Три капли яда на стакан воды - Татьяна Луганцева

После сытного обеда горе-мореплавателям было предложено спуститься в неглубокую шахту и посмотреть на добычу мрамора. Матвей с Юрием согласились, а женщины отказались.

– Ну и кого из них ты предпочтешь? – спросила Алла. – Они, как два петуха, сражаются за твое внимание.

– Не говори ерунды, – отмахнулась Степанида. – У меня ничего нет и не может быть ни с одним из них.

– Ну-ну, – сузила черные глаза Алла.

Гулять на этом каменном острове было негде, женщины замерзли на ветру и устали от скучного пейзажа. Они вернулись в барак, где их обогрели и приняли в первый раз. Там для нежданных гостей приготовили постели с какими-то грязноватыми пледами. Стеша стащила с себя мокрую одежду, оставшись в белье, она повесила на спинку кровати топик и юбку. Шершавое одеяло почему-то не грело, она почувствовала, что заболевает, все тело горело и ныло, по рукам и ногам бежали мурашки.

Алла ворочалась на соседней кровати, чертыхаясь и кашляя. Видимо, ее организм тоже оказался неустойчивым к пронизывающему ветру, вовсю гуляющему по мраморному острову. Мужчин положили на ночевку в другой барак вместе с рабочими. Где-то ближе к утру Степанида все-таки уснула и была разбужена надрывным кашлем подруги. В маленькие окна барака пробивался рассеянный, туманный свет. Она села на кровати, свесив худые ноги. Лоб и ладони были покрыты липким потом. Алла сидела напротив и продолжала надрывно кашлять, как будто страдала туберкулезом в последней стадии.

– Доброе утро! – тяжело дыша, сказала она.

– Доброе, – не очень уверенно ответила Степанида.

– Слышала?

– Что? – спросила Стеша.

– Какие-то крики в мужском бараке, меня они разбудили, я заснула только под утро.

– Я тоже.

– Что у них там могло произойти?

– Может, поспорили или подрались, чего-нибудь не поделив? Ох уж эти мужчины!

До их ушей донесся топот ног, приближающийся явно к ним. В барак ворвался Матвей с перепуганным лицом и торчащими во все стороны волосами.

– Стеша, Алла, вы живы?! – закричал он, тревожно всматриваясь в лица женщин.

– Живы… А что с нами могло случиться? – ответила Степанида, натягивая одеяло до подбородка.

– У нас в бараке убили человека. – Матвей откинул со лба дрожащей рукой волосы.

– Что? Кого?! – прохрипела Алла.

– Угадай с трех раз. Конечно, того, кого я должен был привезти домой в целости и сохранности.

– Максима?! – закрыла рот рукой Степанида. – Но как же это…

– Из его тела торчит нож, сам он не шевелится, а мужчины собрались и горланят, не зная, что делать, вытаскивать нож или нет.

– Какой ужас, – выдохнула Степанида и спохватилась: – Я сейчас посмотрю, все-таки я врач. Отвернись!

Не успел Матвей выполнить ее просьбу, как она выскочила из-под одеяла и начала быстро натягивать на свое горячее тело не высохшие за ночь вещи. Алла последовала ее примеру.

– Идемте скорее… – поспешила на выход Степанида, а за ней и остальные.

В мужском бараке стоял невообразимый шум. Рабочие столпились в углу помещения, со страхом посматривая на кровать, где неподвижно застыл человек под одеялом, в его боку торчал большой кухонный нож. Юрий пытался уговорить собравшихся не шуметь, а сам ожесточенно спорил с бригадиром. При появлении Матвея с дамами в бараке воцарилась оглушающая тишина. Юрий первым нарушил молчание, обратившись к Матвею:

– Матвей, рабочие говорят, что именно ты пользовался за ужином этим ножом.

– Я? Ну и что? Не хочешь ли ты сказать…

– Я ничего не хочу сказать, так говорят люди. Вы так ругались с Максимом, что они решили, будто ты прибыл сюда для убийства этого парня.

Мужчины между тем молча плотным кольцом окружали Матвея.

– Э… Вы что? Прекратите! Я этого не делал! Юрий, скажи им!

– Они не хотят меня слушать, считая, что ты опасен. Я не могу ничего сделать, прости…

Рабочие схватили Матвея и скрутили ему руки за спину, он и не думал сопротивляться разъяренной толпе.

– Почему они решили, что это нож мой? Что за беззаконие? Если бы все убивали ножами после того, как пользовались ими за столом!.. Это самосуд! – ругался Матвей.

Степанида между тем приблизилась к телу с торчащим из него ножом и тронула его. Оно оставалось неподвижным. Она не знала, стоило ли вынимать нож из раны или надо оставить все как есть. Еще ее смущало, что в области раны отсутствовала кровь. Стеша аккуратно приподняла одеяло, заглянула под него… И обнаружила на кровати куль старой одежды, которой придали форму человеческого тела.

– Здесь никого нет! Слышите! Никого нет! – радостно закричала она.

Юрий перевел ее реплики, Степанида откинула одеяло в знак доказательства. Рабочие приблизились к кровати.

– Отпустите его, – указала рукой на Матвея Алла, объясняя: – Нет трупа, нет убийства, нет и преступления!

– Он опасен… – возразил бригадир. – Он не знал, что там не Максим, а свернутая из одежды кукла. Максим спрятался, потому что знал, что этот тип совершит на него покушение.

– Это бездоказательный бред! Вы не имеете права так обращаться с гражданином другой страны, у вас будут большие неприятности, немедленно отпустите Матвея! – строго потребовала Степанида.

Бригадир почесал затылок, сказал что-то своим людям. Они нехотя отпустили Матвея, бригадир, потирая руки, спросил:

– А где сам паршивец? У меня к нему есть вопросы!

Бригадир переглянулся с рабочими, и все выбежали наружу. Скоро был прочесан весь остров. Максима обнаружить нигде не удалось.

– Черт! – закричал бригадир. – Наш катер! Пропал наш катер!

Все собрались у небольшого причала, который был абсолютно пуст.

– Наш катер! Единственное средство передвижения, которое связывало нас с материком. Он исчез! Этот русский мальчишка ушел на нем! Вот нелегкая принесла вас вчера! Вы спугнули Максима, и он удрал на нашем катере! – продолжал возмущаться бригадир. – Хорошо еще, что море успокоилось и к нам прибудет катер с земли за вами.

– Максим ведь уплыл ночью? – спросила Степанида. – А ночью еще был шторм, вдруг он разбился на этом катере и сгинул в море?

– Мне на вашего Максима наплевать! Мне нужен катер! Что я скажу хозяину? Это дорогое удовольствие, он оставил нас всех без премии, ведь хозяину придется покупать новый катер, – продолжал сокрушаться бригадир.

– Какой паршивец! Украл катер, вышел один в открытое море, а еще и напугал нас, инсценировав свое убийство, – возмущалась Алла.

Степанида тихонько обратилась к Матвею:

– Ты следи за своей речью, Максим отомстил тебе, ты вчера при всех грозился его убить.