Уж эти мне мужчины - Ирина Волкова

Удовлетворив свое любопытство, Нечитайло снова погрузился в ленивую полудрему.

— Интересно, что они там забыли, — зевнув, без особого интереса произнес он.

— Думаю, они надеются освободить маркиза, — сказал Полуподвальный.

— Блажен, кто верует, — скептически поджал губы сержант.

Леха Мохнатый внимательно прислушался. Вокруг было тихо. Слух у Лехи Мохнатого был превосходный. Если бы кто-то пошел по коридору, у Лехи осталось бы время, чтобы спрятать следы своего рокового греховного увлечения.

Начальство уже пару раз засекало Мохнатого в самый ответственный момент, когда он, тяжело дыша и отключившись от внешнего мира, был погружен в свои переживания, приближаясь к самой кульминации… Это было ужасно. Сам Родин, вызвав провинившегося охранника на ковер, сказал, что в следующий раз он самолично отрубит ему руки.

Проблема была в том, чтобы не забывать прислушиваться к шагам, раздающимся в коридоре. Леха поклялся себе, что в этот раз он будет предельно внимателен.

Воровато оглянувшись по сторонам, хотя он был один в комнате, Мохнатый сунул руку в карман штанов и, подержав ее там несколько секунд, решительно вынул из кармана металлическую головоломку, состоящую из причудливых крючочков и колечек, странным образом сцепленных между собой. Вот уже восемь месяцев Леха пытался расцепить эти крючочки и колечки. Каждый раз ему казалось, что он был близок к решению проблемы, но решение неизменно ускользало от него, как пугливое привидение от священника.

Но сегодня все будет не так. Сегодня Мохнатый проникнет-таки в сокровенную тайну головоломки.

Громкий перестук шагов в коридоре застал его врасплох. Больно уколовшись о крючок, Мохнатый поспешно сунул головоломку в карман и, быстро положив руки на стол, как прилежный ученик, уставился на экраны мониторов видеокамер внешнего слежения. Неожиданно его взгляд встретился с глазами человека, скорчившегося среди разросшихся зарослей опунции.

— А-а-а-а-а! — громко заорал охваченный внезапным испугом Леха.

Дверь распахнулась, и в комнату влетел встревоженный начальник охраны.

— Ты что орешь, придурок? — яростно спросил начальник, моментально убедившись, что на Мохнатого никто не нападал. — Да такого ж не в охране, а в дурдоме надо держать. Как же тебя, дурака, на работу взяли?

— А я племянник жены свояка троюродного брата Леонида Борисовича, — немного успокоившись, объяснил Леха.

— О Господи! — покачал головой начальник охраны. — А чего кричал-то?

— Да так! — смущенно сказал Мохнатый. — От неожиданности. Испугался. Там из монитора человек какой-то прямо на меня уставился.

— Какой человек? — насторожился начальник охраны.

— Да вот! — Леха ткнул пальцем в экран, по которому Иван Копилкин, пригнувшись, бежал к подвальному окошку.

— Что ж ты сидишь, идиот! — заорал начальник охраны и, ткнув пальцем в красную кнопку тревоги, выскочил за дверь.

Забыв о мониторах и головоломке, возбужденный Леха выскочил вслед за ним.

— Твою мать! — прошептал Костолом, пригибая Мириам и Хосе Мануэля к земле. Они скрывались в промежутке между оградой и увитой плющом садовой беседкой. — Сигнал тревоги. Нас засекли.

— Будем отстреливаться? — с любопытством спросила Мириам.

— Ты что, спятила? Мы с тобой не Бонни и Клайд, чтобы устраивать тут пальбу. Ты вообще сейчас по идее должна терять сознание от страха.

— Почему? — удивленно спросила Мириам. — Я здесь просто за компанию с вами. А вообще я тут ни при чем.

— Умоляю тебя, помолчи! — простонал Гарик.

— Это не за нами! Смотри, они того типа взяли! — радостно оповестила его Мириам, указывая на брыкающегося и отбивающегося Ивана, которого охранники волокли к главному входу.

— Тут везде телекамеры, — сказал Костолом. — Зря мы полезли сюда до темноты.

— Какая разница, — пожала плечами Мириам. — Наверняка здесь ночью все освещается. Просто разбей телекамеры, и все дела.

— Ладно, все равно влипли, — вздохнул Гарик. — Теперь уже нечего терять.

Убедившись, что охранники ушли, он осторожно протянул руку к клумбе, чьи края были декоративно обложены крупной морской галькой, и выбрал несколько камешков поувесистее. Резко размахнувшись, он метнул камень в квадратный глаз ближайшей телекамеры. Объектив разлетелся на куски с коротким приглушенным звоном.

— Здорово ты метаешь камни! — восхитился Хосе Мануэль. — Где ты этому научился?

— В Сибири. Бурундуков снежками с веток сбивал, — лаконично пояснил Костолом.

— Зачем? — удивился журналист.

— Да не нравились они мне. Полосатые, как зэки, и с хвостами. Да и вообще скучно было.

— Понимаю, — кивнул журналист. — Мне тоже иногда бывает скучно.

— Вон еще камера, — сказала Мириам. — Интересно, в нее ты тоже попадешь с первого раза?

— Уж в этом ты можешь не сомневаться, — усмехнулся Гарик, взвешивая на руке очередной булыжник.

Когда волнение, вызванное поимкой Ивана, немного утихло, Леха Мохнатый, вспомнив об обязанностях, с неохотой отправился на свое рабочее место — в комнату видеонаблюдения. К его удивлению, на мониторах больше не было ни садовых дорожек, ни опунций, ни фонтана. Экраны были темными, и по их поверхности нервно пробегали дрожащие светлые полосы.

— Черт! Что за невезение! — выругался Леха. — На пять минут отошел, а тут вся аппаратура сломалась. Явно кто-то вредит.

Мохнатый кривил душой. Отсутствовал он по крайней мере минут двадцать. После недавного конфуза, когда Леха закричал от испуга, чем в очередной раз навлек на себя гнев начальства, он не хотел новых неприятностей. Было очевидно, что вину за погасшие мониторы немедленно свалили бы на него.

— Пойду посмотрю, что там с камерами, — тяжело вздохнув, решил Мохнатый. — Заодно прогуляюсь.

— Смотри! Охранник! — прошептала Мириам, указывая на нескладную фигуру Лехи. — Сейчас заметит, что камеры разбиты.

— Спорим, не заметит! — ухмыльнулся Костолом, с нежностью подкидывая на ладони увесистый камень.

— Куда мы его денем? — спросил Хосе Мануэль, хватаясь за ноги оглушенного любителя головоломок.

— В гараж! — беря Леху за руки и приподнимая его, скомандовал Гарик. — Там стоит бронированный микроавтобус с затемненными стеклами. Будем пока складировать охранников на полу микроавтобуса. Там их не будут искать!

— Ты настоящий Рэмбо! — восхищенно воскликнула Мириам. — Я даже готова забыть, как ты стоял со спущенными штанами в номере Хосе Мануэля.

— Так и забудь! — огрызнулся Костолом. — Это был просто тактический ход для деморализации противника. Лучше режь на лоскуты одежду этого парня, свяжи его как следует и не забудь понадежнее заткнуть ему рот. Чема поможет тебе. А я пойду еще поохочусь.