А вы, случайно, не убийца? - Никита Костылев

Знаете, я вообще редко кого жалею. Ну, правда. Глубоко убежден, что мы и то, что происходит с нами на данный момент, это отражение наших поступков. Вот я, Николай Воронцов, ни в чем себя никогда не обвиняю, а других не осуждаю. И считаю, что делаю это совершенно правильно. Мне так проще. И легче. И вообще, так правильней. Мужчин жалеть – только оскорблять. Не иначе. А женщин… с женщинами никогда не было ничего так просто, как с мужчинами.

Вот лично мне Марину жалко. Ну, от души жалко. Прав был подполковник, ни один человек того, что случилось с ней, не заслуживает. Ведь круто говорить обо мне – я здоров, мои родители живы, бить меня били, но я выкарабкался. Несмотря ни на что.

И еще, вы знаете, мне кажется, что я нашел женщину, с которой готов дурачиться и смеяться. Вот такой вот у меня критерий в выборе женщины.

А Марина… весь ее мир перевернулся за одну неделю. Я мог бы сообщить, что Марина устроилась в одну компанию, живет мирно и тихо и старается забыть произошедшее. Но не могу я сказать, что у нее все хорошо, как я бы искренне этого ни хотел. Из беззаботной жизни она вдруг окунулась в редкостное дерьмо под названием реальная жизнь. И к ней она была не готова – сначала ее пытается убить собственный отец, а затем его самого убивают в ИВС. Простенькое испытание? В результате она слегла с серьезной болезнью глаз – врачи не могут найти, в чем причина недуга. Так бывает, ее болезнь называется иридоциклит – воспалительный процесс в организме, который отражается на глазах. Врачи ищут, что-то исследуют, но найти причину не могут. Но я-то знаю. Вся причина в голове – можете не верить или махать руками, мол, такого не бывает, но я твердо уверен, что ее болезнь из области психологии. Не все могут такое вытерпеть. Что еще? Арина каждый день ходит к ней в больницу и очень много с ней разговаривает, пытается шутить, рассказывает истории. Я очень уважаю за это Арину, это достойный пример женской дружбы, хотя мне никогда не понять, как они все-таки подружились. Ну, это и не мое дело, я в их отношения не лезу. Пару раз тоже приходил, правда. Ну, так. Я не самый добрый парень на этой планете, я немного циничен, но я искренне надеюсь, что девушка справится со своей болезнью. Правда.

Алекс так же работает программистом, катается вопреки всем правилам дорожного движения на своей «ластоньке» и постоянно достает меня. Так уж вышло, ему по статусу положено, друзья есть друзья. После моей выписки стабильно смотрим с ним «Дорожные войны» возле моего подъезда и курим кальян. В этом наша жизнь не изменилась. Что еще? Подполковник Ромашов получил, по его словам, неслыханное повышение – вот уже несколько месяцев его никто не вызывает на ковер, а начальник ОВД больше не ругает его раздолбаев-оперов. Так что в Сокольническом ОВД, в отделе уголовного розыска, праздник. Самый настоящий. Боюсь, что отвыкнут. В общем у подполковника все очень хорошо, он даже курить бросил. На два дня.

Арина… у нас с ней все в порядке. Правда, ругаемся, спорим, иногда деремся (вернее, она меня бьет, но я люто отбиваюсь. Я же крутой парень, ну вы помните). Знаете, я с ней счастлив. И пусть мы познакомились не при самых приятных обстоятельствах, пусть у нас конфетно-букетный период проходил под мои драки, стрельбу, взрывы (красиво звучит, да?)… но как в одной хорошей песне: у нас с тобою есть future, но оно такое нечеткое… Я хочу, чтобы у нас с ней все было нечетко, без системы. Я не имею в виду обязательства, просто не хочу загонять наши отношения в какие-то рамки. С любовью так нельзя.

