Во власти мракобесия - Андрей Ветер

– Это лишнее, – заверил Вадим.

– Я на работе, так положено. Они вошли в кабинет. Из боковой двери показался Алексей Пузыревич. Одетый в дорогой костюм, он выглядел вполне респектабельно, если бы не широкое лицо, заклеймённое какой-то необъяснимой печатью уголовщины, проявлявшейся во взгляде и ухмылке.

– Вы от кого такие? Я вас не знаю. – Пузыревич дёрнул щекой.

– Зато мы прекрасно знаем и вас, и вашу богатую биографию, Алексей Семёнович, – ответил Игнатьев. – Или лучше называть вас просто Морж? Так вам привычнее?

Пузыревич настороженно наклонил голову и поглядел исподлобья.

– Так вы не из Белого дома?

– Оттуда, именно оттуда, – подтвердил Воронин. – Служба безопасности президента.

– Что? – Пузыревич растерялся.

– Отдел по борьбе с коррупцией в правительстве, – уточнил Геннадий. – Слыхал про такое заведение?

– Я с вашей конторой ничего не имею. – Морж сделал жест в сторону охранника. – Коля, свободен.

Тот кивнул и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

– Какого хрена вам от меня надо? – повысил голос Пузыревич.

– Во-первых, Морж, давай поспокойнее. – Воронин подвинул стул и сел. – Во-вторых, нам надо очень много. Если честно, то нам надо всё, что ты нагрёб в России.

– Вы о чём? Так вы что, только прикрываетесь СБП? А в натуре просто подоить меня решили?

– Слушай, Морж, мы не доильщики, – заговорил Игнатьев. – Мы по работе здесь, и разговор у нас к тебе серьёзный.

– А что надо-то? Я чего-то не врублюсь никак. Я перед вашей конторой чист!

– А в розыске ты почему?

– Это другое… И вообще это в прошлом. У меня сейчас абсолютно легальный бизнес. Комар носа не подточит.

– А мы решили подточить. – Воронин грубо рассмеялся.

– Не-е… На понт берёте…

– Никаких понтов. – Геннадий оглядел помещение. – Солидно у тебя тут, надёжно… Но смею тебя заверить, что весь твой легальный бизнес мы завтра же зарубим, если ты не поймёшь, что от тебя требуется. Ты просто не знаешь, с какой лёгкостью мы можем перекрыть кислород твоему бизнесу. И вся твоя надёжность превратится в полную безнадёгу.

– Со Сбитневым сильно завязан? – спросил Игнатьев.

– Партнёры, – угрюмо ответил Пузыревич.

– А деньги, которыми он тебя кормит, украдены из государственной казны.

– Это меня не касается, – рявкнул Морж.

– Касается. – Воронин достал сигарету и закурил. – Тебя всякая мелочь, связанная с уголовщиной, касается, потому как ты через это можешь схлопотать по полной программе. Это мы тебе гарантируем. Поверь, возможности у нас неограниченные… Мы привезли тебе кой-чего, чтобы ты мог полюбопытствовать. – Геннадий протянул Пузыревичу папку. – Не так много, но всё по твою душу. Разумеется, копии… Одни только эти дела потянут лет на пять, а у нас и другие имеются.

Морж потоптался и взял папку из рук Воронина. На его тяжеловесной физиономии отразились противоречивые чувства.

– Зачем мне читать эту фигню?

– Чтобы понять своё место в этом мире, – жёстко ответил Воронин. – Мы подвесим тебя за твои моржовые яйца, а потом отрежем их. Улавливаешь? И ты сверзишься со своей высоты в такую дырину, о которой даже не представляешь.

Морж раскрыл папку, глаза его забегали, перепрыгивая со строчки на строчку. Он никак не мог сосредоточиться на чтении.

– Чем выше взбираешься, Морж, тем больнее падать, – продолжал рассуждать Воронин. – Раньше ты был мелким жуликом. Трахал дешёвых девок. А теперь вон в каких хороминах разместился. После всего этого, – Геннадий обвёл рукой помещение, – зона уже не покажется тебе родным домом. Рухнув сейчас, ты расшибёшься в лепёшку.

Морж громко сглотнул и принялся читать. Игнатьев с Ворониным наблюдали за ним молча. Минут пять спустя Вадим придвинулся на стуле почти вплотную к Пузыре-вичу и внушительно заговорил:

– Теперь ты понимаешь, что нам достаточно передать всё это здешней полиции, как ты в считанные дни оправишься на горячо любимую родину.

– Чего вы хотите? – выдавил из себя Морж.

– Чтобы ты вернул наворованные деньги.

– Но это невозможно! – Пузыревич отчаянно взмахнул руками. – Вашу мать! Пацаны, нет у меня этих денег!

– Мы тебе не пацаны!

– Зуб даю! Нет у меня сейчас таких денег! Всё же вложено! В натуре, все бабки крутятся, всё в бизнесе! Да если бы я и мог отдать, то что у меня останется?.. Ну зачем? Зачем вам делать из меня нищего?

– Такой задачи перед нами не стоит. В нищего пусть тебя, Морж, конкуренты превращают. Если говорить о деньгах более конкретно, то речь идёт о миллионах Сбитнева.

– А что Сбитнев? – Пузыревич выпятил нижнюю губу. – У меня с ним не так много общего… Вам Сбитнев нужен, что ли?

– Он уже арестован. А вот информация по нему нам интересна… Документация на приплывшую от него сумму у тебя есть? Бумаги – откуда и когда он перевёл тебе деньги?

– Есть кое-что.

– Вот это «кое-что» нам тоже нужно, а лучше, чтобы этих «кое-что» было побольше. Ну и сами деньги, конечно, нужны… Не такая уж высокая плата за то, чтобы у тебя сохранилось всё это, – Вадим выразительно обвёл руками стены помещения, – и свобода.

– Слушайте, нет у меня его денег! Нет! Были, а теперь нет!

– Куда же они подевались? – поднялся со стула Воронин. – Впрочем, не хочешь – можешь не говорить. Лично мы нашу миссию выполнили: мы тебя, Морж, поставили перед фактом. Теперь можем отваливать. А тебе, наверное, придётся собирать манатки, сушить сухари.

– Ну не могу я отдать их вам! Нет их у меня! Чем угодно могу поклясться!

– Неужто потерял? – засмеялся Вадим. – Там ведь миллионов десять зелёных-то, если я не ошибаюсь?

– Я их в драгоценности вложил… Камни, золото… Но это всё сейчас не у меня, не здесь… Послушайте… Дайте мне подумать, я что-нибудь сделаю…

– Подумай, – разрешил Игнатьев. – Только у нас времени мало. Очень мало.

– Давайте вечером встретимся. Я сейчас перетру это кое с кем. – Пузыревич смотрел затравленно. – Мужики, вечером ко мне на хату приходите. Обсудим всё чин чином. Сейчас адресок нацарапаю вам…

– Не нужно, адрес мы знаем. Только ты учти: если вздумаешь ноги сделать, то мы это как отказ будем расценивать. Улавливаешь?

– Говно вопрос. Я давно не пацан… Часов в шесть ве чера? Годится? Я распоряжусь насчёт ужина…

Покинув офис Моржа, сотрудники СБП некоторое время стояли перед своим автомобилем и курили.

– Ну? Что скажешь? – спросил Воронин.

– А что тут говорить, Ген? Обделался он, конечно, по-крупному. Вопрос в другом: что он там перетирать будет и на что согласится.