Миф о вечной любви - Лариса Соболева

Не открывая глаз, Санька попробовала потянуться, но ей что-то мешало высвободить руки… кто-то мешал… и этот «кто-то» лежал рядом! Осторожно приоткрыв веки, она прямо перед носом увидела мужскую волосатую грудь, скосив глаза, увидела руки, обнимающие ее (они-то и мешали ей вытянуться во весь рост), а дальше – одеяло. В панике Санька приподняла его и получила подтверждение: случилось то, что не должно было случиться! Ведь два голых человека не могли просто так лежать рядом всю ночь. А вскоре и память вернулась.

Мартини! Вино виновато. Ах, нет, Михайлов! Он уговаривал ее попробовать глоточек, лично разбавил минералкой и дольку лимона бросил в бокал. После первого бокала Санька еще как-то соображала, однако напиток так ей понравился, что она не отказалась и от второго, а потом ее повело. Стоило Михайлову обнять ее, как у нее автоматически выбило пробки из всех извилин в мозгах!

Дело в том, что она в своем роде феномен, под воздействием алкоголя становится абсолютно раскованной – и это страшно. То, что она считает постыдным, неприемлемым для себя в трезвом состоянии, ее безумно привлекает под градусом, Санька подчиняется исключительно своим желаниям. Именно она должна желать, и никак иначе! В противном случае приставала получает по морде, что тоже входит в этап раскрепощения, но не бить же Михайлова! Правильно кто-то сказал: бойтесь своих желаний.

Она осторожно высвободилась и отползала на край кровати, одновременно натягивая на себя одеяло и стаскивая его с Михайлова. Он поймал его одной рукой, открыл глаза:

– Ты уже проснулась? – Вдруг одним рывком вернул ее назад, обнял. – Доброе утро… Ты такая вкусная…

– Михал Михалыч! – снимая с себя его руки, шипела Санька. – Перестаньте! Как вам не стыдно?

Вопрос его озадачил, любого озадачил бы, Михайлов приподнялся, с беспокойством глядя на Саньку, и спросил:

– А что такое? Ты чего?

– Вы… вы со мной… Я, конечно, виновата, мне не надо было пить, но вы… Вы ведь женаты!

– А-а… – протянул Михайлов беспечно и полез целоваться. – Пусть тебя это не волнует.

– Как это – не волнует! А вдруг я уже?.. Беременная? От женатого мужчины! Фу, как пошло! Я думала, со мной такого никогда… Ну, как вы могли воспользоваться?

М-да, очень интересное утро, главное – непредсказуемое. И видно, что Санька не кокетничает, не играет, а на самом деле встревожена, только чем? Что у нее за сдвиг? Михайлов растерялся, что неудивительно, поэтому сморозил:

– Ты разве не пьешь таблетки от… м… чтоб не залететь от случайного секса?

– Случайного?!! – Ого! Санька вытаращилась, будто ей живого динозавра показали. – Вы с ума сошли? Как это – случайного? Как вчера с вами? У меня случайностей такого рода не бывает! Я же не шлюха!

– Хорошо, хорошо! – Он сделал попытку обнять девушку, та не давалась, отбрыкивалась, пришлось прикрикнуть: – Сашка! В твоем возрасте… это странно. Реакция твоя странная. Понимаю, ты приехала из глубинки, но не до такой же степени…

– Как раз в нашей глубинке нравы очень свободные, – огрызнулась она. – А я не хочу так.

– Между прочим, ты вчера откликнулась… и потом откликалась… с большим желанием. Ну, Сашенька, иди ко мне…

Следующая попытка ему удалась, видимо, алкоголь все еще действовал на нее, центры «нельзя» были выключены, отказаться от поцелуев… нет, это невозможно. Но сюрпризы случаются и там, где их быть не должно. Забыться обоим не позволил громкий голос, словно само собой включилось радио на всю мощь:

– Что здесь происходит?!!

