Не верь зеркалам - Антон Чижъ

– Постараюсь сделать все, что смогу.

Зоя смахнула нарезку в салатницу.

– Есть хотите? Тася питается только овощами, а рыбопродукты пока не привезли… Легкий салат?

Отказавшись, Варвара попросила чего-нибудь холодного. И приказал горлу заткнуться. Получив кружку ледяного сока, она пила мелкими глотками. Каждая капля падала как живительная влага на иссушенную землю.

– Вас с утра вызвали в Следственный комитет? – спросила она, остановившись на половине кружки.

– Тасю. Я с ней поехала. От следователя она вышла в слезах, оказалось, что Искра погибла, ее убили… И тут же я виновата оказалась.

– Почему?

– Не то платье купила в подарок Искре, – Зоя занялась огурцами, кромсая крупно и неловко. – Тася сразу надела и поехала в отель бронировать номер. Вернулась и заявила, что платье ужасное, можно дарить Искре… В этом вся она…

Варвара сделала большой глоток.

– Простите, не знаю ваше отчество…

– Не нужно отчества, я всегда Зоя, – ответила она.

– Зоя, – повторила Варвара бережно. – Вы всю жизнь вместе с Таисией Федоровной…

Верная помощница вздохнула, будто жалела о потере.

– Да, с института.

– Вы учились на одном курсе?

– Не совсем… Я перешла к ним под конец третьего и училась всего один год, до выпуска в 1982-м…

Варвара вспомнила девушку во втором ряду с краю на общей курсовой фотографии. Вот кого она напоминала.

– Сразу после института Тасю пригласили на главную роль, – продолжила Зоя. – Она позвала меня помочь, ей тогда было страшно. Меня взяли в съемочную группу как ассистента актрисы, играющей главную роль… Ну, так и пошло… На Тасю свалилась слава, я была нужна ей… Научилась накладывать грим, прически, парики сама для нее делала, сценические костюмы ушивала. Она только мне доверяла, другие не могли ей угодить… Так незаметно превратилась в незаменимую помощницу, прислугу, теперь еще и сиделку для престарелой сестры… Пережила с ней трех мужей… До сих пор вместе…

– А что случилось с ребенком? – спросила Варвара и пожалела.

Нож замер, повернув голову, Зоя глянула настороженно.

– С каким ребенком?

– От которого Таисия Федоровна отказалась… В 1991 году.

– Вы узнали…

Можно сказать: то, что известно Инке, знает весь свет. Прятаться за подругой Варвара не стала, сослалась на слухи.

– Тася не может себе простить до сих пор, – сказала Зоя, отложив нож и присев на высокий кухонный табурет. – Она пожертвовала ребенком ради карьеры, ради театра.

– И вы не остановили?

Зоя кисло усмехнулась.

– Нет человека, который может остановить несущийся поезд… Тася меня вообще не спрашивала. Вечером накануне дня, когда Ельцин объявил независимость России, я хорошо это запомнила, она уехала на такси в роддом. А через день вернулась и заявила: «Все кончено». Отправилась вечером играть спектакль, комедию. Я ей прическу делаю, грим накладываю, а у нее ни слезинки, как отрезала…

– Разве после родов можно играть?

– Тася может, она из стали…

– Правду потом узнали?

– Не я, – Зоя покачала головой. – Октябрина Федоровна через месяц собралась с духом и отправилась в родильный дом… Там ее огорошили… У нее самой никогда детей не было, думала, будет нянчить племянницу…

– Родилась девочка? – быстро спросила Варвара.

– Да, девочка… Бедный ребенок, осталась сиротой при живых родителях… Ни матери не нужна, ни отцу…

– Добронина никогда не интересовалась ее судьбой?

– Зачем? – На лице Зои появились и пропали желваки. – У нее был театр…

– Но материнский инстинкт…

– Такого не имелось… Да и малышка, как я понимаю, не была брошена… Под большим секретом ее опекала Октябрина Федоровна. Навещала в детском доме. Как тетушка.

– А где дочь сейчас?

Зоя пожала плечами.

– Октябрина Федоровна держала подробности в секрете… Боялась Тасю. Или считала девочку своей дочкой… Уже десять лет она в таком состоянии, когда расспросить невозможно.

– Девочка, – Варвара запнулась, подчитав, сколько лет ей сейчас может быть. – Девушка… Эта женщина… знает, чья она дочь?

– Ответ известен только ей, – Зоя отряхнула фартук и встала. – Скорее всего, нет. Если только Октябрина Федоровна случайно не проговорилась… Во всяком случае, она здесь не появлялась. Почему вас это интересует?

Прежде чем ответить, Варвара тщательно подобрала слова.

– Таисия Федоровна опасается за свою жизнь… Смерть Искры Крайковой доказывает, что эти страхи не напрасны. Может быть, опасность исходит от этого призрака прошлого?

В тишине раздалось мерное цоканье ножа по разделочной доске. Где-то вдалеке квартиры гремел телевизор.

– Если честно, я стараюсь об этом не думать, – ответила тихо Зоя. – И вам, Варвара, не советую. Тася приходит в бешенство при любом намеке на эту историю.

За совет Варвара поблагодарила.

– Если с Таисией Федоровной что-то случится, что будет с вами, Зоя?

– Начнется новая жизнь, – ответила она, не отрываясь от красного перца. – У меня ничего нет, Тася мне ничего не оставляет. Пойду работать сиделкой, у меня большой опыт: кормлю Октябрину Федоровну ее любимой овсянкой… Может, парики начну делать. Хотя кому нужна настоящая ручная работа, везде китайская синтетика за две копейки…

– Кто получит все?

– Разве не догадываетесь? Он и получит… Кто же еще… Ждет не дождется получить третью жену и права на квартиру, дачу и все банковские счета.

Зоя говорила так буднично и спокойно, будто смирилась. Варвара не могла понять: как Добронина может так поступить с человеком, который положил ради нее свою жизнь? Как такое вообще возможно? Но ведь возможно, оказывается…

– Дочь что-нибудь получит?

– Тася про нее и думать забыла…

– Зоя, простите, последние дни к Таисии Федоровне обращался кто-то из старинных знакомых, институтских?

Зоя быстро смешала овощи в салатнице.

– Нет. Я бы знала… Наша царица не изволит подходить к телефону. Салат готов, может, попробуете?

Есть Варвара не могла совсем. Допив сок, она попросила выпускной альбом актерского курса Доброниной. Зоя согласилась, что он хранится в доме. Но где именно? Куда-то засунут. Она обещала поискать.

– Закройте дверь на кухню, – попросила Зоя. – Буду рыбу жарить. Наша королева обожает корюшку, но запах не выносит… Сами дорогу найдете?

– Найду, – согласилась Варвара. И плотно притворила за собой дверь.