Преследование праведного грешника - Элизабет Джордж

— В его уме? Вы хотите сказать, что у него были бредовые идеи?

— Нет… скорее, излишний энтузиазм. — Погрузившись в задумчивость, миссис Бейден собирала на зубцы вилочки крошки кекса. Ее следующие слова прозвучали нерешительно: — Ведь не принято плохо говорить о покойных…

Барбара попыталась успокоить ее:

— Вы любили его. Это очевидно. И к тому же вы лишь хотите помочь нам.

— Он был таким добрым мальчиком. Его расстраивало, что он мало чем может порадовать своих друзей и родственников. Вряд ли кто-то скажет вам о нем что-то другое…

— Но… — ободряюще произнесла Барбара.

— Но иногда, отчаянно стремясь к успеху, молодые люди начинают ловчить. Они пытаются отыскать наиболее короткие и прямые пути для достижения желанной цели.

Барбара ухватилась за последние слова.

— Вы говорите о галерее, которую он хотел открыть?

— О галерее? Нет. Я говорю о высоком положении в обществе, — возразила миссис Бейден. — Ему хотелось приобрести авторитет, милочка. Больше, чем денег или богатства, ему хотелось утвердить свое положение в этом мире. Но положение нужно заслужить, вы согласны, констебль? — Она положила вилочку рядом с тарелкой и опустила руки на колени. — Я чувствую себя ужасно, говоря о нем такие вещи. Понимаете, он был очень добр ко мне. Подарил мне на день рождения трех новых зябликов. И цветы на Материнское воскресенье.[26]А как раз в начале этой недели принес новую фортепьянную музыку… Такой внимательный мальчик и очень щедрый по натуре. Всегда готовый прийти на помощь. Он с таким удовольствием помогал, когда мне требовалось завинтить шурупы или сменить лампочку…

— Я все понимаю, — успокоила ее Барбара.

— Просто мне хочется, чтобы вы составили о нем более полное представление. А эти его недостатки, эта излишняя суетность… что ж, он наверняка избавился бы от них, узнав жизнь получше.

— Безусловно, — сказала Барбара.

Если только жажда самоутверждения не была непосредственно связана с его смертью в дербиширской роще.

Покинув Бротон-мэнор, Линли и Ханкен остановились в Бэйкуэлле, чтобы перекусить в одном из пабов неподалеку от центра городка. Заказав фаршированную картошку в мундире (Ханкен) и «Завтрак пахаря»[27](Линли), они обсудили имеющиеся у них факты. Ханкен захватил с собой подробную карту Скалистого края, с помощью которой обычно проверял все свои версии.

— По-моему, убийцу нужно искать среди тех, кто знает этот район, сказал он, тыча вилкой в карту. — Мне трудно представить, чтобы какой-то заключенный, едва освободившийся из Дартмурской тюрьмы, примчался сюда не разбирая дороги, обуреваемый желанием отомстить Энди Мейдену, и убил его дочь. На мой взгляд, это бредовая идея.

Линли послушно склонился над картой. Он заметил, что извилистые туристские тропы покрывают весь этот район, насыщенный природными и историческими достопримечательностями. Скалистый край выглядел райским местом для отпускников и туристов, хотя на его безбрежных просторах легко мог заблудиться излишне самоуверенный новичок. Линли также отметил, что историческая значимость Бротон-мэнора достаточно велика для того, чтобы его обозначили на карте чуть южнее Бэйкуэлла, и что принадлежащие поместью лесные угодья перемежаются с вересковыми пустошами. Как по пустошам, так и по лесу проходило немало туристских троп, и это побудило Линли сказать:

— Род Бриттонов живет здесь не одну сотню лет. Полагаю, Джулиан Бриттон хорошо знаком с этим районом.

— Как и Энди Мейден, — возразил Ханкен. — И он производит впечатление человека, который обожает прогулки на свежем воздухе. Я не удивлюсь, узнав, что дочь унаследовала склонность к путешествиям от отца. К тому же он сам нашел ее машину. Целую ночь таскался по этому чертовому Белогорью и умудрился-таки найти спрятанную машину.

— А где конкретно она находилась?

Ханкен вновь воспользовался вилкой в качестве указки. Между деревушкой Спарроунит и перевалом Винната протянулась дорога, образующая северо-западную границу Колдер-мур. Машину оставили на юго-восточной стороне этой дороги, за каменной придорожной стеной на стороне Перрифута.

— Понятно, — сказал Линли. — Насколько я понимаю, ему чертовски повезло…

Ханкен хмыкнул.

— Да уж, именно чертовски.

— …с обнаружением этой машины. Но удача порой сопутствует нам. А кроме того, он знал привычки дочери.

— Действительно. Он знал их настолько хорошо, что ему не составило бы труда выследить ее, убить и как ни в чем не бывало вернуться домой.

— Но какой у него мотив, Питер? Нельзя повесить вину на человека только на основании того, что он утаил какую-то информацию от своей жены. Эта идея тоже достаточно бредовая. И если даже допустить, что Энди убийца, то кто тогда его сообщник?

— Давайте вернемся к временам его работы в Особом отделе, — многозначительно предложил Ханкен. — Думаете, уголовник, отмотавший срок в «Скрабзе»,[28]откажется подзаработать деньжат, особенно если сам Мейден сделает ему такое предложение да еще лично отведет его в нужное место? — Собрав остатки картошки в кучку, он подцепил ее на вилку и отправил в рот со словами: — Так ведь тоже могло быть.

— Только в том случае, если, переселившись сюда, Энди Мейден стал другим человеком. Питер, он был одним из лучших сотрудников.

— Не слишком-то обольщайтесь, — предупредил Ханкен. — Возможно, он воспользовался своим образцовым прошлым и попросил прислать вас сюда, потому что имел весьма вескую причину для этого.

— Я мог бы обидеться на ваше предположение.

— Да ради бога, — улыбнулся Ханкен. — Всегда мечтал увидеть, как злятся столичные копы. Но если серьезно, вам не стоит всецело доверять этому парню. Излишняя доверчивость порой опасная штука.

— Но не менее опасно предвзято относиться к человеку. В обоих случаях это может привести к губительным последствиям.

— Туше, — признал Ханкен.

— У Джулиана есть мотив, Питер.

— Разочарование в любви?

— Или даже более сильный. Допустим, элементарная страсть. Этакое чувство первобытного собственника. Ревность, к примеру. Кстати, о каком это Апмане он упомянул?

— Я познакомлю вас.

Закончив с едой, они вернулись в машину. Свернули на северо-запад от Бэйкуэлла, поднялись на более возвышенную долину Таддингтон-мур и пересекли ее северную границу.

В Бакстоне Ханкен проехал по центральной улице и поставил машину на стоянке за зданием муниципалитета. Окна этого впечатляющего здания девятнадцатого века смотрели на тенистые лесные склоны с убегающими вверх тропами, по которым взбирались после полудня упорные курортники, стремившиеся попасть к знаменитым термальным источникам Бакстона.