Золото поступает в слитках - Эрл Стенли Гарднер

Сколько? Я позвоню вам через некоторое время и дам вамзнать… Нет, сегодня же… В час. Позже? Ну тогда в три? Ол-райт, в два часа.

Берта повесила трубку. Вид у нее был ошарашенный.

— Что-то связанное с нашими проблемами? — спросил я.

— Нет, другое. Недавно ко мне приходил один тип, заявил, чтохочет поговорить со мной ровно три минуты. Я согласилась на это. Когда онпревысил время, прервала его. Он думал, что я настолько заинтересовалась, чтоничего уже не замечаю. Но я его встряхнула как следует. Дональд Лэм, чему тыулыбаешься, черт возьми?

— Да так, — вздохнул я и поинтересовался: — Сколько хотятполучить люди, которые продали тебе акцию.

— Откуда ты знаешь о них? Откуда тебе известно, что я купилаакцию? Что ты суешь нос в чужие дела? Шпионишь за мной?! Ты…

— Нет. Я читаю тебя, как открытую книгу. Да и каждый бы догадался,это старый прием в игре вымогателей.

— Как так?

— Ты твердо обещаешь собеседнику, что уложишься точно в триминуты. Далее говоришь все, что тебе требуется, не заботясь о времени. Тот,кого обрабатывают, старается показать, что его не одурачишь. Он следит завременем и не задает вопросов, которые непременно бы задал в другой ситуации.Это безотказный и успешный метод психологического вымогательства.

Берта дважды судорожно глотнула, придвинула к себе телефон,набрала номер.

— Это Берта Кул. Я взвесила все. Я… Ол-райт, приготовьтеденьги. Я сказала — деньги. Мне не нужно никаких чеков — только наличные.

— Сколько они тебе предлагали?

— Не твое дело. Чем ты сейчас занят, черт побери?

— Просто слоняюсь.

— Шутишь? Тебя наняли для расследования убийства, а ты…

— Выбрось это из головы! — перебил я. — Нас наняли для того,чтобы помочь Альте Эшбьюри.

— Что ж, она все глубже увязает в своих проблемах.

— Но мы все еще на работе.

— Ну, так занимайся работой.

— Нам ведь все равно платят за каждый день, к чемуторопиться?

Берта не ответила, но тут же бросилась в атаку.

— Иногда, Дональд, ты доводишь меня до такого состояния, чтоя готова разорвать тебя на куски. Что, дьявол тебя возьми, ты сделал сТокамурой Хашитой?

— Ничего. А что такое?

— Он позвонил мне и сказал, что больше никаких уроков небудет.

— Я подозреваю, что обидел его.

— Каким образом?

Я рассказал о моем пари с Хашитой и обо всем происшедшем вигорном заведении.

— И какое же пари ты ему предложил?

— Пари на пятьдесят долларов…

— Пятьдесят долларов! — воскликнула Берта. — Чьи пятьдесятдолларов?

— Эшбьюри.

Успокоившись, Берта опустилась на стул.

— Так если, ты говоришь, он выиграл, тебе лучше продолжитьуроки.

— Я думаю, что обманул надежды Хашиты.

— Дональд, откуда ты знаешь, что трехминутный регламент —это психологический прессинг для одурачивания клиентов? — переменила темуБерта. — Я никогда о нем не слышала.

— Сколько они с тебя содрали?.

— Ничего они не содрали. Я должна была получить вдвоебольше, чем заплатила…

— Умница. Дожидайся, — сказал я.

Берта окинула меня возмущенным взглядом.

— Все-таки, — пригрозила она, — мне придется тебя уволить.

— Не пугай. Крумвезер предлагает мне сотрудничать с ним.

— Кто, кто предлагает?

— Крумвезер, адвокат.

Берта наклонилась через стол.

— А теперь послушай меня, дорогой. Тебе не стоитвозвращаться в юриспруденцию. Ты знаешь, чем это кончится. Всегда повторяетсяодно и то же. Ты успешно начнешь свою практику, но те длинноволосые бездельники,что вечно околачиваются в барах, всегда найдут к чему прицепиться, и ты сноваочутишься на улице в поисках работы. В моем агентстве у тебя хорошее место инеплохие шансы. Ты можешь заработать…

— Одну десятую того, что имел бы, работая в области права.

— Но у тебя здесь есть будущее, дорогой, и потом, ты неможешь оставить Берту. Берта полагается на тебя.

Я услышал быстрые шаги и взволнованные голоса в приемной.Дверь резко дернули, в кабинет ворвалась Эстер Кларди. Одна из секретаршпыталась преградить ей дорогу.

— Что вы себе позволяете! — возмутилась Берта. —Вламываетесь ко мне без спроса. Вернитесь в приемную, подождите, мне доложат овас и…

— Входи, Эстер, садись вот сюда, — сказал я, поднимаясь ипредлагая девушке кресло для клиентов. — В чем дело?

Я захлопнул дверь перед любопытствующей секретаршей.

— Этот адвокат хотел, чтобы я донесла на тебя, — сказалаона. — Ты должен знать, что я не сделала этого.

— Но ты обещала ему сделать это?

Эстер подняла глаза.

— Да. — И добавила: — Я вынуждена была обещать.

— Послушай, Дональд, — опять вмешалась Берта. — Ты не имеешьправа распоряжаться здесь и приглашать людей в мой офис.

— Она хочет, чтобы ты ушла, Эстер, — сказал я.

Эстер поднялась. Глаза ее опухли от слез.

— Я только хотела, чтобы ты знал, Дональд.

— Ты звонила Крумвезеру ночью?

— Да.

— Зачем?

— Он был моим другом — о, не бескорыстным другом, но он…

— Дональд, решим эту проблему раз и навсегда, — непрекращала своей атаки Берта. — Вопрос не в том, намерены ли мы вообщеразговаривать с этой девушкой.

Вопрос в том, кто хозяин этого агентства. Ты…

— Нам лучше убраться отсюда, — обратился я к Эстер инаправился к двери.

Берта, упираясь изо всех сил в подлокотники своеговращающегося кресла, пыталась выбраться из него.

— Вернись! — крикнула она мне. — Я хочу знать, чтопроисходит, какую ловушку придумал Крумвезер?

Ты слышишь меня, маленький негодяй? Ты вернешься сюда и…

Я открыл дверь, пропуская Эстер вперед. Мы прошли черезприемную мимо двух секретарш, сидевших с разинутыми ртами.

В коридоре я сказал: