Пение под покровом ночи. Мнимая беспечность - Найо Марш

Потом послышался крик миссис Кадди:

— Гиацинты! Фрэд!

А затем Джемайма увидела, как мистер Макангус поднимается со своего места, зажав нижнюю губу между большим и указательным пальцами.

— Это он? — спросил Аллейн.

Мистер Макангус медленно подошел к столу и остановился.

— Только, пожалуйста, ни к чему не прикасайтесь.

— Он… да, похоже, что тот самый.

Миссис Кадди взвизгнула:

— Где вы его нашли?

Мистер Кадди одернул ее:

— Не обращай внимания, Эт, — но миссис Кадди уже включила на полную катушку свои дедуктивные способности. Она, словно в трансе, не сводила глаз с гиацинта. И все понимали, что она собирается сказать и что остановить ее нет никакой возможности.

— Бог мой! — возопила миссис Кадди, — только не говорите мне, что вы нашли его на трупе! Господи, Фрэд, ведь в точности так же делал Цветочный Убийца! Он здесь, на нашем корабле, Фрэд! — пронзительно взвизгнула она. — И нам нет от него спасения!

Мисс Эббот вскинула большие руки и шлепнула ими по коленям.

— Вас же просили вести себя тихо! — выкрикнула она. — Неужели так трудно держать язык за зубами?

— Успокойтесь, дитя мое, — пробормотал отец Джордан.

— Легко сказать, успокойтесь.

— Все вы, — начал Аллейн, — уже, очевидно, поняли, что и это преступление совершил так называемый Цветочный Убийца. Но в данный момент мы должны думать о другом. Итак, прошу вас, мистер Макангус. Вы вышли из салона сразу после мистера и миссис Кадди. И отправились отсюда прямо к себе в каюту?

После долгих и мучительных расспросов все же удалось вытянуть из мистера Макангуса признание. Оказалось, что он вышел через двойные двери салона на палубу, обошел пассажирский отсек, вышел к левому борту, глазел на звездное небо на протяжении нескольких минут, ну а уже затем прошел в коридор через боковую дверь и добрался до своей каюты.

— Все мои мысли, — сказал он, — занимал этот фильм. Я считаю, он очень трогательный. Нет, не совсем то, что мы ожидали увидеть, но тем не менее произвел глубочайшее впечатление.

Поскольку после того как он вышел из салона, его больше никто и нигде не видел, оставалось лишь поверить ему на слово и оставить в покое.

Аллейн обернулся к Обину Дейлу.

Тот, съежившись, сидел на стуле. И совсем не походил на роскошного и самоуверенного парня, которого все привыкли видеть на экране. Белый пиджак расстегнут, галстук съехал набок, шнурки ботинок на веревочной подошве развязаны. Лицо отливает мертвенной бледностью, волосы растрепаны, взгляд какой-то отсутствующий.

Аллейн произнес:

— Ну а теперь вы, мистер Дейл. Можете дать мне отчет о своих действиях?

Дейл забросил ногу на ногу и с трудом сложил кончики пальцев рук. То была пародия на обычную его позу перед камерой.

— Капитан Баннерман, — начал он, — насколько я понимаю, вам известно, что я являюсь ближайшим другом генерального директора вашей компании. И он непременно узнает, как со мной обращались на этом корабле, и вряд ли это ему понравится.

Капитан Баннерман рявкнул в ответ:

— Здесь такие фокусы не пройдут, мистер Дейл! Ни со мной, ни с кем-либо еще.

Дейл рассерженно вскинул руки:

— Хорошо. Только смотрите, потом не пожалейте!

Аллейн пересек помещение и остановился прямо перед ним.

— Вы пьяны, — сказал он, — а я бы предпочел видеть вас трезвым. Я собираюсь задать вам вопрос, могущий иметь прямое отношение к обвинению в убийстве. Это не угроза, это констатация факта. В ваших же интересах собраться и постараться ответить мне. Можете или нет?

— Знаю, что набрался, — отозвался Дейл. — Это просто нечестно, док. Ведь я пьян в стельку. Так или нет?

Аллейн взглянул на Тима.

— Можете чем-то помочь?

— Да, могу дать ему один препарат. Времени займет немного.

— Ничего мне давать не надо, — огрызнулся Дейл. Крепко прижал ладони к глазам, подержал так несколько секунд, потом отнял и резко встряхнул головой. — Сейчас буду в порядке, — пробормотал он и, действительно, вроде бы протрезвел. — Валяйте, — с героическим видом произнес он, — можете задавать свои вопросы.

— Что ж, прекрасно. Итак, выйдя из этого салона, вы направились на палубу. Пошли к веранде. Вы стояли рядом с шезлонгом, где позже обнаружили тело. Что вы там делали, позвольте узнать?

Лицо Дейла исказилось, точно его ударили по щеке.

— Сами не понимаете, о чем говорите, — ответил он.

— Так вы отрицаете, что были там?

— Я отказываюсь отвечать на этот вопрос.

Аллейн взглянул на Тима, тот сразу же вышел.

— Если вы способны мыслить хоть сколько-нибудь здраво, — заметил Аллейн, — то должны понимать, куда заведет подобное поведение. Даю вам одну минуту.

— Я же сказал, отказываюсь отвечать.

Дейл стал всматриваться в лица пассажиров — супругов Кадди, Джемаймы, мисс Эббот, отца Джордана, мистера Макангуса, — но не заметил сочувствия или понимания.

— Вы что же, хотите сказать, — усмехнулся Дейл, — что я имею отношение к этому преступлению?

— Я хочу сказать пока только одно. Я нашел неоспоримые доказательства того, что вы стояли рядом с телом. И в ваших же интересах было бы честно ответить мне на один вопрос: почему вы сразу не сообщили о том, что увидели?

— Ну а если я буду все отрицать?

— Обувь, — сухо заметил Аллейн. — На вашем месте я бы отрицать не стал. — Он указал на ботинки на веревочной подошве. — Они до сих пор еще не просохли.

Дейл робко втянул ноги назад, под стул.

— Итак, мистер Дейл?

— Я… я не знал. Я тогда не понимал, что это имеет значение… Не понял сразу, что он… вернее она, мертва…

— Вот как? Разве вы с ней не заговорили? Просто стояли молча, а потом убежали?

Он не ответил.

— Я полагаю, вы подошли к веранде со стороны правого борта, то есть противоположной той, где находился мистер Кадди. Я также полагаю, что вы спрятались за рундуком, что стоит неподалеку от угла веранды.

Тут неожиданно Дейл повел себя в какой-то нелепой, почти театральной манере. Скрестил запястья, потом выставил ладони перед лицом и замахал ими, словно яростно что-то отрицая.

— Нет! — воскликнул он. — Вы не понимаете! Вы меня пугаете! Нет!

Дверь отворилась, показался Тим Мэйкпис. Остановился в проеме, придерживая дверь, и вопросительно взглянул на Аллейна.

Аллейн кивнул. Тим обернулся, посмотрел в коридор и тоже кивнул.

Знакомый запах вплыл в душную комнату. А потом в коридоре послышался стук каблучков. И в дверях, в роскошном неглиже, возникла миссис Диллингтон-Блик.