Радости земные - Керри Гринвуд

Если из его затеи ничего не получится, испечем по-быстрому кексы с малиновым джемом. Ради эксперимента я готова пожертвовать противнем маффинов.

– Только имей в виду, что тесто для кексов очень нежное и не выдержит тяжелой начинки, тем паче смеси сухих фруктов с цукатами. Это тебе не пудинг.

– Не пудинг, – согласился парень. – Но я хочу, чтобы начинка была густая. Думаю, пропорция такая же, как и для яблочной начинки, да?

– Изюм сухой, значит, он заберет много влаги. Но пропорции, похоже, правильные. В общем, занимайся маффинами сам, а я примусь за докторский хлеб.

Перемешав тесто, я разложила их по формам и отправила в печь. А пока поднималось дрожжевое тесто, приготовила себе вторую чашечку кофе. Хекл и Джекилл толпились у двери, и я выпустила их, хотя в переулке было еще темно, аулов грызунов был более чем скромный. Либо кошки стали больше спать по ночам, либо заключили с мышами перемирие, а может, грызуны сменили место жительства. Мышиная Полиция постояла на пороге, ловя носом ночные запахи, а потом с решительным видом растворилась во тьме.

Мне не хотелось мешать Джейсону, поэтому никаких разговоров я не заводила. Время шло. Вернулась Мышиная Полиция с весьма довольным видом. Первая партия ржаного хлеба уже пеклась. Джейсон отправил экспериментальную партию маффинов в раскаленное нутро печи и аккуратно затворил дверцу.

– Десять минут, – сказал он, вытирая лоб. – И будет ясно, получилось или нет.

Мальчишка стоял, облокотясь на мешалку, и смотрел в сторону печи с таким напряжением, словно хотел загипнотизировать тесто, чтобы оно как следует поднялось. Я улыбнулась: таким же взглядом Джекилл смотрит на мышиную норку. Джейсон шагнул к печи и протянул руку, чтобы открыть дверцу и взглянуть, как там его маффины, но я прикрикнула:

– Не надо!

Он отдернул руку, словно обжегся.

Приоткрывать печь и смотреть, поднялся ли пирог, ни в коем случае нельзя – это все равно, что выдернуть из грядки редиску, чтобы проверить – растет она или нет.

Волнение Джейсона передалось и мне. Я решила подняться в кухню и сварить кофе. Теперь, когда работников двое, нужно купить еще одну кофеварку для пекарни. Когда я вернулась, Джейсон уже вытащил противень с кексами из духовки, сгорая от нетерпения проверить, увенчались ли его труды успехом. Достав маффин из формы, он разломил его надвое и отправил кусок в рот. Потом расплылся в улыбке, и у меня от сердца отлегло.

– Хотите попробовать, Коринна? – спросил он, изо всех сил сдерживая свой восторг.

Я попробовала. Вкусно! И на самом деле похоже на сливовый пудинг. Легкий, пикантный и очень нежный. Так я и сказала. Джейсон светился от радости.

Потом он сделал вторую партию, и мы занялись багетами, плетенками и круассанами. Наш хлеб – прости господи! – и масло.

У меня было деловое предложение для парнишки.

– Джейсон, а как ты смотришь на то, чтобы стать моим учеником? Думаю, из тебя выйдет отменный пекарь.

Он замер, словно я его оглушила, и заметно побледнел.

– Я… я не знаю, – пробормотал он. – Не знаю, хочу ли заниматься этим всю жизнь. Ведь у меня… у меня еще никогда не было нормальной работы.

– Знаешь, что я скажу? Поработай у меня полгода, и если тебе понравится, мы с тобой вернемся к этому разговору. Ну, что скажешь? – Видно, я взяла слишком резвый темп, и мальчишка запаниковал.

– Ладно, – с облегчением вздохнул он.

Вот вам еще одно подтверждение: рано утром надо только печь. И никаких серьезных разговоров. Вечно я все порчу.

Вторая партия маффинов тоже оказалась на высоте, и Джейсон снова повеселел. В шесть пришел Дэниел – усталый, красивый ангел, которому вверили заботу о человечестве, и оно его до такой степени достало, что того и гляди он попросит у Бога, чтобы Всевышний уничтожил людей и предпринял новую попытку, на этот раз с неандертальцами. Джейсон угостил Дэниела и тот, отведав кекса, сказал:

– Превосходный маффин! Коринна, ты замечательный пекарь.

– Это не я, – возразила я, кивнув на Джейсона. Дэниел похлопал парня по плечу.

– Джейс, а у тебя, оказывается, много скрытых талантов! Ничего вкуснее в жизни не пробовал. А можно мне добавки и еще одну чашечку кофе? Обещаю быть паинькой.

Он сел, и на нем уютно расположилась Мышиная Полиция: Джекилл на коленях, а Хекл – на ботинках. Вид у ангела был весьма умиротворенный. Мой помощник принес кофе с маффином, и Дэниел набросился на еду так, будто не ел неделю. Мы с Джейсоном тактично оставили его в покое и продолжили заниматься хлебом. А ведь я по-прежнему ничегошеньки о нем не знаю! И, похоже, меня это ничуть не волнует. Для себя я уже решила, что Дэниел славный малый. Не знаю, чем он занимался, что до такой степени утомился, но какая мне разница? Нет, я точно больна.

– А что если попробовать испечь маффины с тмином? – спросил Джейсон. – В той книге сказано, что раньше делали сливочные тянучки с тмином.

– А как ты воспроизведешь вкус тянучки? – поинтересовалась я.

– Пока не знаю. Может, расплавить сахар и смешать его с молоком и водой? – предложил он.

– Интересная идея. А еще хорошо приготовить тянучку, разлить тонким слоем и остудить. Вон там – видишь? – кондитерская плита. Мраморная. Потом готовую тянучку можно нарезать и положить по кусочку на каждый маффин. Мне нравится твоя идея. Попробуй сегодня испечь маленькую партию. Я дам тебе деньги на тмин.

– Заметано, – ответил мальчишка.

– Достанешь хлеб из печи, когда прозвенит таймер? А я отведу Дэниела на кушетку. Как бы он не заснул прямо на стуле. Я один раз тут уснула, так потом ноги целый день болели.

Джейсон кивнул. Я освободила Дэниела от кошек, проводила его в гостиную, расположила на кушетке и укрыла норковым покрывалом. Думаю, он впал в сон еще на лестнице, во всяком случае, не думал пробуждаться, когда я снимала с него ботинки.

Из дырки на левом носке торчал большой палец, и я с трудом подавила желание стащить носок и заштопать. Не знаю, чем я больна, но больна серьезно.

Я занялась домашними делами, а сама все время прислушивалась к дыханию Дэниела. Когда я спустилась в пекарню, солнце уже поднялось, хлеб испекся, а Джейсон что-то рассчитывал на клочке бумаги и размышлял вслух, есть ли у нас термометр для сахара.

Оказалось, термометр у нас есть. Откуда он взялся? У меня есть своя теория на этот счет. Как только кухня достигает определенной стадии укомплектованности, она притягивает к себе все новые и новые предметы. Только так я могу объяснить тот факт, что у меня откуда-то взялись две машинки для формовки шариков из дыни.

Проверив накладные, мы выложили хлеб на поддоны, отнесли их в булочную и открыли в магазине ставни. Я оставила Джейсона разбираться с разносчиком, а сама принялась отоваривать ранних офисных пташек хлебом к завтраку. Бедняжки! Они уже унюхали рождественский запах новых маффинов, и произведения моего ученика исчезали с подносов с неимоверной скоростью.