Очищение смертью - Нора Робертс

– И вы решили разорвать порочный круг.

– У меня не было выбора. – Билли вскинул взгляд на Еву, умоляя о понимании. – Церковь… вы должны это понять, церковь больше любого из нас. Церковь нуждается в защите. Я молился за него, я говорил с ним, убеждал его, спорил… Он не желал ничего слушать. Он был слеп. Все мы – всего лишь люди, лейтенант. Даже Джимми-Джей. Он стоял во главе церкви как посланник Господа на земле, но он был всего лишь человеком. И этого человека надо было остановить, чтобы спасти его душу и сохранить церковь Вечного света.

– То есть вы его убили, чтобы спасти его?

– Да.

– И чтобы спасти церковь?

– Чтобы спасти все, что он построил, чтобы все это осталось после него, чтобы все это жило и процветало. Чтобы были спасены остальные.

– А почему именно здесь и сейчас? – прервала его Ева.

– Я… Этот папистский священник. Мне показалось, что это знак свыше. Я понял, что если и можно спасти Джимми-Джея, если и можно продолжить работу церкви Вечного света без него, его смерть должна была быть быстрой и публичной. Она могла подвигнуть других людей заглянуть к себе в душу и найти в ней свет, понять, что смерть никого не минует, а спасение души надо заслужить.

– Откуда вы взяли цианид?

– Я… – Билли облизнул губы. – Я обратился к торговцу запрещенными веществами в метро под Таймс-сквер.

Брови Евы поползли вверх.

– Вы спустились под землю в этом секторе? Это или очень храбро, или очень глупо.

– У меня не было выбора. – Его руки сжались в кулаки на столе, да так и застыли. – Это нужно было сделать быстро. Я ему заплатил за цианид и заплатил вдвое, когда он мне его достал.

– Имя?

– Мы друг другу не представились.

Такой ответ не удивил Еву, она кивнула. У нее еще будет время отследить источник.

– Итак, вы достали яд. Что дальше?

Сэмюель поднял руку.

– Это действительно необходимо…

– Да. Что дальше? – повторила Ева.

– Я спрятал яд на себе. Это была такая крошечная порция… Мне пришлось молиться, чтобы она оказалась достаточной. Я не хотел, чтобы он мучился. Я любил его. Прошу вас, поверьте мне. – Билли умоляюще посмотрел на Люка и Сэмюеля. – Прошу вас, поверьте.

– Продолжай, Билли. – Люк положил руку ему на плечо.

– Я хотел поговорить с ним еще раз, попытаться его убедить признать свои грехи и покаяться. Но в тот же самый день он пошел в гостиницу к своей любовнице. А потом, когда я попытался с ним поговорить, он меня высмеял. Он смеялся! Он заявил, что никогда не чувствовал себя таким сильным. Таким близким к Богу. Чтобы проповедовать борьбу с грехом, человек должен познать грех. Он сказал мне, что изучал Писание. – Билли закрыл глаза. – Изучил Писание под новым углом и пришел к выводу, что Бог собирался дать каждому мужчине по нескольку жен. Каждая должна удовлетворять какую-то потребность, чтобы мужчина мог очистить свой ум и сердце от забот и целиком посвятить себя Богу. Услышав это, я понял, что его уже не вернуть на путь истинный. Что единственный способ спасти его, спасти все – это прервать его земную жизнь. Послать его к Богу.

Ева промолчала, и Билли глубоко перевел дух.

– Я выждал, пока вода не оказалась на месте. Я молился, я продолжал молиться, даже когда вливал яд в третью бутылку. В глубине души я продолжал надеяться, что он образумится, вернется к свету до того, как возьмет в руки эту третью бутылку. Что будет еще одно знамение. Но ничего не было.

– Кто-нибудь знал о вашем намерении, о том, что вы совершили? Вы кому-нибудь доверились?

– Только Богу. Я верил, что совершаю богоугодное дело, исполняю Его волю. Но прошлой ночью мне снились ужасные сны. Мне снились адские мучения и адский огонь. Теперь я думаю, что это дьявол вселился в меня и сбил с пути истинного.

– Итак, вы оправдываете себя тем, что вас бес попутал, – заключила Ева. – Не такое уж оригинальное оправдание, как вы могли подумать. А ваши чувства к Джолин Дженкинс не сыграли никакой роли в том, что вы подлили яду в воду ее мужу?

Тусклый буроватый румянец залил бледное лицо Билли.

– Я хотел избавить Джолин от боли и унижения, связанных с изменой ее мужа.

– А самому занять место покойника на сцене и в супружеской постели? Неплохой бонус.

– Лейтенант, – перебил Еву Люк, – он сознался в своих грехах, в своих преступлениях. Неужели вам мало? Он готов понести наказание и в этом мире, и в загробном.

– А вы довольны? – спросила Ева. – Вам больше ничего не нужно?

– Речь не обо мне. – Люк положил руку на плечо Билли. – Я буду молиться за тебя.

Билли опустил голову на стол и разрыдался. Пока он плакал, Ева встала.

– Билли Крокер, вы арестованы по обвинению в умышленном убийстве Джеймса Джея Дженкинса. Вы обвиняетесь в убийстве первой степени. – Ева обогнула его кругом и надела наручники. – Пибоди.

– Слушаюсь. Я его отведу. Идемте со мной, мистер Крокер. Вы сможете увидеться со своим клиентом, когда мы оформим арест, – повернулась она к Сэмюелю.

– Выключить запись, – приказала Ева, когда Пибоди вывела Крокера. – Спасибо, что помогли ему прийти сюда, – обратилась она к Люку. – Запись выключена, – добавила она, увидев, что он качает головой. – Я восхищаюсь вашей верой и самообладанием, – сказала она Сэмюелю. – И вашей преданностью.

– Один хороший человек умер, – тихо сказал Люк. – Другой загубил свою душу. Много жизней разрушено.

– Да, вот что делает убийство. Он возжелал жены ближнего, разве не так у вас в Писании говорится? Вы это знаете, и я это знаю. Все мы знаем, что это часть мотива, как бы он себя ни оправдывал.

– Он ответит за это перед Богом. Разве этого мало?

Ева внимательно посмотрела на Люка.

– Ему за многое придется ответить прямо здесь и сейчас, а уж с Богом вы сами разбирайтесь. Вы и дальше будете его представлять? – спросила она Сэмюеля.

– Пока мы не найдем ему более опытного адвоката, специалиста по уголовным делам. Мы хотим вернуться домой. Мы хотим вернуть семью домой как можно скорее.

– Я думаю, к завтрашнему дню мы это уладим, – кивнула Ева. – Но если более опытный адвокат, специалист по уголовным делам, будет настаивать на процессе, всплывут подробности мотива. – Она открыла дверь. – Я покажу вам, где можно подождать.

Она вернулась к себе в кабинет, написала и зарегистрировала отчет, потребовала перекрыть доступ СМИ к деталям. Нет смысла, подумала она, травмировать Джолин и дочерей убитого подробностями его сексуальных подвигов. Стоит их уберечь. Хотя бы на какое-то время.

Когда вошла Пибоди, Ева вскинула голову.

– Дело сделано, – отчиталась Пибоди. – Я приставила к нему наблюдение на случай попытки суицида. Есть у меня такое чувство.