Кандидат на убийство - Фридрих Незнанский

«Вот только тигр затравленный какой-то». От Гордеева не укрылась боязливая нерешительность хозяина.

— Вы все принесли? — сквозь зубы процедил Соловьев. Его маленькие, глубоко, посаженные глазки просто-таки буравили Гордеева.

— А я что-то должен был принести? — удивился Гордеев.

Соловьев быстрым движением ухватил Гордеева за обшлага куртки и несильно швырнул об стену.

«Веселенькая встреча получается, сейчас пирогами кормить начнут, и не откажешься», — подумал Гордеев.

— Я сделал как договаривались. Давай сюда материалы… — Соловьев прижал Гордеева к стене и говорил ему прямо в лицо.

«А вот зубки красавчику лечить пора». Гордеева слегка замутило от несвежего дыхания парня. Резким круговым движением, как учили на тренировках, Гордеев избавился от захвата и отшвырнул Соловьева в сторону.

— А что именно вы сделали? — уточнил он.

— То есть? — не понял Соловьев.

— Я спрашиваю, — раздельно и твердо, как на допросе, повторил Гордеев, — что конкретно вы сделали?

Глаза Соловьева чуть затуманились, его лицо приняло вопросительное выражение.

— То, о чем мы договаривались. Вас ведь прислал…

Он осекся. Гордеев не стал спрашивать, кто именно его прислал, зато он быстро отреагировал:

— Значит, все выполнено точно?

— Да… — отозвался Соловьев. — Погодите-ка… Кто вас прислал ко мне?

— Варганов, — просто ответил Гордеев и полюбовался, как лицо Соловьева меняет вопросительное выражение на недоуменное, а недоуменное на просто ошарашенное.

— Кто-о?

— Варганов. Виталий Викторович, — спокойно произнес Гордеев.

— Погодите-ка. Варганов, насколько мне известно, сидит в тюрьме.

— Верно. Вы очень хорошо информированы. Я только что из СИЗО, где находится Варганов.

Соловьев по-прежнему ничего не понимал:

— Так… А зачем вы пришли?

— Понимаете, я Гордеев Юрий Петрович. Адвокат Варганова Виталия Викторовича. Вот мое удостоверение. — Гордеев протянул книжицу Соловьеву.

Соловьев машинально взял «корочки» и внимательно изучил.

— Так о чем вы договаривались и с кем? Насколько я понимаю, это касается моего клиента?..

— Нет. — Соловьев вернул удостоверение Гордееву. — Это вас не касается…

Гордееву показалось, что голос парня звучит неуверенно.

— Погодите-ка. — Гордеев понял, что разговор вот-вот будет закончен, и пытался разузнать как можно больше. — Вы сами сказали мне о каких-то договоренностях.

— Это не касается Варганова, — упрямо повторил Соловьев.

— Но я же слышал собственными ушами!

Соловьев сделал шаг к Гордееву, оттесняя его к лестнице. Гордеев оглянулся и заметил в проеме между лестницами внимательно наблюдающие за ним желтые глаза грозного мастифа.

— Вам показалось, — негромко, но убедительно произнес Соловьев.

— Никогда не страдал слуховыми галлюцинациями, — ответил Гордеев, все больше оттесняемый к лестнице.

— Рано или поздно все бывает в первый раз. А теперь — до свидания!

— Но я бы хотел задать вам несколько вопросов! — возразил Гордеев.

— Всего хорошего, — тоном, не терпящим возражений, отрезал Соловьев.

— Когда я могу снова с вами встретиться?

— Никогда.

— Позвольте, но вы же сами сказали «до свидания». Значит, это свидание когда-то должно состояться! — Гордеев очутился на лестнице.

— Пошел к гребаной матери, — прошипел потерявший терпение Соловьев. — Через минуту будешь еще здесь — познакомишься с охраной.

— Ну что ж, — Гордеев решил, что пора закругляться, — счастливо!

— И забудь сюда дорогу! — Соловьев оттолкнул Гордеева и, убедившись, что тот спускается по лестнице, повернулся и зашагал в свои хоромы.

«Отсутствие результата — тоже результат… — Уже пятнадцать минут Гордеев складной саперной лопаткой пробивал дорогу через сугроб для своей машины. Это физическое упражнение давало возможность поразмышлять над итогами встречи с Соловьевым. — А тут целые залежи результатов… Вот только с чего начать их разработку?»

Гордеев наконец проложил путь для своего авто и убрал лопату в багажник. Пока он сражался с сугробами, мотор успел разогреться. Гордеев без труда покинул снежную ловушку и попытался выехать на дорогу, до отказа забитую машинами. Выпавший снег и вечерний час пик почти парализовали движение.

«Итак, этот Соловьев сделал нечто такое, о чем с кем-то договаривался заранее, причем это касалось Варганова, — размышлял Гордеев, ожидая, когда в потоке машин появится просвет. — Судя по тому, как он изумился, узнав, кто я на самом деле, этот красавчик явно что-то темнит, и прежде всего — в тех показаниях, которые он дал следователю Злотникову. Однако, к сожалению, информации от этого визита крайне мало. Теперь вся надежда на Морозову».

Машины вереницей еле тащились перед Гордеевым, и никто из водителей не хотел пропустить его. Прождав еще несколько минут, Гордеев подал назад и поставил машину на прежнее место, между сугробов.

«Авось до утра с ней ничего не случится… И надо было столько снега перелопачивать!..» — с досадой подумал Гордеев. Он решил добираться до Морозовой на метро.

Клавдия Семеновна Морозова оказалась очень приятной женщиной. Она была невысокого роста, но передвигалась стремительно, несмотря на свою полноту и возраст.

«Мне бы такую энергию в ее годы». Гордеев наблюдал, как Клавдия Семеновна собирает на стол. Постепенно на белой крахмальной скатерти появился большой гжельский чайник, две вазочки с вареньем — клубничным и из айвы, печенье, розетки и чудесные расписные чашки.

Появление Гордеева не стало для нее неожиданностью. Было уже около одиннадцати вечера, когда он добрался до подъезда Морозовой. Гордеев даже хотел не беспокоить даму в такой поздний час и вернуться на следующий день. Но потом решил все же рискнуть и набрал код квартиры. После первого же гудка из динамика домофона прозвучал женский голос. Морозова словно ждала его. Когда Гордеев представился, Клавдия Семеновна нажала кнопку — и замок подъездной двери открылся.

«Седьмой этаж, только лифт не работает», — предупредила Морозова Гордеева.

Из сегодняшнего разговора с Варгановым Гордеев знал, что Клавдия Морозова около двадцати лет проработала главным бухгалтером в «Росспиртпроме», вместе с ним пережила и перестроечную антиалкогольную кампании, и послеперестроечную смуту девяностых. Варганов очень высоко ценил опыт и ум Клавдии Семеновны. Но с годами он с сожалением замечал, что усложняющиеся с каждым годом правила бухгалтерского учета тяжело даются Морозовой. Варганов предложил Клавдии Семеновне оставить должность главбуха более молодым. Морозовой же он предложил стать его консультантом по финансовым вопросам и учету. При этом ее зарплата даже увеличивалась. Эту должность Варганов пробил специально под Морозову. Клавдия Семеновна с благодарностью откликнулась на предложение шефа…