Колыбельная для маньяка - Наталья Александрова

Капитан не обманул: через полчаса он уже сигналил перед воротами дома Беркутовых (или Лиходеевых), а еще через пять минут изумленная домоправительница Эльвира Петровна привела его в гостевой дом. За ним молча вышагивали трое здоровенных плечистых парней в камуфляже – группа захвата.

– Ну-с, и где у вас тут маньяк-убийца? – проговорил с порога Виктор Степанович, несколько недоверчиво оглядывая помещение.

– Вот, – односложно ответила Надежда, показав на связанного Валерия, – это ее муж, бывший. Она свидетель, я тоже. Он нас убить пытался. К счастью, неудачно.

– И что? – вмешался один из омоновцев. – Как я погляжу, вы тут и без нас управились, тетеньки…

– Я тебе покажу – тетеньки! – мгновенно разъярилась Надежда. – Расхаживают тут при полном параде, оружием обвешанные, за обездвиженным преступником – и то вчетвером прибыли! Мы, две слабые женщины, сами его упаковали, а он еще насмехается!

– Тихо-тихо! – вступил в разговор Поползнев. – Разберемся.

– Вот доказательства, – тихо сказала Светлана и протянула капитану дамскую косметичку. Обычную косметичку из дешевого материала в сиреневый цветочек, довольно потрепанную.

Капитан раскрыл ее и высыпал на стол четыре предмета. Был там тюбик помады, знакомый уже Надежде флакончик духов синего стекла «Евдокия», обычная голубая ленточка для волос и золотые часы – по виду те самые, розового золота, с ажурным браслетом.

– Вот, это еще туда же добавить нужно… – Светлана показала на маленький ключик с брелоком в виде пары крошечных ботиночек из серой замши, что валялся на столе.

– Господи! – Надежда вспомнила детскую считалочку. – «В этой маленькой корзинке есть помада и духи, ленты, кружева, ботинки – что угодно для души…» Мамочка моя!

– Это не мое! – Маньяк очухался и теперь извивался на полу и дико вращал глазами. – Это они мне подсунули! Не докажете ничего!

– Как сказать… – Поползнев подошел ближе и посмотрел на руки маньяка, – последний труп-то свежий мы нашли. Эксперты следы на шее сравнят с ручками твоими. По виду они совпадают… – Он повернулся к Надежде. – Опять же, опознали девушку. Она, понимаете, гостила тут у одних, да с парнем своим поссорилась, тоже тот еще мерзавец. Ну и пошла одна через лес на автобус. А на дороге-то этот ее и подхватил, – он снова уставился на маньяка, – так что списочек у меня имеется, что у Марины этой с собой было в сумочке. И там прямо сказано: ключ с таким-то брелоком. Это у нее на работе документы какие-то положено в ящик запирать. А ты поленился ключик-то снять. Или не до того было… Вот так-то.

– Да вы еще посмотрите. – Светлана взяла косметичку и отогнула внутренний порвавшийся край.

– Оп-па! – обрадовался Поползнев, вынимая карточку, на которой Надежда увидала фотографию невзрачной лупоглазой девицы и надпись: «Колюшкина Елизавета, горничная, пансионат “Камешки”».

– Ну это же надо… – откровенно веселился капитан. – Девчонка эта, Лизка, вечно этот электронный ключ теряла. Вот и засунула его поглубже. Как говорится, подальше положишь – поближе возьмешь. Ну что, гражданин Павлюченко, – капитан стал серьезным, – вы задержаны с поличным. Берите его, ребята! Вас тоже с собой прихватим! – повернулся он к женщинам. – Там показания снимем.

– Я не могу, – едва слышно проговорила Светлана. – Я сейчас умру…

– Товарищ капитан… – заныла Надежда. – Виктор Степанович, дорогой! Ну сил у нас нету, он же нас едва не убил! У меня голова гудит, может, вообще сотрясение мозга, а у нее стресс. Ну отпустите нас пока, а потом уж с показаниями разберемся.

– Да с меня начальство за это голову снимет! – замахал руками Поползнев. – Ай, ладно, под мою ответственность. Но чтобы по первому зову явились!

– Всегда! – Надежда выкатила глаза, как солдат на плацу.

Капитан был настолько любезен, что приказал доставить их до дома Светланы на машине.

– Ну вот, – Светлана обвела рукой сад и дом, – так мы и жили.

– Неплохо жили, – согласилась Надежда, – да я ведь тут уже была, все видела.

Они прошли в дом, где Надежда развила бурную деятельность. Она нашла в буфете банку растворимого кофе и пачку сухарей, все продукты, что были в холодильнике, оказались безнадежно испорченными.

– Как я уехала три недели назад, так он сюда и не заглядывал, – констатировала Светлана.

– Не отвлекайся, – Надежда уже разливала кофе по чашкам, – давай рассказывай, как тебя угораздило за маньяка замуж выйти.

– Он таким не был, – слабо возразила Светлана, – это он только в последнее время с катушек сошел.

– Ага, как же. – Надежда решила говорить как есть, без умолчаний и экивоков. – Капитан говорил, что было два таких же похожих убийства восемь лет назад, соображаешь, к чему клоню? А потом он на тебе женился и успокоился. Может, у него цикл такой – восемь лет?

– Да не знаю я! – с досадой ответила Светлана. – Я ведь как познакомилась с ним – сразу влюбилась! Такой большой, сильный… бесхитростный. Открытый, весь на виду.

– Угу, – заметила Надежда скептически.

– А мне сорок стукнуло, – продолжала Светлана, – чего еще ждать-то? В постели опять же… такая страсть, как в кино. Только по-настоящему. И поначалу хорошо мы жили, врать не буду. Дом строили, с нуля начинали, все вместе. Он работал много и дома все делал. И так хорошо нам вдвоем было… Я, конечно, плохая мать, Илью бросила. Денег иногда ему подбрасывала, а так навещала редко.

– Ничего, он парень неплохой, кота любит… – вставила Надежда.

– Ну а потом как подменили человека, – вздохнула Светлана, – нервный стал, дерганый, не своим голосом разговаривает, грубит. Однажды прямо в ярость пришел, да и избил меня в кровь. Что делать? Я завелась, конечно, думаю, такое раз простишь – будет каждый день лупить. Все, говорю, развод. Ну, он согласился, переехал на дальний участок в вагончик. А я решила ему отомстить, пригласила Вадима пожить.

– И это я знаю, – кивнула Надежда.

Светлана покосилась удивленно, но продолжала:

– Тут я, конечно, глупость совершила, нехорошо так делать, людьми манипулировать. Однако помогло, мужчины ведь как дети, самолюбие у них большую роль играет. В общем, приходит ко мне Валерий – так и так, я не прав был, прости, что руку на тебя поднял, клянусь, что такое больше не повторится.

– И ты поверила? – скривилась Надежда.

– А что мне делать было? – огрызнулась Светлана. – Я того и добивалась, чтобы он прочувствовал. А он, оказывается, нарочно вернулся, чтобы мне мстить. Значит, как прошла осень и все дачники уехали, так он и показал мне небо в алмазах. Измывался как хотел, вот, смотри… – Она закатала рукав свитера, и Надежда едва не вскрикнула.

Чуть выше тонкого запястья вся кожа была в ожогах от сигарет.

– После этого он ушел, я сама его на коленях просила. Но приезжал раз в неделю – инструменты у него тут, техника строительная… А я каждый раз от страха умираю – будет бить или не будет. Ну, в общем, весна прошла, потом летом поуспокоился он.