Голос одиночества - Ян-Филипп Зендкер

Всего наилучшего,

Пол

На следующий день пришло еще два электронных письма из Шанхая.

Тема: срочно

Получено: 0:56

Пол, большое спасибо за редактуру. Все поправки я приняла, твой китайский просто удивителен. Сегодня собираюсь в Пудун. Моя знакомая знает там один чайный дом, где без проблем можно воспользоваться Интернетом. Главное – не оставлять следов, хотя риск есть всегда. Стоит мне почувствовать страх, как я начинаю думать о родителях. Это верное средство, я прибегала к нему и во время работы над текстом. Я очень волнуюсь. Что произойдет после того, как я щелкну на «отправить»? Меня пугает необратимость процесса, ты меня понимаешь? Надеюсь, ты не считаешь меня дурой. Интересно, мы одни такие или есть еще деревни с похожими проблемами? Хватит ли у кого‑нибудь мужества написать комментарий к моей истории или отреагировать на нее в какой‑либо другой форме? Буду держать тебя в курсе. Помни обо мне и пожелай мне удачи.

Твоя совсем‑не‑героиня

Инь‑Инь

Тема: Сделано!

Получено: 4:17

Сделано! Сделано! Сделано!

Я только что разместила его в Сети!

Не чувствую ничего, кроме облегчения. Никакого страха! Теперь я могу сказать о себе то же, что и отец: мне терять нечего. Даже если они меня вычислят – что с того? Арестуют? Посадят за решетку? Но я всего лишь студентка консерватории, и я ничего не боюсь.

До скорого!

Инь‑Инь

Ничего, кроме облегчения. Пол искренне радовался за Инь‑Инь, но предательский страх уже отзывался в желудке неприятной щекоткой. Инь‑Инь решилась, она опубликовала текст в Сети. Для кого? Для нескольких сотен пользователей, которые, прочитав, тут же о нем забудут? Или же тем самым она запустила цепную реакцию, которую уже никто не в силах остановить? В последнем случае ситуация уже вышла из‑под контроля, и текст распространяется с быстротой молнии на аудиторию, которой позавидует любое СМИ. Что же произойдет, если Чэнь все‑таки заблуждался и полиция вычислит Инь‑Инь? Кем она предстанет в их глазах, обыкновенной студенткой?

Время для сомнений было самое неподходящее. Пол написал Инь‑Инь письмо, в котором еще раз пожелал ей удачи, восхитился ее мужеством и умело составленным текстом. Назвал ее «маленькой героиней», вопреки всем ее отговоркам, и попросил держать его в курсе.

Потом приступил к своим обычным делам. Но за день, вопреки обыкновению, еще не раз проверял электронную почту. Новых писем не поступало.

На следующее утро Пол, после нескольких безуспешных попыток дозвониться, отправил Инь‑Инь электронное письмо. Спустя три часа зазвонил телефон.

– Где Инь‑Инь? – спросил мужской голос.

Пол узнал его, однако на всякий случай решил удостовериться:

– Господин Вайденфеллер?

– Да, где она? – нетерпеливо повторил приятель Инь‑Инь.

– Но откуда мне знать?

– Последние десять дней она больше общалась с вами, чем со мной, – раздраженно ответил Иоганн Себастьян.

– Я уже неделю как в Гонконге, все это время мы не общались. – Пол злился оттого, что ему приходится оправдываться.

– И вы не догадываетесь, где она может быть?

– Может, у родителей?

– Нет, им я уже звонил.

Судя по голосу, Вайденфеллер был обеспокоен не на шутку.

– И давно вы ее разыскиваете? – поинтересовался Пол.

– Мы договорились встретиться вчера вечером, но я не застал ее дома. Соседка сказала, что видела ее утром, потом ушла на работу, а когда вернулась – Инь‑Инь не было в квартире. Ноутбук и мобильник она унесла с собой. Никто не знает, куда она подевалась. Я искал ее в консерватории. У брата она не объявлялась вот уже несколько дней. – Вайденфеллер сделал паузу, чтобы перевести дух, и повторил свой недавний вопрос, на этот раз почти умоляющим тоном: – Неужели вы совсем не догадываетесь, где она может быть?

– Нет. – У Пола ноги стали ватными от страха.

– Когда вы в последний раз выходили с ней на связь?

– В Шанхае, когда прощались, – солгал Пол.

Раз уж Инь‑Инь не рассказала Вайденфеллеру о своей интернет‑акции, на это у нее были причины. Пол не имел права нарушать ее тайну.

– Что, если она у своей сокурсницы, с которой они вместе занимаются? – предположил Пол. – Не волнуйтесь. Уверен, она вот‑вот появится.

– Надеюсь, – пробурчал Вайденфеллер. – Позвоните мне, как только что‑нибудь узнаете.

– Разумеется, и вы мне тоже, – отозвался Пол.

Он вышел в сад и набрал номер адвоката Чэня.

– Это Лейбовиц, вы меня помните?

– Ну конечно. Ваша подруга Инь‑Инь была у меня пару дней назад и…

– Она последовала вашему совету и выложила в Интернет историю своей матери, – перебил Чэня Пол. – И пропала.

Некоторое время адвокат молчал.

– Она сделала это в интернет‑кафе, как я ей говорил?

– Да. Насколько я знаю, она воспользовалась Интернетом в некоем чайном доме в Пудуне и приняла все меры предосторожности.

– Странно… – пробормотал адвокат. – Значит, она как‑то выдала себя в тексте…

– Нет, я читал текст. Он был составлен безукоризненно, я не обнаружил в нем ни малейшего намека на личность автора. Даже не представляю себе, каким образом ее могли бы вычислить.

– Ну, мало ли… Достаточно малейшей оплошности…

– Я читал ее текст, она мне его пересылала, – перебил адвоката Пол.

– Она вам его – что? – переспросил Чэнь.

– Пересылала, на проверку.

– Каким образом?

– По электронной почте, разумеется. – Голос Пола дрогнул.

– Проклятье! – выругался адвокат. – Как она могла? Или не догадывалась, что ее электронную почту проверяют? – (Пол застонал.) – Это все объясняет, – продолжал адвокат. – Неужели вы не заметили ничего подозрительного ни в Иу, ни в Шанхае?

– Нет, – ответил Пол, и тут же в голове словно что‑то прояснилось. – Хотя постойте… Ночью кто‑то вторгся в ее номер…

– Как это «вторгся»? – не понял адвокат.

– В Иу, в отеле, кто‑то проник в ее номер посреди ночи.

– Что же вы раньше молчали?

– Я не увидел здесь никакой связи с нашим расследованием. – Пол нервно зашагал по садовой дорожке. – Решил, что ее просто хотели обокрасть.

– Чем вы вообще занимались в Иу?! – закричал Чэнь. – Я знаю, что вы встречались с Гао и с тем журналистом. С кем еще? Что вы вообще там делали? Вы объявлялись в полиции, в других официальных инстанциях?