Контролер - Иэн Рэнкин

Внутри тянулась длинная стойка-прилавок, в конце которой располагались два окна, напоминающие банковские кассы. Возле одного выписывал чек очередной счастливый обладатель какого-то предмета торгов.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила дама за стойкой.

— Надеюсь, что да. Я офицер полиции. — Вместо удостоверения Малькольм протянул ей свою визитку. Написанное там уже года три как не соответствовало действительности, но выглядела она как новая.

— У меня есть пара вопросов. Может, ваши эксперты меня проконсультируют.

Поизучав его карточку, она пообещала позвать кого-нибудь и удалилась. Спустя какое-то время к Фоксу вышел мужчина в полосатой рубашке и бледно-жёлтом галстуке, протянул руку и представился Альфи Реннисоном. Судя по произношению, он был шотландцем с академическим образованием и оказался гораздо моложе, чем ожидал Малькольм. Альфи тоже досталась одна из визиток Фокса.

— Чем могу помочь?

— Это касается картин…

— Современных или старинных?

— Современных, я полагаю.

— Подделки? — прошептал Реннисон.

— Нет-нет, ничего такого, — уверил его Фокс. Молодой человек явно расслабился.

— К нам тут разные люди заходят, — сказал он, всё ещё вполголоса, — и сбыть пытаются тоже разное… Прошу за мной.

Они прошли в конец здания и спустились вниз. Красная верёвочка поперёк прохода должна была устрашить всех, в чью голову могла закрасться мысль спуститься в подвал.

Реннисон снял один её конец, и они прошли дальше, в самое нутро здания, которое, как и всякое нутро, выглядело совсем не так помпезно, как публичные залы. Кое-как протиснувшись между старыми полотнами, подпиравшими стены с обеих сторон, они теперь маневрировали среди бюстов, статуй и дедушкиных стенных часов.

— Приближаются торги, — пояснил Реннисон. — Смотрины начнутся на следующей неделе.

Наконец они добрались до его офиса. Фокс думал, что они уже глубоко под землёй, но там оказались заиндевевшие окна, снаружи укреплённые решётками.

— Когда-то это был жилой дом, — проинформировал его Реннисон. — Думаю, здесь располагались кухня, прачечная и помещения для слуг. Четыре элегантных георгианских этажа наверху, а подо всем этим великолепием — подвал, как машинное отделение внизу. — Он улыбнулся и жестом пригласил Фокса сесть. Рабочее место Реннисона оказалось до банальности обыкновенным. Стол из «Икеи», ноутбук и принтер. На стене всего одна картина: дюйма четыре на шесть. Она висела прямо над креслом Реннисона.

— Изысканно, вы не находите? «Французский пляж», работы Пепло. Мне кажется, я не переживу разлуки с ней.

Фокс ничего не понимал в живописи, но его увлёк пышный водоворот красок. Он нашёл картину похожей на тающее мороженое.

— Она тоже будет на распродаже?

Реннисон кивнул:

— Уйдёт за пятьдесят — шестьдесят.

— Тысяч? — Фокс ошеломлённо взглянул на маленький пёстрый прямоугольник на стене совсем иначе — глазами человека, столкнувшегося с другим, чуждым и непонятным, миром.

Реннисон сомкнул ладони, упёршись локтями в стол.

— Так что там у вас за картины?

— Вы слышали о человеке по имени Чарли Броган?

— К несчастью, да. Одна из последних жертв нашей безумной эпохи.

— Вы были с ним знакомы?

Реннисон кивнул:

— В городе несколько аукционных домов, инспектор, и мы боремся за клиентов.

— Он что-то покупал у вас?

— Да. Не только у нас, но и в других действующих галереях, — ответил Реннисон.

— Вы видели его коллекцию?

— Большую часть.

— Он начал её распродавать?

Реннисон испытующе посмотрел на Фокса:

— Могу я узнать причину вашего интереса?

— Полиция ищет причину его возможного самоубийства. Вы упомянули финансы, и вероятное решение мистера Брогана продать картины могло бы подтвердить эту версию.

Объяснение, похоже, вполне устроило Реннисона.

— Кое-что он продал в Лондоне, остальное — здесь. Три или четыре его картины, в частности, должны были быть выставлены на следующем аукционе. Конечно, теперь мы не сможем этого сделать, пока не узнаем волю наследников.

— Сколько полотен было в его коллекции?

Реннисон быстро прикинул в уме.

— Четырнадцать — пятнадцать.

— На сумму?..

Реннисон надул щёки.

— Где-то полмиллиона. До этого всеобщего обнищания они стоили раза в полтора больше.

— Надеюсь, он не купил их на пике цен?

— Вообще-то большинство — как раз тогда. Он распродавал в убыток.

— То есть можно предположить, что им двигало отчаяние?

— Боюсь, что да.

Фокс снова ненадолго задумался.

— Вы когда-нибудь встречались с супругой мистера Брогана?

— Она приходила с ним на какой-то аукцион. Не думаю, что леди хотела бы повторить этот опыт.

— Отчего же? Её не пленяет искусство?

— Видимо, нет.

Фокс улыбнулся и встал:

— Большое спасибо, что уделили мне время.

— Рад был помочь, инспектор.

Они обменялись рукопожатием. Фокс бросил прощальный взгляд на Пепло.

— Думаете о тающем мороженом? — спросил Реннисон. И, увидев, что попал в точку, добавил: — Не вы первый…

— На пятьдесят тысяч можно накупить много мороженого, — заметил Фокс.

— Верно. Но вот за сколько его можно будет потом перепродать?

Молодой человек проводил Малькольма наверх.