Убийца сейчас on-line - Татьяна Ефремова

– Ты мне ночью смс-ку присылала? – спросила я сурово.

– Ну да… – Ларка явно не ожидала такого холодного приема и сникла.

– А потом зачем отключилась?

– Да не отключалась я. Там связь пропала как раз. А потом уже и поздно было.

– Где это «там»?

– В поезде.

Что-то не ладится у меня сегодня с расспросами. Или я ерунду спрашиваю, или Ларка юлит. Я с надеждой посмотрела на Маришу.

– Она только сегодня приехала, – пояснила та, кипя от негодования. – Она в Питере гуляла. Угадай с кем!

Не было у меня сил угадывать. Я ограничилась вопросительным взглядом.

Мариша встала так, чтобы мне хорошо было видно их обеих, и объявила, почему-то указывая не Ларку:

– С Леонардо!

– Так… как же… он же… – я окончательно потеряла дар речи.

При чем тут вообще может быть Леонардо, если Димыч мне убедительно доказал, что тот не имеет к Ларискиному исчезновению никакого отношения?

Леонардо оказался очень даже при чем. Мариша принялась рассказывать, как обычно перескакивая с пятого на десятое и помогая себе руками. А Ларка добавляла и уточняла там, где понять рассказчицу становилось совсем уж невозможно.

Картина вырисовывалась незамысловатая и очень характерная для нашей взбалмошной подружки.

Лариска, явившаяся – «как дура несчастная», по меткому выражению Мариши – на назначенное свидание, вот уже битых полчаса сидела за столиком «Акварели» и пыталась осмыслить происходящее. По всему выходило, что молодой-богатый-неженатый знакомиться «вживую» передумал. А предупредить об этом забыл. Или не посчитал нужным. В такой дурацкой ситуации Лариска оказалась впервые. Пусть личная жизнь толком до сих пор не складывалась, но кавалеры попадались все-таки обязательные. Уж во всяком случае, на самолично назначенные свидания являлись.

Лариска растерянно тянула через трубочку минералку. Что делать дальше, она не представляла. Мелькнула, конечно, мысль просто встать и уйти – ведь ясно же, что никакого Владимира Коненко ей сегодня не дождаться. Но это значило бы признать свое полное поражение. А это было страшнее всего – признать, что в вопросе устройства личной жизни надеяться больше не на что. Сразу вспомнилось, какой год рождения стоит в паспорте. А вслед за этим, обгоняя друг друга, полезли в голову морщинки вокруг глаз, утренняя бледность, остеохондроз и обострившийся весной гастрит.

В носу защипало, и в самый последний момент Ларка вспомнила, что плакать никак нельзя, потому что чудо-тушь (подкручивает и удлиняет ресницы на триста процентов) имеет подлое свойство растекаться при первой же возможности.

Ну уж нет! Сдаться она всегда успеет. Лариска шмыгнула носом и решила выцарапывать у судьбы хотя бы утешительный приз.

До свидания с Леонардо оставалось еще полчаса. Вполне можно успеть добежать до «Кофемолки». Ларка начала было подавать призывные знаки официанту, торопясь рассчитаться за минералку. Но вдруг представила себя, спешащую изо всех сил в кофейню на это, может быть, последнее свидание. До чего же жалкое зрелище может получиться! Как будто бежит она за уходящим поездом, пытаясь соскальзывающей рукой ухватиться за поручень вагона. А вагоны несутся мимо один за другим. А она все бежит, все тянет руку, и все никак не может поймать ускользающее счастье…

– Ну и черт с ними! – сказала Ларка шепотом, внезапно разозлившись. – Не буду никуда бегать. Обойдусь. Себя надо уважать.

Подскочившему официанту она заказала кофе и набрала номер Леонардо. Пусть лучше он сюда придет. Если хочет встречаться, то какая ему разница, где? Кофе можно и в «Акварели» выпить. Никто, в конце концов, не заставляет его кормить незнакомую девицу ужином. А если не придет – значит, так тому и быть. Это будет самая последняя попытка найти счастье в интернете.

Леонардо неожиданно легко согласился перенести свидание в кафе. Явился, совсем немного опоздав, оказался милым и предупредительным, рассказал массу смешных историй, угостил ужином и позвал прокатиться в Питер.

– И она с ним уехала! – трагическим голосом завершила рассказ Мариша.

– Поехала, – подтвердила Ларка. – А что здесь такого?

– Как это что?! А если бы он оказался маньяком?

Услышав знакомую песню про маньяков, я поморщилась. Если Маришу срочно не переключить на другую тему, мы обречены на длинную лекцию о пагубных последствиях дамского легкомыслия.

– Ларка, а как же он на свидание явился, если у него билет был примерно на это же время? Он никак не успевал в кафе. Слушайте! – благодаря последним событиям, фантазия у меня стала совсем бурная и замысловатая. – А может, это никакой не Леонардо был? Может, это кто-то вместо него явился? А сам этот Леонардо тоже чего-нибудь нехорошее замышлял.

Лариска смотрела на меня с недоумением. Ну конечно, она же про историю с Коненко ничего не знает.

– Что он замышлял нехорошего? В Питер меня свозить за свой счет?

– Но ведь билет, – попыталась я не сдаваться, хорошо понимая, впрочем, что выгляжу сейчас в Ларкиных глазах более чем странно.

– Билет он сдал, – терпеливо пояснила Лариска. – Еще днем. Он решил на поезде ехать – так гораздо дешевле получается. А поезд в половине первого уходит. Мы как раз на него успели. Билеты взяли прямо перед отправлением.

Я слушала Лариску и никак не могла поверить, что главная загадка последних дней разгадалась так просто. Никуда эта мерзавка не пропадала, просто рванула в присущей ей манере навстречу приключениям. На поезд она как раз успела, видите ли! И Леонардо этот тоже хорош. Несерьезный какой-то и непоследовательный. Как раз пара для нашей Ларки. Как второй сапог. Нашли ведь как-то друг друга в миллионном городе.

– Ой, девочки, как же там хорошо! – заливалась тем временем Ларка. – Красота какая! Белые ночи, мосты уже разводят, представляете. И вообще, культурная столица.

– Когда это ты успела там культуры хватануть? – поинтересовалась мрачная Мариша. – Была там всего неделю. В компании пьяных художников.

Лариска небрежно отмахнулась от подруги и вдохновенно продолжала:

– А ребята-художники какие интересные, обалдеть! Ну да, пьют. Но они же не только пьют. У них еще мысли всякие, идеи.

– Идейные алкоголики, значит, – подвела итог Мариша. – Ну а Леонардо-то твой где сейчас? Может, познакомишь?

– Да ну его!

– Что значит «ну его»? – дружно насторожились мы.

– Да он такой зануда, оказывается. Когда трезвый. Пьяный-то ничего – интересный. Поговорить с ним можно. Но когда протрезвеет, такой скучный становится. Вот я и подумала, что же, мне его поить все время, что ли? Это ведь тоже не дело – с алкоголиком жить, правда. Подумала я так, плюнула на него и уехала. А он остался. Зануда!

Мариша картинно всплеснула руками и плюхнулась в кресло. Хорошо, что кресла у них в приемной мягкие. А то не миновать бы Марише ушиба мягких тканей.