец дверь распахнулась, и в комнату влетел излучающий оптимизм Джордж. К счастью, он был один.

– Извините, что заставил вас долго ждать, – начал он, еще не успев сесть за стол.

– Благодарю вас за знакомство с таким прекрасным человеком, как Геннадий Васильевич. – Вероника решила взять инициативу в свои руки.

– Да, да. У нас очень хорошие деловые отношения, – заученно проговорил он, еще не подозревая, что его ждет.

– Он о вас тоже хорошо отзывался. Мы с ним так плодотворно беседовали. Часа два, не меньше. Он прекрасный собеседник.

Джордж явно насторожился.

– Да. Несомненно, он – светский человек, не чета другим русским в их органах безопасности. Но о чем же можно говорить с ним так долго? – Видно, он заинтересовался, что она могла выложить Геннадию Васильевичу.

– Он рассказал мне много интересного об обстановке в Москве и о методах работы их службы. И еще обещал всестороннюю помощь, если у меня будут какие-нибудь затруднения.

Настроение у Джорджа портилось на глазах.

– А под конец дал мне свой номер телефона и сказал, что я могу звонить ему в любое время дня и ночи, – с упоением фантазировала Вероника.

Перед ней уже сидел не старина Джордж, а серьезный работник правительства США, озабоченный интересами своей страны.

– Оказывается, он еще не генерал, но я уверена, что непременно им станет, – убежденно сказала она в довершение.

Джордж прочистил горло.

– Ну, все хорошо в меру. Правительство США не приветствует тесные контакты американских граждан с органами безопасности других стран, – произнес он официальным тоном.

– А я была уверена, что вы меня туда специально послали, чтобы я все рассказала русским, – округлила глаза Вероника.

– И что же вы рассказали? – деревянным голосом спросил Джордж.

– А что, я ничего не должна была рассказывать? Мне показалось, что у вас с ним самые теплые отношения. Похоже, что вы даже дружите семьями.

Наконец до Джорджа начало доходить, что над ним издеваются, но так как он не был до конца в этом уверен, только осторожно добавил:

– Ну, вы же, конечно, понимаете, что не в ваших интересах выдавать русским всю имеющуюся у вас информацию.

– Это было бы не в интересах правительства США. Что же касается моих личных интересов, то в обмен русские защитили бы меня от бандитов. Вы не в состоянии это сделать. А к вам я пришла лишь затем, чтобы получить от вас то, чего не могут дать русские, – мои деньги. Так отдадите вы мне деньги или нет?

Она подумала, что с такими, как Джордж, следует разговаривать понятным им языком – давлением. Только если раньше она шантажировала их СМИ, то сейчас добавились еще и русские.

– Вернемся к обсуждению нашего вопроса, – ушел от прямого ответа Джордж. – ФБР сделало вам предложение об условиях сотрудничества. Если дадите принципиальное согласие, мы поставим перед ВНС вопрос о смягчении санкций против вас. Я еще раз подчеркиваю, что ФБР не имеет никаких отношений с ВНС и не может ничего гарантировать, но мы сделаем все возможное.

– В принципе я согласна. Но как это будет выглядеть технически?

– Вы нанимаете юридическую фирму, которая выступит как ваше доверенное лицо и будет хранить у себя подписанное вами соглашение. – Джордж протянул ей лист бумаги. – Здесь названия и адреса трех юридических фирм, имевших опыт в оформлении подобных соглашений в прошлом. Выберите одну из них и начинайте уже сейчас договариваться об условиях. Все юридические расходы несете вы сами.

Листок так и остался лежать на столе. Именно у них научилась Вероника не принимать никаких бумаг до тех пор, пока что-то остается неясным.

– Я начну этим заниматься только тогда, когда будут приняты мои условия, – твердо проговорила она.

– Но это сэкономит время. Нам нужно спешить!

– Это вам нужно спешить, а у меня время есть. У меня теперь есть и охрана. – Она не смогла не доставить себе удовольствие позлорадствовать.

На самом деле уверенности, сколько еще времени возле нее будут крутиться незримые охранники Геннадия Васильевича, не было никакой. Да и смогут ли они помочь в случае непредвиденных обстоятельств? Ее уже охраняли, и в результате Крученый чуть не сжег ей лицо своей лампой.

Между тем Джордж переваривал сказанное. Наконец он заговорил:

– Хочу вам напомнить, что у вас тоже время ограничено. Вы нам рассказали об опасности, которая вам угрожает, и мы через наших русских партнеров организовали для вас охрану. Но это не может продолжаться вечно.

Надо отдать ему должное. Здесь он угадал и попытался запугать. Но жизнь в России уже приучила ее – Вероника мысленно употребила слово «понт», хотя не совсем еще понимала смысл этого русского слова, но оно ей нравилось – уж если «понтуешься», то делай это до конца.

– О моей безопасности не беспокойтесь. Я смогу обеспечить ее сама. Геннадий Васильевич всегда пойдет мне навстречу. – В ее голосе прозвучала такая убедительность, что Джорджу не оставалось ничего другого, как скривить рот и произнести:

– Подобные теплые отношения не могут пойти вам на пользу.

Надо было парировать удар.