Смерть в овечьей шерсти - Найо Марш

— Вот уж от кого не ожидала, — заявила Урсула.

— Заткнись, — оборвал ее Дуглас.

— В конце концов, это мой парень, а не ее.

Зло посмотрев на нее, Дуглас после минутного колебания, подошел к Теренс и что-то тихо сказал ей. Аллейн услышал, как она ответила:

— Нет! Оставь меня в покое, пожалуйста. Я в порядке. Уйди.

Дуглас недовольно отошел, стараясь сохранять достоинство.

— Думаю, Теренс надо отпустить, — сказал он Аллейну.

— Мне очень жаль, но это невозможно, — отрезал тот.

Он подошел к камину и встал к нему спиной, призывая всех к вниманию. Это был неприятный момент, и он поразился, как похоже ведут себя люди, когда они чего-то боятся. Их лица становятся непроницаемыми. Они внимательно следят за тобой, но стоит взглянуть на них, как они тут же отводят глаза. И всегда стремятся сбиться в кучу, стараясь быть в некотором отдалении.

Сейчас он тоже стоял один — официальное лицо, не принадлежащее себе, бдительное и не упускающее ни одной их оплошности.

— К сожалению, я не могу отпустить никого из вас, — начал он. — В настоящий момент нет никаких оснований предполагать, что нападение произведено кем-то со стороны. Поэтому советую каждому из вас дать подробный отчет о своих передвижениях с того момента, как я покинул эту комнату и пошел в пристройку за своим портсигаром.

— Просто ушам своим не верю, — заявила Урсула. — Вы впервые заговорили, как сыщик.

— Пока мне придется вести себя именно так. Пожалуйста, присядьте. Начнем с вас, капитан Грейс. — С меня? Послушайте, сэр…

— Что вы делали после того, как я вышел из комнаты?

— Что я делал? Когда вы вошли, я сидел и читал газету, не так ли? Потом вы ушли, и я сказал: «Может мне пойти с ним — я имел в виду вас — и помочь ему найти этот проклятый портсигар?» Никто не ответил, и тогда я сказал: «Ну, а как насчет того, чтобы вздремнуть?» Я завел часы, и все разошлись. Я вышел на боковую лужайку, чтобы взглянуть на небо и освежиться перед сном. Я всегда так делаю. Мне кажется, я слышал, как вы хлопнули задней дверью.

Дуглас недоуменно замолк, а потом продолжил:

— Или это был Фабиан? Вы ведь сказали, что пошел он. Конечно, это был Фабиан, раз вы потом нашли его. Но кто-то шел по дорожке вдоль боковой ограды. Я подумал, что это работник. Я сказал: «Добрый вечер», — но мне не ответили. Когда я вернулся в дом, все уже разошлись. Я поставил экран перед камином, взял свечу и пошел наверх. Там я постучался к Тери, чтобы пожелать ей спокойной ночи. Потом принял ванну и пошел к себе в комнату. Вы как раз бродили по коридору, и я забеспокоился, потому что с некоторых пор отношусь к такому хождению с настороженностью. Я спросил: «Это ты, Фаб?» — но мне ответили вы, и я пошел спать.

— Свидетели у вас есть? — спросил Аллейн.

— Теренс. Я же сказал, что постучался к ней.

— Вы это слышали? — спросил Аллейн Урсулу.

— Я слышала, как кто-то поднялся по лестнице и ходил по коридору, но я уже легла и не стала вставать, чтобы посмотреть, кто это. Еще я слышала, как в трубах журчала вода. Потом уснула. Меня разбудили шаги и голоса внизу. Я сразу догадалась: что-то произошло. Когда вышла на площадку, столкнулась с вами.

— Наверх вы поднимались все вместе? Вы, мисс Линн и миссис Эйсворти?

— Нет. Эйсворти пошла первой и заняла ванную, так что мне пришлось ждать, чтобы почистить зубы. Я помню: когда я выходила из гостиной, зазвонил телефон. Я подняла трубку и услышала, что Фабиан с кем-то говорит. Во всяком случае, мне показалось, что это он. Потому что я сама видела, как вы выскочили на улицу.

— Вы видели, как мое пальто выскочило на улицу.

— Ну, в холле было довольно темно.

Урсула впилась взглядом в Аллейна:

— Поклянитесь, что с ним все в порядке.

— Когда я уходил, он крепко спал. Ему ничего не грозит. Утром вы можете позвонить в город доктору. Я и сам не прочь услышать мнение медика. Или… Здесь поблизости есть какой-нибудь врач?

— В четырех милях отсюда, — сообщил Дуглас.

— Если вы так тревожитесь, можно отправить кого-то за ним. Я не считаю, что в этом есть необходимость, но осмотр врача не будет лишним.

— Думаю, что да, — сказала Урсула. — А почему мне сейчас нельзя к нему?

— Хорошо. Когда я закончу, мы вместе поднимемся наверх, вы его разбудите и справитесь о самочувствии.

— Какой же вы вредный, — прощебетала Урсула.

— Это слишком серьезно, — холодно произнес Аллейн.

Девушка чуть покраснела, смущенная его нежеланием поддержать шутливый тон.

— Я знаю, — коротко ответила она.

— Вы слышали мой голос в трубке и решили, что это Лосс? Вы видели, как он выходил, и приняли его за меня. А что вы делали потом?

— Я пожелала Тери спокойной ночи, зажгла свечу и поднялась наверх. В комнате я разделась, и когда Эйсвортиха освободила ванную комнату, умылась, почистила зубы и легла спать.

— Вы никого не видели?

— Только миссис Эйсворти.

— А вы, мисс Линн? Вы ушли из гостиной после мисс Харм?

Теренс подошла и встала позади Урсулы. Дуглас оказался рядом с ней, но она его не замечала. Когда он попытался взять ее под руку, она легким движением отстранилась, словно освобождая рукав, зацепившийся за мебель. После этого она начала говорить, глядя прямо перед собой:

— В гостиной было очень холодно — Дуглас оставил окно открытым. Он гулял на лужайке. Я пожелала ему спокойной ночи и попросила поставить перед камином экран. Он обещал это сделать. Я пошла в холл и зажгла свечу. В кабинете кто-то говорил, но я не могла разобрать, вы это или Фабиан. Потом я поднялась в свою комнату. Дуглас постучался ко мне и пожелал спокойной ночи. Я отложила вязанье и разделась. Кто-то вышел из ванной. Судя по походке, это была миссис Эйсворти. Урсула что-то ей сказала. Я… я немного почитала, потом сходила в ванную и легла в постель.

— Вы сразу заснули?

— Нет, не сразу.

— Вы, вероятно, читали?

— Да… я читала.

— Что же вы читали?

— Какое это имеет значение? — не вытерпела Урсула. — Роман. Не помню, как он называется. Какая-то шпионская история.

— Когда я поднялся и стал говорить с Урсулой, вы еще не спали?

— Нет, не спала.

— Да, у вас в комнате горела свеча. Вы в тот момент еще читали?

— Да, — ответила Теренс после небольшой заминки.

— Наверное, шпионская история оказалась довольно интересной, — улыбнулся Аллейн.

Теренс облизнула губы.

— А кроме миссис Эйсворти и Урсулы кто-нибудь поднимался наверх? Вы не слышали?