Палач. Книга 2 - Александр Ачлей

Дин говорил по телефону недолго. Но этого времени хватило, чтобы внутри у Ланы все заклокотало от ревности и обиды:

— Я тебя убью, — прошипела она сквозь плотно сжатые зубы, как только он отключил телефон.

— Ланочка! Солнце мое. Ну чего ты злишься?! Это давняя знакомая, работающая на правительство Великобритании. Ей нужна моя помощь. А поскольку я решил связать свою будущую жизнь с Новой Зеландией, ее содействие может оказаться весьма кстати…

— Кобель! Какой же ты кобель! Старый, лысый, а все никак не угомонишься. — Лана буквально прожигала его своими глазищами. Она метала громы и молнии искреннего негодования. — Со мной не успел расстаться, и тут же, на тебе, какая-то англичанка…

— Ну вовсе даже не какая-то. А вполне конкретная, — примирительно начал Дин. — Я знаком с ней более десяти лет. Хотя если учесть тот инцидент в Харгейсе, то около 30…

— Ты ничего мне про нее не рассказывал…

— Я с ней не виделся года три или даже четыре. Так что рассказывать было нечего. Ну, перестань дуться. И давай лучше сходим куда-нибудь поужинаем. Завтра нам предстоит расстаться. Надеюсь, не навсегда…

Напоминание о разлуке чудесным образом переключило сознание Ланы. Ее взгляд потеплел, она улыбнулась, взяла Дина под руку, и они направились в один из многочисленных прибрежных ресторанов Гаваны. На следующий день она улетела в Екатеринбург, и Дин удачно совместил ее проводы с прилетом Бэт. Он заметил ее стройную фигуру на выходе из зоны контроля и помахал ей рукой. Она мало изменилась. Такая же стремительная, активная и красивая. Дин обнял ее, подхватил сумку, и они устремились к выходу, к ожидающему на парковке «мустангу», который он взял напрокат. По дороге в гостиницу они ни о чем серьезном не говорили. Затем он помог ей разместиться в номере. Потом они немного выпили рому с рефреской, и как-то само собой получилось, что они занялись любовью… И только после этого, закурив по сигарете, они перешли к делу, из-за которого Бэт прилетела в столицу Острова Свободы.

— Мне нужна твоя помощь… — начала Бэт. — В вопросе весьма деликатном… — Она затянулась и выпустила густую струю дыма под потолок: — Пару дней назад недалеко от Би-ви-ай исчез Чабисов…

— Это кто такой? — пытался изобразить недоумение Дин.

— Не притворяйся, — спокойно продолжала Элизабет. — Ты не хуже меня знаешь, кто такой Чабисов. Он исчез при весьма загадочных обстоятельствах, а потом вдруг неожиданно «всплыл» в Екатеринбурге, утверждая, что перебрался туда абсолютно добровольно!..

— Ну а я-то тут при чем? — Дин сделал себе еще один «хайбол»[39]и закурил очередную сигарету.

— Ты мне должен помочь. В принципе, я докопалась: это было похищение, и за этим стояла некая итальянка, к которой Чабисов, тоже мне плейбой нашелся, проникся чувством и доверием. Но заявление Чабисова о добровольности своего переезда в Екатеринбург лишает меня возможности дать этому делу официальный ход, поскольку в нем нет состава преступления. Итальянку эту я упустила. Она успела бежать. Да и бог с ней! Я ее еще успею достать. Во всяком случае, постараюсь сделать это с максимальными для нее проблемами. Но я хочу понять, как они сумели провести столь дерзкую операцию. И вообще, кто это — они? — Бэт разволновалась, ее щеки порозовели, глаза налились гневом, отчего она стала еще привлекательней. Дин непроизвольно положил руку ей на грудь и поцеловал в губы.

— Не сейчас, я прошу тебя, — Бэт попыталась мягко отодвинуться от него, но остановить Дина было уже невозможно. Через четверть часа он устало сказал: — Чабисова украли, итальянка сбежала, и ты обратилась за помощью ко мне. Где логика?

— Да, Чабисова украли, итальянка сбежала, ты случайно, конечно же случайно, оказываешься на Кубе, а в гостинице Тортолы я нахожу окурок с характерно оторванным фильтром…

— Да, говорил, говорил мне мой учитель Владимир Алексеевич Рябица, что разведчик не имеет права на привычки. Именно по ним его, как правило, и вычисляют. Извини, расслабился, — Дин поднялся с кровати, подошел к столику, взял сигарету, оторвал фильтр и закурил.

— Да не переживай ты так. Рано или поздно проявляются все. По той или иной причине. Да и обнаружить твое присутствие могла только я. И то потому, что слишком хорошо тебя знаю. — Он сел рядом с ней на край кровати, и она, обняв его, продолжала: — Помоги мне, Дин. Я должна понять, что произошло. Не для доклада начальству. Хотя бы для самой себя, — она прижалась к его спине.

— Для себя, говоришь… — Дин задумался. — Хорошо. Я дам тебе наводку. Об остальном додумаешься сама. Но услуга за услугу. Я устал. И давно хочу уйти на покой. Родины у меня нет…

— Это почему же? — перебила его Бэт.

— Потому, что родился я в Советском Союзе, присягу давал именно этому государству, корни мои в Дагестане. Советского Союза нет. России — нет. Дагестана — нет. С Екатеринбургом меня ничего не связывает. Я не уралец и не сибиряк. Москва окончательно превратилась в помойку. Мне много лет. Я всегда мечтал жить на берегу моря. Хочу в Крайстчерч…