Игольное ушко - Кен Фоллетт

Дэвид закончил завтрак, надел свой макинтош – плащ-палатку из прорезиненной ткани с широкими рукавами и капюшоном, она закрывала не только его, но и почти все сиденье в машине. Он завязал капюшон, поцеловал сына, попрощался с женой.

Через несколько минут Люси услышала шум заводящегося мотора, «джип» тронулся с места. Она подошла к окну, чтобы посмотреть, как Дэвид выезжает со двора. На сильном дожде задние колеса чуть буксовали в грязи. Ему надо быть осторожным, подумала жена.

Люси повернулась к Джо.

– Это собачка, – сказал он, показывая на рисунок старательно выполненный из каши и молока прямо на скатерти.

Она шлепнула его по руке.

– Что за помойку ты устроил на столе, посмотри, как насвинячил. – Лицо мальчика сразу осунулось, стало угрюмым. Боже, как он похож на отца, пришла в голову мысль. У обоих смуглая кожа, почти черные волосы, оба сразу становились замкнутыми, уходили в себя, когда сердились. Но Джо, по крайней мере, хоть смеется от души, вообще веселее характером – слава Богу, он унаследовал что-то и от матери.

Джо принял пристальный взгляд мамы за гнев и просто, по-детски, сказал:

– Я больше не буду.

Люси вымыла ему в раковине руки, лицо, убрала со стола остатки завтрака, думая о том, как там мужчина наверху. Сейчас уже непосредственная угроза миновала, дела у него пойдут на поправку. Ее мучило любопытство. Кто он? Откуда? Что понесло его в море во время шторма? Есть ли у него семья? Почему у него руки белые, как у служащего, но одежда рабочего? Судя по акценту, он не местный, похоже, из Средней Англии. Все это так загадочно, даже возбуждает.

Она знала, что если бы жила не здесь, в глуши, а где-нибудь в другом месте, то гораздо меньше уделила внимания появлению случайного мужчины. Возможно, все не так романтично и он обыкновенный дезертир или даже уголовник, либо сбежавший военнопленный. Но на одиноком острове об этом просто не думалось; казалось, человек не может представлять собой опасность. Прочь подозрения, здесь надо радоваться каждому новому лицу. А если дело в другом? Люси поймала себя на этой мысли. Вдруг он ей просто нравится, поэтому она так относится к его вынужденному присутствию в их доме? Нет, нет, придет же чушь в голову…

Глупо, несомненно глупо. Он настолько выдохся и обессилел, не представляет никакой опасности. Даже на материке вряд ли кто-либо мог отказать и не пустить в дом промокшего насквозь человека почти без сознания. Когда он будет чувствовать себя лучше, можно задать ему любые вопросы, и если ответы покажутся неубедительными, что стоит связаться с материком при помощи радиопередатчика, который есть у Тома?

Когда Люси помыла посуду, она осторожно поднялась наверх и заглянула в детскую. Мужчина спал лицом к двери, при ее появлении моментально проснулся. Опять, ровно на секунду, в его глазах ей почудился страх.

– Все нормально, спите, – прошептала она. – Я пришла лишь проверить, как вы.

Он молча закрыл глаза.

Люси спустилась вниз, накинула на себя и Джо дождевики, одела высокие резиновые сапоги и вышла с ребенком из дома. По-прежнему дождь лил, как из ведра, дул ужасный ветер. Она бросила взгляд на крышу: оттуда все-таки слетело несколько черепиц. Согнувшись на ветру, мать и сын пошли к вершине утеса.

Она крепко держала мальчика за руку – в такую непогоду его вполне могло снести ветром. Уже через пару минут Люси пожалела о том, что вышла из дома. Беспощадные капли дождя проникали за воротник, попадали в сапоги, Джо наверняка тоже промок, что ж, теперь ничего не поделаешь, возвращаться не имеет смысла. Она решила подойти к берегу.

Однако, приблизившись к тому месту, где вниз с утеса спускался настил, поняла, что это невозможно. Скользкие узкие доски полностью промокли, спускаться было далеко не безопасно. Раз потеряешь равновесие, и тут же упадешь головой в песок, ил или гальку с высоты шестьдесят футов. Лучше остаться и смотреть на море отсюда. Зрелище, открывшееся ее глазам, впечатляло. Огромные плотные волны, каждая величиной с маленький дом, боролись внизу, быстро сменяя одна другую. Достигнув берега, волна вздымалась вверх, словно дразнящий язык, извивающийся в форме вопроса. Впрочем, это длилось секунды. В ярости волна отскакивала назад, ударившись о скалу. Шум, пена, брызги заставили Люси немедленно отойти от края; Джо при этом лишь визжал от удовольствия. Она услышала его смех только потому, что схватила ребенка на руки, рот оказался близко к уху. Рокот волн, вой ветра заглушали все вокруг.

Было что-то очень захватывающее, щекочущее нервы в том, как они стояли на бушующем ветру, рядом хлещут сумасшедшие волны… вроде бы и в безопасности, и в то же время нет, находятся на краю утеса, дрожат от холода, страха, покрываются испариной. Да, здесь испытываешь сильное чувство. Много ли их было, сильных чувств, в ее жизни?

Люси уже собиралась возвращаться в дом, беспокоясь о здоровье мальчика, но тут увидела судно.

Вернее, не судно, а только обломки. Внизу валялись крупные палубные доски и киль. Беспорядочно разбросанные, они лежали меж скал, словно спички, выпавшие из коробка. Судно, должно быть, довольно большое; одному им было управлять крайне сложно. Море нанесло жуткие разрушения, поломало все и вся.

Боже, как мог человек выдержать такое и остаться в живых?

Она содрогнулась при мысли, что волны и камень могли сделать с человеческим телом. Джо заметил ее смятение, сказал прямо в ухо:

– Пошли домой, мам.

Люси отвернулась от моря, поспешила по грязной тропинке к дому.

Они пришли, сняли с себя мокрые плащи, шапки, сапоги, повесили их в кухне на веревку сушиться. Люси опять поднялась наверх и заглянула в комнату к незнакомцу. На этот раз он не открыл глаз. Казалось, глубоко мирно спит, но было такое чувство, будто он проснулся, услышав ее шаги еще на лестнице, и закрыл глаза ровно перед тем, как она открыла дверь.

Люси наполнила ванну горячей водой. Она и мальчик промокли до костей. Не раздумывая, мать посадила ребенка в ванну, затем разделась, пристроилась рядом с ним. Какое блаженство сидеть в тепле. Все-таки здорово находиться в своем собственном доме, в тепле и уюте, когда за прочными каменными стенами бушуют ветер, море и волны.

Жизнь неожиданно повернулась к ней лицом, вновь стала полна интересных событий. В одну ночь свалилось все сразу – шторм, кораблекрушение, загадочный мужчина, и это все после трех лет… Она надеялась, что вскоре незнакомец встанет, тогда удастся узнать о нем побольше, многое прояснится.

Но это потом, а пока пора готовить мужчинам обед, благо можно потушить баранью грудинку. Она вылезла из ванны, вытерлась мягким полотенцем. Джо остался в воде; он играл со своей любимой игрушкой – старой резиновой кошкой. Люси внимательно оглядела себя в зеркале, отметив складки на животе, оставшиеся после беременности. Они, конечно, медленно исчезают, но полностью не пропадут. Впрочем, надо попробовать комплексный массаж. Она улыбнулась своему отражению. Да, я что-то увлеклась, к тому же мой живот, увы, ни для кого не представляет интереса.