Клетка - Кензо Китаката

— Я не пьян.

Такаги размышлял над тем фактом, что Сугимура и девчонка Овада были убиты разными способами. Если бы их обоих убили одинаково, появился бы шанс, что они просто влипли в какую-то неприятность там, в Тайпее. Но для таких предположений несоответствие слишком велико. У Такаги возникла в голове смутная мысль о том, что всё это значит.

Тот факт, что всё случилось за границей, не облегчает расследование. Возможно, Овада обнаружил Сугимуру и послал кого-то, чтобы устранить его, только вот киллер перестарался и убил заодно и Рейко. Однако это крайне трудно доказать.

Итак, кроме ожидания, ничего больше не остаётся.

Это с самого начала входило в намерения Такаги. Он только приступил к ожиданию, как пришли новости о смерти Сугимуры и Рейко. В ситуации замешан кто-то ещё, и Овада так или иначе будет вовлечён в дело.

— Я начинаю думать, что у меня просто не хватит терпения, — сказал Мурасава.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне кажется, что я не могу сидеть спокойно.

— Да? Ну а я могу. Думаю, что, наверное, из-за этого меня называют «Старым».

— Лично я вас никогда так не называл. Я был вашим напарником в двух третях всех дел, которые вы вели в течение нескольких последних лет.

— А может быть, и больше.

— Когда мы всё время в движении и вы заставляете меня много работать, то мне порой хочется воззвать к вашему милосердию.

Но когда мы просто сидим без дела, я чувствую себя ещё хуже.

— Сейчас нет ничего, что мы могли бы сделать.

— Шеф тоже заколебал. Типичный бюрократ. Никогда не перестаёт думать о том, чтобы создать лишние проблемы своим подчинённым.

— Ты пьян?

— Конечно, нет. А что, вы думаете, будто я такой трус, который и рта не может раскрыть против босса, если не выпил лишнего?

Вообще-то, обычно Мурасава никогда не высказывал недовольства. Когда его просили что-то сделать, он шёл и делал, даже если знал, что это не принесёт пользы.

Такаги снова закрыл пробкой бутылку с бренди. Он взял «Голуаз» и пощёлкал зажигалкой. Высечь огонь с первой попытки удавалось крайне редко.

Лицо Мурасавы сделалось напряжённым. Такаги понял, что он, как всегда, напевает любимый мотивчик. Он знал за собой эту дурацкую привычку. Неоднократно он пытался с ней бороться, но это оказалось даже труднее, чем бросить курить.

— Хочешь сделать для меня одну работёнку, Мурасава?

— Вы отправляете меня на Тайвань?

— Нет. Я хочу, чтобы ты разыскал парня, которого «Марува» послала на выполнение этого заказа. Они прекратили поиски здесь в четверг, а Сугимура и девчонка были убиты в промежутке между вечером в пятницу и утром субботы. Если «Марува» действительно кого-то посылала сделать это, то к настоящему времени он почти наверняка вернулся в страну.

Мурасава кивнул. Но даже если они смогут доказать, что кто-то ездил на Тайвань, то довести подозреваемого до японского суда будет совсем не простым делом. Мурасава знал это так же хорошо, как любой другой полицейский.

— Возможно, у полиции префектуры Сайтама уже есть мысль, кто это сделал. Но даже если и нет, то им не понадобится много времени, чтобы это узнать, — заметил Мурасава.

— Может быть, им потребовался всего один киллер. А если он употребляет наркотики или в чём-то таком замешан, то это ещё лучше.

— Вы хотите его арестовать?

— Просто найди его раньше всех. Не надо впутывать сюда полицию Сайтамы или спецгруппу — только пустая трата сил.

— Понял. Сколько вы можете ждать?

— Чем скорее, тем лучше.

Мурасава встал:

— Только не говорите мне, что вы собираетесь начать работу сегодня вечером.

— Я попрошу отвечать на телефонные звонки до полуночи. Можете не переживать, я не стану звонить до шести утра.

Было почти девять. Действительно, подходящее время, чтобы начать прощупывать бандитскую организацию.

— Звоните в любое время, если хотите. Я и так в последние дни слишком много спал.

На самом деле Такаги устал от постоянного недосыпания. В последнее время он каждый день засиживался допоздна и когда наконец засыпал, то сон его был неглубоким. Однако вставал он как обычно. Выпивка совершенно не помогала. Такаги спал лучше, когда занимался настоящим делом и получал результат. В такие моменты его сон, порой даже короткий, был крепким.

После того как Мурасава ушёл, Такаги достал один из сборников поэзии и понёс его в гостиную. Он решил больше не пить.

Когда зазвонил телефон, было два часа ночи.

— Их было трое, — сказал Мурасава. — Вернулись назад в субботу вечером. Назвались служащими компании «Това Констракшн», направленными в командировку на Тайвань.

Президентом фирмы «Това Констракшн» являлся не кто иной, как Овада, босс «Марува». Всего он владел шестью или семью компаниями: недвижимость, финансы, развлечения и отдых; и они были связаны с более или менее легальным бизнесом. Молодого головореза хоть с какими-то мозгами можно просто нанять на работу в одну из таких легальных фирм, а не в банду в качестве ученика рэкетира.

— Все трое, оказывается, получили на Тайване травмы. И всё в одном и том же месте: они вернулись назад без фаланги мизинца левой руки.

— Думаю, у меня есть мысль. Кого из них ты видел?

— Парня по имени Кобаяси. Из троих самый младший по рангу. Возможно, он наркоман. По крайней мере, я слышал об этом от одного из дилеров. Но он не так уж давно в фирме, поэтому он может не знать о том, что нас интересует.

— Не имеет значения. Если он ездил на Тайвань, то и это уже мне подходит. Где он сейчас?

— Дома. Грязная маленькая квартирка неподалёку от Кавагучи[38]. Я совсем недавно звонил из таксофона прямо перед его домом.

— Ты на машине?

— Нет, я не предполагал, что сегодня ночью придётся работать…

— Хорошо. Я буду там, но поеду немного кружным путём. Дай мне адрес.

Такаги записал адрес и повесил трубку. Он прошёл в спальню и тихонечко, как только мог, достал свой костюм.

— Ты уходишь? — спросила его Марико, приподнявшись на кровати.

Такаги что-то пробормотал в ответ. Все его вещи были приготовлены заранее. Должно быть, она вычислила, что он собирается уйти, когда увидела его у телефона в гостиной.

К моменту прибытия Такаги на квартиру в Кавагучи было уже больше пяти утра. Сев в машину на переднее сиденье, Мурасава начал активно растирать руки и ноги, пытаясь согреться.

— А теперь идём туда и возьмём его, — сказал Такаги.