Не бойся - А. Шантарский

— Напиться бы сейчас и разнести какую-нибудь витрину в городе, — сказал Алексей, уже подъезжая к дому новой знакомой.

— Бить витрину не нужно, — улыбнулась женщина после длительного молчания. — А напиться и я бы сейчас не отказалась. Давно не возникало подобного желания. — И она так посмотрела на Алексея, что тот догадался, что решение остается за ним.

— Так я сгоняю в магазин?

— Никак не пойму, кто хозяин в доме? — отпустила она поощрительную фразу. — Ну так накрывать мне на стол или…

— Я быстренько, — перебил Атаман Нину. — Не успеешь глазом моргнуть.

— Надеюсь, что мой положительный герой не исчезнет бесследно.

— Можешь не сомневаться, — ответил благородный рыцарь, выжимая сцепление.

Накрытый стол радовал глаз. Сразу было видно, что в этом доме не привыкли экономить на желудке.

— Как тебе удается сохранять великолепную фигуру при такой обильной и калорийной пище? — поинтересовался гость, разливая коньяк в рюмки.

— У меня нет склонности к полноте. — Нина взяла свою рюмку. — Тебя что, дома жена плохо кормит?

Они чокнулись и выпили без тоста.

— Не жалуюсь.

— Тогда расскажи, каким образом сам сохраняешь форму.

Она толстым слоем намазывала на хлеб красную икру.

— Спортом много занимаюсь.

— Заметно. Я когда твои мускулы в парке увидела, сразу подумала — спортсмен. Повезло шантрапе, что удалось унести ноги.

Алексей с удовольствием уплетал пельмени, обмакивая их в приготовленный хозяйкой соус.

— Вкусно, — похвалил любитель хорошей закуски.

— Наливай еще, — потребовала Нина. Ей все больше и больше нравился этот симпатичный, высокий, мускулистый парень с обворожительной улыбкой.

Решив напиться, они неукоснительно к этому стремились и не заметили, как опустела первая бутылка «Наполеона».

Коньяк давно разогрел кровь, отодвигая неприятности на задний план.

— Вторую пить будем?

Алексей держал бутылку в руке и ждал указаний.

— Открывай, — махнула рукой уже пьяная хозяйка и чуть не упала со стула, чудом зацепившись за спинку.

Открыть бутылку он не успел, раздался настойчивый звонок в дверь.

— Пойду посмотрю, кого принесла нелегкая.

Нина поднялась и, покачиваясь, отправилась в прихожую.

— Какого черта ты напилась? — долетел до Алексея недовольный голос посетителя. — Пошли со мной.

— Отстань от меня! Лучше отправляйся к своим проституткам!

— К каким проституткам? Ты пьяна и не соображаешь, что несешь! Пошли!

— Только посмотрите на это невинное создание! Твои красотки рассказали тебе, что я приезжала?

— Прекрати немедленно нести чушь! Какие красотки?

— С которыми со вчерашнего дня забавлялся на даче.

— Совсем спятила баба! — Панин потянул ее за рукав. — Я еще не был на даче, а утром у меня машина не завелась.

— Каков наглец! Лгун! — Она дернулась, и рукав платья порвался. — Я бы на твоем месте вообще постеснялась сюда приходить.

Григорий уже не оправдывался, считая ее разгулявшееся воображение результатом пьянки. Он молча схватил одной рукой за другой рукав платья, а второй рукой обнял ее за талию и буквально поволок из квартиры.

— Отпусти ее! — услышал он властный голос незнакомого мужчины и раскрыл рот от удивления. — Я повторять не намерен! — предупредил он.

Панин выпустил Нину и не мигая уставился на Атамана.

— Ты кто, собственно, такой? — Настроен был Григорий воинственно. — Вероятно, случайный знакомый. Женщина расстроилась, что ее возлюбленный не явился на свидание, вернее сказать — опоздал, и нашла себе утешителя. Ну так ты уже свою роль выполнил. Я здесь и мы сами разберемся! Уматывай! — указал он рукою на дверь.

— Я уйду, если меня об этом попросит Нина, — спокойно сказал Алексей.

Оба высокие и широкоплечие, на вид достойные соперники, набычившись, стояли друг против друга, сжимая кулаки.

— Ну так я тебя сам вышвырну!

Панин первым кинулся к Атаману.

Целясь в лицо, он нанес два удара, но оба они не достигли цели. Григорий повторил выпад, вот тут и выявился сильнейший. Алексей перехватил руку, дернул ее и отскочил в сторону, тот с лета врезался носом в противоположную стену.

— Прекрати размахивать руками, не то я возьмусь за тебя серьезно.

Спокойствие и уверенность противника раздражали Панина, но снова вступить в единоборство он не решался, уже не сомневаясь в исходе такого поединка. Надеясь на поддержку, он посмотрел на Нину.

— Какого черта он тут делает? Выгони его! — потребовал он у женщины.

— Уходи сам и больше никогда не возвращайся, — ответила Нина, уже немного протрезвев.

— Учти, это твоя инициатива!

Он выскочил из квартиры, громко хлопнув за собой дверью. Атаман смущенно пожал плечами.

— Нехорошо получилось.

— Как раз ты был на высоте. Я же не слепая и видела, что ты за минуту мог сделать из него инвалида. Но только оборонялся. Ты сильный и ловкий боец, но не опасный, потому что у тебя редкое в наше время качество — доброта, — беспрестанно сыпала она комплиментами.

Своими поступками Алексей покорил ее сердце, и где-то в глубине души у нее затеплилась надежда, что все-таки существует на свете бескорыстная любовь, которую может вызвать только такой мужчина, как ее сегодняшний знакомый. Нине ужасно захотелось, чтобы он прижал ее к себе и поцеловал. От нахлынувшего внезапного желания по спине пробежала мелкая дрожь, но она пересилила себя и сказала:

— Идиот! Всю гулянку нам испортил, уже совершенно протрезвела.

За столом Атаман мягко спросил:

— Ты правда не обиделась, что я влез не в свое дело?

— Если говорить откровенно, то без тебя я бы никогда не решилась его выставить. А порывать все равно было необходимо. Счастья он мне не принесет. И давай больше не будем говорить об этом состоятельном и самонадеянном типе.

Но благородного рыцаря состоятельный тип интересовал больше, чем могла предположить Нина, и он, посмеиваясь, как бы между прочим обронил:

— Ты говоришь о нем, как о каком-то капиталисте.

— Он и есть настоящий капиталист, только подпольный. Если ты не из милиции, я потом кое-что расскажу про него.

— Боже упаси! Я обыкновенный рабочий, каких тысячи только на одном нашем заводе.

Ему не терпелось узнать все, что известно Нине про Панина. Но чтобы не вызвать подозрения, Алексей сдерживал свое любопытство.