Москву ничем не удивишь - Сергей Ермаков

* * *

Когда в порнокиностудию вошли два милиционера Крабу это не понравилось — встреча с милицией в его планы не входила. По довольной роже режиссера было видно, что это он быстренько подсуетился, выскочил за дверь и дозвонился своей «крыше». Осмелели и два актера в шортах. Правда на рожон они не лезли, терлись позади режиссера вместе с оператором, но физиономии у них были торжествующе-наглые. Охранник прижимал к носу окровавленный платок и бешено вращал глазами. Тот, что в кожаной куртке шагнул к Крабу и приказал:

— Руками упрись в стену, ноги шире плеч!

— Слушай, у тебя своя работа, у меня своя… — начал было говорить Краб.

Но тут сержант в форме вскинул автомат и нацелил его ствол на Краба. Пришлось подчиниться. Мент в кожанке обыскал Краба, вытащил из кармана мобильный телефон, деньги, ничего больше не нашел, уселся на диван рядом с Катрин, по-хозяйски похлопал её по голой ляжке и спросил, вертя телефон Краба в руках:

— Где документы?

— В машине, — ответил Краб, — повернуться можно?

— Стой где сказали! — грубо приказал мент в кожанке.

И тут мобильный телефон в его руках зазвонил. Мент посмотрел на дисплей, но отвечать не стал, бросил его на диван, телефон продолжал пиликать и приказал режиссеру запереть изнутри дверь на ключ. Тот подчинился, закрыл плотно дверь и запер, оставив связку ключей в замке.

— Ты чего сюда пришел? — спросил мент.

— С Катрин поговорить, — ответил Краб, — по делу.

— Поговорил?

— Почти, — ответил Краб, — вы не дали закончить…

— Я смотрю ты борзый, а фраерок? — спросил мент. — Но ничего, борзоту мы из тебя выбьем.

Он кивнул сержанту, который держал Краба под прицелом, тот взмахнул автоматом и ударил Краба по печени прикладом. Удар был сильным, Краб не удержался и припал на одно колено — боль внутри парализовала. Милиционер толкнул его ботинком и Краб повалился на пол.

В это время телефон Краба на диване опять зазвонил, начальник в кожанке взял его в руки, еще раз посмотрел на дисплей и прочитал:

— Дочь. Смотри-ка, у таких уродов еще может быть дочь. Не хочешь её нам на студию записать в актрисы?

Режиссер, видеоператор и жеребцы дружно заржали удачной на их взгляд шутке мента. Начальник сам не смеялся, повернулся к Катрин и спросил:

— Что этот урод тут вынюхивал? О чём он тебя спрашивал?

Катрин с опаской покосилась на него, видимо раньше они уже встречались при неприятных для неё обстоятельствах и ответила торопливо:

— Да про студию он ничего не спрашивал. Про другое. У меня подругу убили недавно, задушили её полотенцем ночью в постели. Обвинили в убийстве её мужа Матвея Спичкина, а он нанял этого, чтобы найти настоящего убийцу.

— Что частный сыщик? — спросил начальник. — Так прежде чем на нашу территорию лезть, надо было разрешения спросить!

Краб повернулся на полу — сильно его ударил мент автоматом, присел, упершись на стену и сказал:

— Я вообще всегда полагал, что наша российская милиция должна такие вот места как эта порностудия прикрывать, а не «крышевать».

Это заявление Краба вызвало всеобщий смех, даже Катрин на этот раз улыбнулась.

— Ты чего: правда дурак или прикидываешься? — спросил начальник.

Телефон Краба снова зазвонил, на этот раз начальник взял его у руку, нажал кнопку ответа и представился:

— Слушаю, милиция, капитан Слонимский.

А потом сразу же почти без паузы сказал раздраженно:

— Твой отец задержан за хулиганство и драку и находится у нас, понятно? Лет на пять делов наделал! Звони завтра утром, я телефон отключаю!

И отключил телефон. Сунул его себе в карман, посмотрел на Краба и спросил:

— Ну, что урод, слышал? Считай, если умеешь — причинение тяжких телесных повреждений, хулиганство и покушение на изнасилование. Катрин, он же пытался ведь тебя изнасиловать?

— Да, — ответила девушка.

— Сядешь лет на пять в лучшем случае, — подвел итог мент, — давай, вставай, поедем в отделение.

Милиционер с автоматом подошел к Крабу и пнул его ботинком, приказывая подняться.

— Погодите, можно же как-то попытаться всё уладить, — намекнул Краб.

— Как? — усмехнулся начальник уже чувствуя носом запах свеженьких стодолларовых купюр, которые скоро перекочуют в его карман.