Блондинка за левым углом - Галина Куликова

— А зачем?

— Смотрел фильм «Отпетые мошенники»? — короткоспросила Лайма.

— Ну?

— Сейчас мы разыграем сценку из него. Ты будешьисполнять роль Руприхта.

— Есть, — обиженно ответил Медведь и, скрежетнувстулом по полу, поднялся во весь рост.

Лайма тем временем с милой улыбкой на лице материализоваласьвозле столика, за которым ворковали Корнеев и Лариса. Вернее, ворковала она, онже сидел неподвижно, стиснув зубы.

— О, братец! Привет! — воскликнула Лайма, сразу жеопределив свой статус. — Какая встреча! Это твоя девушка? Так познакомь женас!

— Это… Это по работе, — выдавил из себя Корнеев.Было ясно, что душевные силы его истощены. Правую руку он держал в кармане и,судя по всему, незаметно поглаживал там свой микрокомпьютер.

— Лариса. — Соседка Раи Метелицы представиласьсама. — У нас действительно деловая встреча, но мы с вашим братом успелипо-настоящему подружиться.

— А меня зовут Наташа. — Лайма решила не заострятьвнимания на своем латышском папе, чтобы не спровоцировать раскопок их с Корнеевым«родственных» связей. — Я вам не помещала? Или вы еще не закончили сделами?

— Нет-нет, мы уже все выяснили! — прощебеталаЛариса.

— В самом деле? — Лайма сверлила глазами Корнеева.

— Да, мы правда все выяснили, — кивнул он. —И вот теперь… просто кофе пьем.

— Ну, замечательно! Я присяду на секундочку? Только насекундочку. Женечка, ты не забыл, что тебе нельзя задерживаться? Сегодня твояочередь мыть унитаз.

Лариса поперхнулась кофе и прижала к соблазнительным губкамсалфетку.

— И стирка тоже на тебе. Я буду суп варить на неделю.Да, Женечка, я еще купила новое средство с хлоркой, попробуем его вечером,хорошо? — Она повернулась к Ларисе и любезно пояснила: — Запах у нас вквартире убойный!

— У вас что там, собачий питомник? — спросила тасовершенно новым, заметно погрубевшим голосом.

— Ну что вы! — воскликнула Лайма, прижав руки кгруди. — Как вы могли подумать? У нас хорошая, дружная семья!

— А вы не замужем?

— Увы! — Лайма сделала скорбнее лицо. — Доличной ли жизни, когда приходится нянчить родного брата? Он ведь у нас немножкотого…

Корнеев изумленно моргнул, а Лариса выпрямилась на стуле:

— Не понимаю вас…

— Ах, ну я имею в виду, конечно, не Женечку!Конечно! — Лайма всплеснула руками. — У нас есть еще один брат. Мамас папой заимели его слишком поздно. Он родился очень большим и немноготуповатым. С ним не все в порядке. Он… Как бы это сказать? Обделен природой.Кстати, Женечка, я привезла его сюда. Надеюсь, он будет вести себя прилично.

Лариса принялась нервно оглядываться, и Лайма, пальцем указавна Медведя, сообщила:

— Вот он! Наш Ваня.

«Обделенный природой брат» к этому времени уже перепугалвесь персонал кафе, продемонстрировав свое страшное удостоверение и сообщив,что он будет проводить в помещении антитеррористические мероприятия.

— Попрошу с пониманием отнестись к процессу, —сказал он в заключение. — Посетителей незачем ставить в известность.Можете разойтись.

Собранные для беседы официантки разбежались по залу, словновсполошенные белые курочки. Хмурый бармен с пунцовыми ушами, лет двадцати отроду, следил за Медведем пристальным взором. Ему хотелось быть таким же —сильным и храбрым. Носить в кармане пистолет и бороться со всякой нечистью.Однако, к несчастью, он получился у мамы худым, слабым и трусоватым. Нужноработать над собой, качать мышцы, плавать в бассейне. И он хотел этого! Но…Каждый день откладывал начало новой жизни на понедельник, на первое января…

— Самое ужасное, — продолжала тем временемЛайма, — что Ваня не умеет ходить на горшок.

Лариса сглотнула и с отвращением отодвинула от себянедоеденную булочку.

— Подгузники приходится делать на заказ. Ведь он у настакой большой! А иногда и подгузников не хватает. Тогда Женечке приходитсятуго. Ваня ужасно не любит, когда его переодевают, — плюется, кусается…Ларочка, а приходите в воскресенье к нам в гости!

В этот момент Медведь подошел к большой кадке с пальмой,примерился, обхватил лапищей ствол, крякнул и одним рывком вырвал растение изкадки. В разные стороны полетели комья земли и посыпались дренажные камушки.Посетители кафе изумленно оглядывались. Но поскольку персонал не проявлялникакого интереса к происходящему, они пришли к выводу, что так, вероятно, инадо. Медведь с пальмой под мышкой скрылся в туалете. Скорее всего, он воткнулее в унитаз, потому что вернулся с пустыми руками. Нахальная Лайма уже заказаласебе кофе, и теперь все трое молча отхлебывали из чашек, наблюдая за «третьимбратом» практически с одинаковой степенью любопытства.

Внутри Ларисы происходила яростная борьба. Придурочный братКорнеева представлялся ей ужасным препятствием на пути к личному счастью. Носам Корнеев был так красив! Невообразимо красив.

— Скажите, а когда к вам приходят гости, —осторожно спросила она, — вы Ваню куда деваете?

— Как это — куда? — оскорбилась Лайма. — Застол сажаем, естественно. Не в ванной же его запирать. Он же не кусачаясобачка, верно? В принципе, он безобиден. Почти никогда не приходится применятьсилу. Санитаров к нему вызывали только один раз… в этом году… Мы по очередичитали Ване вслух книжку про индейцев, и он, находясь под впечатлением, задумалснять скальп с нашей тети Симы. Сложнее всего было отнять у него нож. Я тогдаочень расстроилась. Ну, и тетя Сима тоже разнервничалась немного… Через месяцумерла. Не думаю, что от нервов. У нее давно уже печень была не в порядке.

Тем временем Медведь подошел к парочке, сидящей за столикомв центре зала, и, ни слова не говоря, забрал у них салфетки, сахарницу, обаменю и пепельницу с окурками.

— Э! — недовольно воскликнул молодойчеловек. — Вы что это? Куда? Это наше! Верните сейчас же!

Медведь свалил, свои трофей бармену на стойку, вернулся и,подняв визжащего молодого человека вместе со стулом, вынес его на улицу.Побледневшая девица окаменела на своем месте и не делала никаких попытоквмешаться. Бармен с индифферентной физиономией протирал бокалы. Официантки сбегающими глазками царапали заказы в крохотных блокнотиках. Кассиршанаклонилась к старшей по залу и заметила:

— Да… Борьба с терроризмом у нас приобретает все болеестранные формы.

Тем временем вынесенный из кафе молодой человек ворвалсяобратно в зал, подбежал к своему столику, плюхнулся на свободный стул и двумяруками вцепился в столешницу.

— Лиза, с тобой все в порядке? Этот псих тебе ничего несделал?

Лиза отрицательно помотала головой.