Колыбельная Кассандры - Эля Хакимова

По дороге в участок детектив Сент-Джонс позвонила констеблю и приказала Мофли немедленно достать Уну Крайн хоть из-под земли. Записка, оставленная Гейбриэлом, так и лежала под запертыми дверями ее дома. Мофли, посланный на розыски старушки, звонил раз пятнадцать за несчастные десять минут только для того, чтобы сообщить, что нет никаких результатов.

— Только умоляю, никому ни слова о проклятой Эмили! — бросила Кассандра быстрый взгляд на агента. — Черт! Ну, что я видела ее призрак и вроде как… беседовала с ним.

— Давайте заглянем во вторую куклу, — скрывая улыбку, предложил агент, распахивая перед девушкой дверь участка.

Элспет Маллишаг вскочила из-за стойки, где она примостилась со своим вязанием.

— Мисс Маллишаг? А вы какого черта тут делаете? — оторопела Кассандра.

— Э… я, собственно, каждый день сюда прихожу. Привыкла, знаете, и потом у нас все равно нет дежурного, а иногда звонят… Люди и из управления… А что, вы не разрешаете? — расстроилась Элспет.

— Нет, ничего страшного. Но, может, вам лучше было бы дома? Я уж не знаю, что там чертовы врачи рекомендуют чертовым беременным… Отдых?

— Что вы! Мне здесь нравится, — просияла та в ответ, отблагодарив с лихвою за некоторое потепление тона Кассандры.

— Ясно. Как только констебль объявится, срочно ко мне. — Она не стала дослушивать секретаршу и поспешно скрылась в кабинете.

Там детектив прошла к сейфу, в котором хранились улики и оружие. Кукла лежала, упакованная в пластиковый пакет с застежкой. Она довольно поглядывала из-за мутной полиэтиленовой вуали с таким торжествующим видом, будто восклицала: «Ага! Я же говорила!»

Кассандра протянула к ней руку, но почти тут же отдернула и предоставила агенту самому вынимать игрушку из пакета и откручивать голову. Она внимательно следила за каждым движением помощника. Немного помедлив, он ответил на взгляд девушки легким кивком. Внутри куклы находились свернутые трубочкой листки.

— «Сэр Эбнер Проспер Барт», — прочел агент, достав и развернув бумагу. — Это отец Эмили.

— Значит, не дневники самой Эмили. — Кассандра выдохнула ледяной спертый воздух подземелья. Но в куклах есть тайники, и узнала она это из своих (о Господи!) видений. «Главное, различать реальности — первое правило мужественного сумасшедшего», — подбодрила себя несчастная.

— Постойте… здесь с краю приписка другим почерком. «Лидия Барт спрятала эти записи, оставшиеся после смерти отца».

— Лидия… Это имя упоминалось в дневнике Эмили! — воскликнула Кассандра.

— Одна из сестер. Насколько мне не изменяет память, она пережила всех. Близнецы скончались раньше.

— Никто из них так и не вышел замуж? — уточнила девушка.

— Нет. Хотя одна, как раз Арабэлла, исчезла без вести. Дело в том, что о ней не сохранилось никаких записей. Почти сразу после смерти Эмили Арабэллу перестают упоминать и сестры, и тетки. В завещании она тоже не указана. Вернее, указана как лишенная наследства. Раньше она имела равные права наследования со всеми остальными сестрами.

— Что-то произошло, — уверенно покачала головой Кассандра.

— Сложно представить проступок, за который так наказали. Игнорировать дочь мог только исключительно жестокий родитель. Тем более у него было потом время, чтобы сменить гнев на милость.

— Что же, о ее судьбе никому ничего не известно? — насторожилась Кассандра.

— Биографы Эмили пытались выяснить это, но дальше предположений дело не пошло. Версии довольно банальные. От бегства с женихом, не вызвавшим одобрение отца, до тайной перемены вероисповедания и ухода в монастырь.

— Тошнит от совпадений. От неясностей еще больше. — Кассандра дернула плечом.