Одноклассники smerti - Анна и Сергей Литвиновы

Людмила

«Судьба свое возьмет».

Всего одна фраза. Красивая — но дурак-компьютер подчеркивает. Не нравится ему, видите ли, что прилагательное «свое» ни с каким из существительных не согласуется. А на то, что у создателя текста есть право на творчество, железному ящику плевать. Он всех под одну гребенку равняет — и таланты, и графоманов. Дурацкое, примитивное, равнодушное изобретение.

Люда компьютер ненавидела. Но обойтись без него — точнее, без Всемирной паутины — уже не могла. Она считала себя разумным человеком и просто выбрала из двух зол меньшее. Пусть комп — это дрянь. Но зато он избавил ее от походов в библиотеки, а их она ненавидела еще пуще железного ящика. Сыта по горло этими пыльными, полными неудачников заведениями. Сколько времени пришлось в них проторчать в старые времена, когда книжки с газетами были доступны только в печатном виде. И уж лучше мириться с постоянными зависаниями и поломками компьютера, чем одеваться, причесываться, выходить из дома. Ехать в толпе, в окружении чужих запахов и враждебных взглядов. А потом еще неизбежное общение с затюканными, нелюбезными библиотекаршами. И долгое ожидание, пока заказ принесут из хранилища. И стул, отполированный задницами тысяч посторонних людей. И отголоски тупых человеческих разговоров. И любопытные взоры в ее сторону…

Лучше уж задать вопрос компьютерному поисковику.

Ну и пусть он сначала ответит, что «соответствий не найдено». Люда уже поняла: главное в общении с компьютером — не сдаваться. Упорно, до рези в глазах и шума в голове, сидеть перед мерцающим экраном. Забивать в окошечко «поиска» бесконечные формулировки. Попадать на все новые и часто интересные странички — правда, не имеющие ни малейшего отношения к теме. Злиться. Отчаиваться. Выходить на кухню и споласкивать лицо ледяной водой. Лупить по проклятой клавиатуре кулаком. И ждать, ждать…

А потом, скорее всего, компьютерные боги тебя вознаградят. Как вознаградили ее сегодня, отослав после часа бесплодных поисков на интернет-страницу газетки со странным именем «Медведочка».

Люда, хотя прожила в районе Медведково с самого рождения до своих нынешних двадцать семи, не сразу поняла, что это специальное издание для жителей ее микрорайона. Из тех, что раньше бесплатно втискивали в почтовые ящики, а нынче просто сваливают на столе возле будки консьержа.

Наверняка она эту газетку прежде и в «живом» виде встречала. Может быть, даже чистила на ней картошку или засовывала в голенища зимних сапог, чтобы те сохраняли форму… Людмила не помнила. Она никогда не держала в голове того, что сама называла «незначимой информацией». И потому сейчас на своем восемнадцатидюймовом мониторе разглядывала логотип «Медведочки» словно впервые. Со снисходительной улыбкой читала заголовки статей, повествующих о районных буднях: «В метро «Свиблово» зарезали собаку»… «Очередная кража в собесе на ул. Римского-Корсакова»… «Все на улицы: летний субботник!»

Ну и бездари журналисты! А уж реклама — и вовсе погибнуть: «Самые дешевые яйца в двух шагах от твоего дома!»

И лишь одну заметку — небольшую, всего в несколько строк — она открыла с замиранием сердца:

ОПЯТЬ ВЗОРВАЛСЯ ГАЗ

Жительница нашего микрорайона едва не погибла в кухне собственной квартиры.

На днях молодая сотрудница историко-архивной библиотеки Надежда Митрофанова, проживающая на проезде Шокальского, вернулась с работы, прошла на кухню и включила под чайником газ. Однако чаепитие не удалось — в квартире прогремел взрыв. Обстоятельства происшедшего выясняются, девушка, пережившая глубокий шок, находится в больнице.

…И скоро переберется из нее прямо в морг.

Хорошая получилась бы концовка.

Впрочем, и так вышло неплохо. Для начала. Людмила с удовольствием представила раскуроченную взрывом квартиру. «Скорую», больницу, ее страх… Наверняка ты теперь кричишь по ночам, моя милая Митрофанова. И не можешь спать без света. И гадаешь, кто же тебя до такой степени ненавидит…

Люда усмехнулась. Включила принтер, выделила статейку курсором и отправила на печать. Хорошо бы, конечно, для полноты архива получить оригинал, но ехать в редакцию «Медведочки» ей представлялось слишком рискованным. Придется обходиться тем, что есть.

И помнить, что судьба — она ведь все равно свое возьмет.

Дима

Пиво (две по ноль пять темного) и усталость взяли свое — ночью он спал без сновидений. Как упал в постель ближе к часу, так на том же боку, недвижимо, до восьми и продрых. И еще бы спал, не начни какая-то сволочь на мобильник названивать.

Забытье оказалось столь глубоким, что реальность в виде телефонного звонка прорывалась в него долгую минуту. Одна трель, другая, седьмая, десятая… Дима в своем сне понимал, что звонят по его душу и надо открыть глаза, ответить, потом куда-то бежать, что-то делать… Но сил проснуться не было.

Он сдался. Решил: «Хрен с ними. Потом перезвонят». И потянулся выключить разрывающийся на прикроватной тумбочке аппарат.

Но тут в голове молнией мелькнуло: «А если Надька?! Вдруг случилось что?»