Вы не думайте, кстати, что я просто так предаюсь размышлениям. На самом деле, пока я все это говорю, я уже минуты три стою под дверью своего бывшего начальника Сергея Иваненко. Редкостно везучий парень – правосудие его не затронуло, самосуд Владислава тоже. Думаете, что он прячется и трясется, узнав о произошедшем? Ничего подобного. Вот я стою под его дверью, а из-за нее доносятся звуки выстрелов. Игрок ZaPaDlo в действии. Моя повесть была бы неполной без нашего с ним разговора. Я еще долго думал, постучать или нет, затем махнул рукой и по старой привычке зашел в кабинет бесцеремонно – без стука и ожидания ответа. Стук, как таковой, все же был, дверь я открыл ногой. Стоило мне оказаться на пороге, Сергей поднял глаза и проговорил:

– Ты же вроде уже уволился? Обратно хочешь?

– Дядь Сереж, я к тебе в гости, – усмехнулся я, садясь на стул напротив его стола.

– М-м-м… – кивнул он, глядя в экран. – Чего хотел?

– Поговорить, – рассмеялся я, глядя на эту мразь.

– Слушай ты, – он посмотрел на меня, – пошел (цензура) отсюда. Ничего уже не доказать, ты сейчас будешь из себя графа Монте-Кристо строить? Не надо всей этой херни мне тут. У тебя что, доказательства есть?

– Серега, ты мне просто скажи, вот тебя пронесло в этой ситуации, ты мне в лицо скажи – как тебе самому не стремно?

– Я тебе уже сказал – есть доказательства? – приподнялся он со стула. – Если есть – сажайте меня, если нет – вали отсюда.

Вы знаете, я ушел. Не потому, что испугался его, не потому, что побоялся. Просто мне показалось, что не должен я пачкаться о такую мразь. Встал. Плюнул ему в лицо, развернулся и ушел. А Серега, нормально, вытерся и дальше стал играть в игрушки. Забавная штука жизнь. Как часто порой не знаешь, что рядом с тобой работает и живет редкостная тварь.

* * *

Я узнáю об этом протоколе в 2015 году. Мне принесет его Владислав, когда я уже буду работать на него. Я… я долго думал, стоит ли его показывать, но я хочу, чтобы читатель знал, что случилось с Сергеем Иваненко на следующий день после нашего с ним разговора.

16 июля. Лубянка.

– Влад?! Ты не занят? – На пороге кабинета капитана стоял молодой лейтенант с папкой в руке.

– Заходи, – кивнул тот, внимательно читая что-то на компьютере.

– Ты просил копию протокола осмотра места происшествия снять, – сказал молодой сотрудник, протягивая документ.

– А… – Капитан выхватил листок и положил на стол. – Спасибо! Следователь там не брыкался?

– Нет.

– Ладно, иди. – Махнул рукой офицер.

После того, как лейтенант скрылся за дверью, Владислав взял листок и цокнул языком:

– Так, что там с Иваненко…

ПРОТОКОЛ

осмотра места происшествия

15 апреля 2010 г. в 12 ч. 30 мин. во дворе жилого дома по адресу ул. Стромынка, д. 19, рядом с мусорным баком был обнаружен расчлененный труп неопознанного мужчины.

Осмотром установлено: мусорный бак, внутри и рядом с которым обнаружены части трупа, располагается на расстоянии пяти метров от въезда во двор, рядом с деревом. Внутри бака находится сверток длиной 50 см, с одной стороны завязанный веревкой на узел (90). На поверхности бака с правой стороны обнаружены следы крови. На крышке бака с двух сторон у краев крышки обнаружены потожировые следы пальцев (79), размером 15×25 мм. Следы перенесены на дактилопленку и упакованы в конверт. Конверт заклеен и опечатан. На расстоянии 20 см от бака обнаружена коробка из картона размером 50×50 см. Внутри коробки находится человеческая голова. Голова повернута влево. На крышке коробки обнаружены следы крови.