Забытая сестра, или Письмо на чужое имя - Диана Чемберлен

– Хорошо, – наконец сказала женщина. – Мы свяжемся с вами через две-четыре недели.

Покидая комнату, Джейд знала, что, едва она выйдет за дверь, как экзаменаторы станут ее обсуждать. Еще бы. Своей скрипичной игрой она всегда привлекала к себе внимание. Так было всю жизнь. Хорошо, если все обойдется, но что, если комиссия и в самом деле начнет интересоваться ее биографией или решит, например, позвонить в Мэриленд ее вымышленному отцу?

Надо было сказать, что его нет в живых.

Нет, тогда бы с ней говорили еще дольше.

30

Райли

На следующее утро после поездки в Миртл-Бич мне наконец-то удалось посмотреть содержимое внешнего жесткого диска с папиного компьютера. Убедившись, что данные сохранены, я начала удалять файлы, и дело продвигалось довольно быстро до тех пор, пока я не добралась до электронной почты. Мне стало интересно перечитать последнее письмо, которое я послала отцу. Я хотела убедиться, что оно ему понравилось и он был в хорошем настроении в то утро, когда отправился в «Фуд лайон».

Оказалось, отец давно не наводил порядка в своей почте. Огромное количество писем от коллекционеров хранилось вперемежку с личными письмами от меня и Дженни. Ее электронный адрес – Jlyons – я запомнила сразу, и каждое второе письмо, попадавшееся мне на глаза, было от нее.

Я нашла мое последнее, написанное за день до его смерти, и перечитала:

«Если тебе будет удобно, мы можем приехать 24-го, чтобы остаться на выходные».

Я вспомнила, о чем шла речь. Мы с Брайаном на выходные, в День памяти, планировали навестить отца. Сейчас события тех дней казались далекими, а тон письма сухим. Я вздохнула и с грустью подумала, что почему-то не подписывала свои письма «С любовью, Райли». Ну почему я этого не делала? Ведь это было совсем не сложно.

Следующее письмо было от Jlynos, и я не смогла удержаться, чтобы не кликнуть на него.

«Как насчет того, чтобы встретиться? Я приготовлю твое любимое блюдо и возьму в видеопрокате какой-нибудь фильм. Люблю, твой Маленький Джин».

Меня передернуло. Это он ее так ласково называл? Я не знала, что означало для них это прозвище, и, честно говоря, не горела желанием узнать. Однако мне стало любопытно, что она ему еще писала, и я кликнула на следующее письмо.

«Фрэнк, мне удалось достать красивую трубку, какую ты искал. Она в прекрасном состоянии. Янтарного цвета и выполнена в виде женщины. Если хочешь, я пришлю фотографию. Трубка мне не нужна, и поэтому я собираюсь ее продать за 150 долларов».

Что-то подобное я и ожидала увидеть во входящих сообщениях отца. Я нажала на следующее письмо.

«Это была самая лучшая открытка, которую я когда-либо получала. Ты замечательный! Люблю тебя, Силия».

Я внимательно перечитала письмо. Кто, черт возьми, эта Силия? И знала ли Маленькая Джин, что отец получал письма еще от какой-то женщины, которая могла ему написать «люблю тебя»? Похоже, его жизнь была куда интереснее, чем я могла представить себе. В прошлом году он увлекался созданием онлайн-открыток, посылая их всем подряд по любому поводу. Но я не могла вспомнить ни одной, которую бы можно было назвать замечательной.

– Привет, Райли. – На пороге появилась Кристин. – Можешь на минутку спуститься в кухню? Я наклеиваю ценники, и мне нужно поговорить с тобой о вещах из чулана.

Я бегло взглянула на Кристин и снова уткнулась в экран.

– Спущусь через минуту, – нехотя ответила я спустя пару секунд. – Мне нужно тут кое-что доделать.

– Было бы замечательно, если бы ты спустилась прямо сейчас, – возразила Кристин. – У меня там работа кипит, и не хотелось бы останавливаться, дожидаясь тебя.

«Исчезнешь ты когда-нибудь?» – чуть было не крикнула я, но Кристин уже начала спускаться вниз.

Я попыталась вернуться к письмам, но сосредоточиться не смогла – Кристин чем-то громыхала внизу, и я решила спуститься к ней, чтобы покончить с вопросом, из-за которого она меня отвлекла.

Еще не войдя в кухню, я пришла в ужас от того, что там творилось. Все столы, шкафы и тумбочки были заставлены тарелками, стаканами, горшками и кастрюлями. И на всем до последней миски были наклеены ценники.

– О-о-о! – невольно воскликнула я, остановившись в дверном проеме.

– О, отлично, ты здесь, – бодро откликнулась Кристин и широким жестом показала на завалы посуды. – Я почти на все наклеила ценники и хочу, чтобы, когда закончу, ничего отсюда не пропало. Так что, если тебе что-то нужно, возьми сейчас. А вообще лучше купить одноразовые тарелки и вилки с ложками, чтобы было из чего есть, пока ты не съедешь.

От ее слов я словно лишилась дара речи. Я ушам своим не верила.

– Кристин! Я здесь буду еще как минимум несколько недель.

– Ну, продажи-то запланированы на двадцатое июня, – напомнила мне она. – Ты действительно собираешься здесь оставаться, когда дом полностью опустеет?

– Разумеется, я собираюсь здесь оставаться! – Мой взгляд упал на тарелки из маминого францисканского сервиза, который ненавидел Дэнни, и я разозлилась еще больше. – Слушай, Кристин, – не выдержала я, – зачем же ты налепила ценники на все подряд! Чем-то же я должна пользоваться! Оставь, пожалуйста, четыре тарелки, четыре чашки, четыре миски и, конечно, несколько комплектов столовых приборов, чтобы я не ела руками.

Кристин недовольно вздохнула.

– Ну я же вот и спрашиваю, что ты хочешь оставить? Ты же ничего мне заранее не сказала! А я пыталась выяснить у тебя…

Мне пришлось признать, что она права.

– Прости, – смирилась я. – Но мне и правда как-то нужно жить здесь после всех распродаж.

Взгляд Кристин переместился куда-то за мою спину, и я обернулась. В гостиной, возле стола, скрестив на груди руки, стоял Дэнни. Ему явно было не по себе, что он появился тут, и по его взгляду я поняла, что он ждет, чтобы я вышла в гостиную.

– Мне пора, – сказала я Кристин. – Пожалуйста, оставь мне еще небольшую кастрюлю и сковороду.

Не дожидаясь ответа, я вышла из кухни и следом за Дэнни прошла через главный вход на крыльцо.

– Эта женщина сводит меня с ума! – буркнула я вместо приветствия, закрыв за собой дверь.

– Мне не нравится, как она смотрит на меня, – недовольно подхватил Дэнни.

Я усмехнулась:

– Она считает тебя горячим парнем.

В ответ на это Дэнни лишь закатил глаза и плюхнулся в кресло-качалку.

– Не ожидала тебя здесь увидеть. Что-то случилось? – спросила я, садясь в кресло напротив.

– Я решил поговорить с Томом Кайлом. Хочу выяснить, о каких двух следах он говорит, – сказал Дэнни, потирая лоб. – Его слова не дают мне покоя. Здесь что-то не так, и я хочу понять, откуда он узнал. Ты должна пойти со мной.