Оба едва не свалились с кровати. Они думали, что одни! Михайлов сначала сел, увидел, потом упал спиной на подушки со стоном, он подавлял множество эмоций, о его состоянии рассказали руки, сжавшие простыню и стиснутые зубы. Санька зажмурилась, чтоб не видеть законную жену, стоявшую в ногах кровати, и за угол одеяла натягивала его на себя.

– Кажется, я не вовремя! – прорычала жена. Еще бы ей не рычать! Как она бить не кинулась мужа с девицей!

– Ты не вовремя, – зло подтвердил Михайлов.

– Пошла вон из моей постели! – рявкнула жена Саньке. – Ты что, не слышала, тварь?

Михайлов схватил девушку за руку, не давая уйти, но Санька вырвалась. Она сгорала со стыда, не соображала, что абсолютно голая, однако молниеносно собрала свою одежду.

– Вон из моего дома! – завизжала жена по праву.

Санька вылетела из спальни, а Михайлов, сползая с кровати и закутывая нижнюю часть тела одеялом, напомнил жене:

– Если ты забыла, то это мой дом, как и квартира, в которой ты живешь, и машина, на которой ездишь. Поэтому шла бы ты сама отсюда!

– Ты в своем уме? Меняешь меня на эту кобылу? С ней же на людях показаться стыдно.

– Неужели? А я думаю, меня зауважают, когда я покажусь с ней.

Он сбежал вниз босой, завернутый в одеяло, но Санька успела одеться и пулей вылетела из дома. Михайлов кинулся за ней, но не бегать же по двору в таком виде, когда тебя обозревают соседи, и он крикнул:

– Саша, не уходи! Она сейчас уберется…

– Разбирайтесь сами, меня не вмешивайте, – не оборачиваясь, бросила девушка через плечо.

– Саша!.. Ну, деньги хоть возьми!

Последняя фраза как кнутом стегнула. Санька замерла, потом повернулась к нему и тихо спросила:

– Какие деньги?

– Тебе же нужны деньги на…

– Вы идиот? Думаете, я с вами из-за… Не за ту меня приняли, но я претензий к вам не имею. Прощайте.

В сердцах он взмахнул руками… Нет, он успел подхватить одеяло, к счастью. Идя в дом, Михайлов недоумевал:

– При чем здесь идиот? Что она там подумала?

– Миша… – встретила его в доме жена. – Я готова простить этот мерзкий эпизод…

– Стоп, стоп, – проходя мимо, он взметнул вверх руки. Вот теперь пришлось поднимать одеяло с пола, но его это нисколько не смутило. – Я не просил у тебя прощения. И не попрошу. Ничего не удастся исправить, потому что между нами нет главного – не любви, нет, откуда? Уважения нет. Мою городскую квартиру придется освободить, тебе однокомнатную подберут сегодня-завтра, я куплю. На большее не рассчитывай.

– Ты свихнулся из-за этой кобылы? – выкрикнула она в слезах. – Где ты ее подобрал?

– Ты сама меня подарила ей, я слышал. Помнишь таксистку?

– Совсем опустился. Тебя тянет на дебилок?

Будучи уже на лестнице, Михайлов резко развернулся, так что она попятилась, и процедил со злостью:

– У моих таксистов по большей части образование высшее, это ты дебилка. Уходи. Желательно, чтоб я тебя больше не видел. Адвокат покажет тебе квартиру, оформит документы. Все!

Молодая женщина уходила негодуя. Лучшие годы она потеряла с Михайловым, слишком замкнутым человеком, чтобы чувствовать себя счастливой с ним. Не любя его, она довольствовалась деньгами, это была неплохая компенсация моральным затратам, но иногда не выдерживала, да и непрочное положение гражданской жены выводило ее из себя. Ее прорывало на скандалы, а он все больше замыкался и отдалялся, теперь вот вообще прогнал. Он нашел себе девчонку, а она потеряла все. Винить некого, кроме себя. Вот такая старая-старая сказка. Страшная сказка.