Пакости в кредит - Галина Куликова

Повесив на плечо сумочку, Софья вышла на улицу и двинулась всторону кафе. На двери висела табличка «Перерыв 15 минут». Однако, когда она,досадуя, собралась повернуть назад, за стеклянной дверью проявилась официантка— та, что помельче и попроворнее, — и замахала рукой. Софья подождала, покаей откроют.

— Заходите, я вас обслужу, — сказала официантка,которую звали Таней. — Свой ведь человек. А наши все пошли на местопроисшествия.

Таня принесла себе и Софье по куриному салату и по большойчашке кофе и села с ней за один столик.

— Когда нервничаю, всегда есть хочу! — пояснилаона. — Просто ужас, что у нас творится, правда? Я раньше думала, что центргорода — самое безопасное место. Всегда много народа, много милиции. И вот подиж ты! У вас чего об этом говорят?

— Говорят, что это маньяк, — механическипережевывая салат, ответила Софья.

— У нас тоже. Наша тетя Паша как про шляпу узнала, такчуть в обморок не грохнулась.

— А вы кого-нибудь из них видели? — спросилаСофья. — Из тех, кто умер?

— Первый убитый, Люкин, к нам иногда в кафе заходил. Япро него кое-что знаю! — сказала Таня.

Софья тут же перестала жевать.

— Кое-что? — переспросила она.

— Ага, — подтвердила Таня. — Один занятныйпустячок.

— Вы с ним были знакомы?

— Нет, — покачала головой Таня. — Я простокое-что слышала. Одну пикантную подробность, которую Люкин от всех скрывал.

— Ой, как интересно! — воскликнула Софья примернотак, как это делают девочки, обсуждая мальчиков. Такая реакция, как ейказалось, Таню должна раззадорить. — И никто-никто об этом больше незнает?

«Только бы сейчас никакая сволочь нам не помешала!» —взмолилась про себя она.

— Я подумала: зачем я буду трепаться, когда человекауже нет, правда? Но вам я доверяю. Однажды он зашел сюда с женщиной. Онвообще-то был понтярщиком. Но в ее присутствии держался более скромно, чемобычно.

— Женщина молодая?

— Лет двадцать пять — двадцать семь. Он называл ееМадленой.

— Чудесно. Ну а дальше?

— Как я поняла из их разговора, — Таня невольнопонизила голос, — Мадлена — жена его начальника.

— Ого!

— Да. Судя по всему, время от времени они встречались уЛюкина дома, но всегда заходили в подъезд порознь. Мадлена очень бояласьсплетен. Боялась, что ее заметит и узнает кто-нибудь из знакомых. Ну, вы же вкурсе, как это бывает! Ты делаешь что-то, совершенно уверенный, что всеостанется в тайне, а потом оказывается, что твою тайну знает масса людей.Просто случай — и вся жизнь понеслась под откос.

«Так произошло и со мной, — тоскливо подумалаСофья. — Я увидела Дымова на тротуаре, и моя жизнь понеслась под откос».

— А о чем они еще говорили?

— О ее муже. Они отдавали должное его деловымкачествами удивлялись, до какой степени он наивен. Как я поняла, муж гораздостарше Мадлены.

— Да, это действительно интересно, — пробормоталаСофья.

— Фу! Я рада, что рассказала кому-то, — призналасьТаня. — Даже пустячную тайну трудно носить в себе. Словно носишь грех. Аэто так ужасно утомляет! И хотя после убийства сюда к нам приходил следователь,я промолчала. Не захотела с ним связываться.

— Понимаю, — пробормотала Софья., —Довериться следователю — все равно что посетить бесплатную стоматологическуюполиклинику. Слишком много неприятных последствий.

Возвратившись в агентство, она застала в своем кабинетенезваных гостей. Чета Тулускиных явилась выразить ей свою благодарность.Несмотря на бессонную ночь, оба были свеженькими и сияли, словно два вымытыхяблока. Улыбки раздирали их рты, делая супругов странно похожими друг на друга.

— Дорогая Софья! — торжественно заявил Тулускин,вручая ей огромный букет туго свернутых роз в бутонах. — Моя благодарностьне знает границ.

— Наша благодарность! — поправила Тулускина,хватая Софью за руки и встряхивая их.

— А это ее денежный эквивалент, — продолжилТулускин, вручая Софье кокетливую сумочку.

Сумочка была тяжелой, но Софья не решилась сразу же открытьее, а просто поблагодарила и произнесла маленькую речь о том, как она радаблагополучному воссоединению семьи и все такое прочее.

— Может быть, я еще чем-нибудь могу вам помочь? —поинтересовался Тулускин, переминаясь с ноги на ногу. — Вам вчерапонадобились телохранители…

По всем законам жанра Софье следовало бы начать отнекиватьсяи с почетом проводить парочку до двери, но собственные горести заставили еепроявить недопустимую наглость.

— Послушайте, Валерий! — сказала она. — Мненужна кое-какая информация. Сама я ее раздобыть не могу.

Тулускин тотчас же сделался серьезным и сказал:

— Выкладывайте.

— В доме, где мы с вами сейчас находимся, в обычнойжилой квартире был убит некий Константин Люкин. Он работал в каком-томинистерстве. Мне нужно знать точно — в каком. Мало этого. Мне нужны базовыеданные на его начальника.

— А конкретнее? — уточнил Тулускин. — Накакого начальника?

— Того, жену которого зовут Мадленой. Собственно,по-настоящему эта Мадлена меня и интересует. Я должна на нее как-то выйти.Вступить в контакт. Это для меня очень важно. Что называется, вопрос жизни исмерти.

— Значит, Мадлена? Ладно, — кивнулТулускин. — В сущности, это пустяк. Я постараюсь все узнать для васмаксимально быстро.

Теперь уже просияла Софья. Она тоже долго трясла рукиТулускиной и радостно демонстрировала зубы.

Оставшись в одиночестве, Софья заглянула в сумочку и села.Вид денег, стянутых разноцветными резинками, вызывал сложные чувства, как исама сумочка, обманчиво простенькая и, безусловно, безумно дорогая.

Софья извлекла одну пачку денег и переложила в своюкосметичку. Затем, крепко обняв все еще пухлую сумочку, Софья отправилась вкабинет Степаныча и попросила его на несколько дней положить ее в сейф.Степаныч просьбу выполнил, но тут же ему страстно захотелось поговорить проБрюковца и того парня, который вылетел с верхнего этажа вслед за ответственнымсекретарем «Компьютеров и делопроизводства».

— Соня, ведь ты как раз была в редакции! — сказалон обличительным тоном.

— Думаете, я знаю о случившемся больше других? —взвилась та. — Так вот, маньяк не пробегал мимо меня по коридору, радостнопотирая руки.

— Вижу, происшествие тебя потрясло, — со скрытымудовлетворением заметил Степаныч. Вероятно, ему хотелось почувствовать, что егосамообладание крепче, чем у нее. — Тебе, наверное, стоит немногоразвеяться. Так и быть, дам тебе легкое задание. Смотаешься к потенциальномуклиенту и проведешь короткую беседу. После этого можешь быть свободна.