Профессор, поправьте очки! - Дмитрий Стрешнев

– -Вот всё, чем наше ведомство может вам помочь.

– -Позвольте взглянуть!-потянулся рукой профессор.

– -Там и подземные планы есть?-высказал надежду Чикильдеев.

– -В советское время,-сказал Зашибец, ловко выдернув листки из-под потаповских пальцев,- в КГБ было специальное управление номер пятнадцать, которое занималось подобными делами, но даже у него не было точных карт подземной Москвы.

– -Что же нам тогда делать? Ведь опять с пустого места придется начинать!-закипятился Сева.

– -Старайтесь. Ищите. Люди, вон, придумали, как в космос полететь.

– -А если…

– -Надо через "если",-закрыл дискуссию Зашибец.-В конце концов можно и о Родине подумать.

Может быть впервые в жизни Сева действительно вспомнил о родной стране и на миг задумался: куда скачет она, помахивая, как хвостом, Камчаткой?..

– -М-да…-сказал он.-В общем, конечно… о Родине… а, профессор?

– -Но мы вам ничего не гарантируем!-с вызовом сказал тот.

– -Гарантии должен давать Центробанк,-резонно заметил Зашибец.-Так что не берите на себя чуждые вам функции.

– -И вот еще что,-сказал Сева, вдруг вспомнив Пропавшего Машиниста.-Мы вам будем помогать при одном условии: вы нам достанете крылышки.

– -Ангельские?-усмехнулся Зашибец.

– -Нет, такие… для машинистов метро. Они их носят на фуражке. Мы их обещали тому парню под землей.

– -Гражданину Емелину?-уточнил следователь.-Ладно, достанем крылышки. А в остальном?

– -В остальном всё ясно,-сказал Сева, не удержав вздоха.-Можно идти?

– -Не совсем,-сказал Зашибец, снял трубку и загадочно бросил в нее:

– Пусть войдет.

Дверь открылась, и в кабинет вошел молодой человек таких внушительных форм, что к нему так и тянуло обратиться: "молодой чемодан".

– -Знакомьтесь, это Володя,-представил Зашибец.-Так сказать, маленький нюанс нашего сотрудничества.

"Маленький нюанс" сделал движение головой, как будто воротник рубашки жал ему шею, что было вполне возможно, учитывая размеры шеи.

– -Володя будет вас сопровождать,-сказал Зашибец и поспешно добавил:-В ваших поисках, разумеется.

Лица у Севы и профессора вытянулись эклерами.

– -Извините! Мы об этом не договаривались!

– -Договаривается министерство иностранных дел,-поправил Зашибец.

– -Ну уж нет!-закипел Сева.-Втроем водку удобно пить, а не либерею искать!

– -Не знаю, как вы там поступите насчет водки,-строго сказал Зашибец,-а либерею искать придется втроем. В конце концов я за ваши жизни с этого дня отвечаю головой.

– -Так ведь теперь с первого взгляда дураку понятно, что мы из милиции! Мы так всех преступников распугаем!

– -Дураку понятно, а умному нет,-сказал Зашибец и встал, подведя жирную черту под всем, что было сказано.-Значит, договорились: без Володи – никаких несанкционированных приключений. Он вам скажет свой телефон.

Володя наконец открыл рот и голосом доброго бегемота назвал семь цифр.

– -Рад был, что зашли,-тут же многозначительно сказал Зашибец, которому, очевидно, не терпелось вернуться к своим маньякам и самоубийцам.

– -А бумаги?-напомнил Потапов.

– -Бумаги я вручу вам на выходе,-сказал следователь, не без причин опасаясь эксцентричного профессорского интеллекта.-Одна просьба: в Кремле не шарьте, там и без вас любителей пошарить достаточно. Ищите альтернативные варианты. Желаю удачи!

Очутившись на безбрежных просторах Октябрьской площади, Чикильдеев и Потапов некоторое время бессознательно шли, куда вели ноги, пока не оказались на самом пупке, возле памятника вождю мирового безумия, где присели на гранитные плиты.

– -Ну, спасибо за сюрприз, профессор!-сказал Сева.-Вот уж сюрприз, так сюрприз!

– -Причем здесь я?-возмутился Потапов.-Разве я знал, что мы у милиции на веревочке?

Впрочем, Сева сам сразу же устыдился своей интонации.

– -Ладно, Аркадий Марксович, хватит с нас этой эстетики коммунальной квартиры. Давайте спокойно бросим взгляд в глубины космоса.

– -Я вас понял,-сказал Потапов.-Действительно интересно, что нам перепало из тайных архивов?

Он раскрыл наугад листочки и с присвистом выдохнул, словно после стакана водки:

– -У-у!

Сева вытянул шею, но не увидел ничего, кроме несерьезных каракулей.

– -Вы случайно не кверху ногами держите?-съехидничал он.

– -Не гаерничайте! Это же скоропись шестнадцатого века!

И тут же в припадке ученого возбуждения Потапов пустил свой палец по кривым строчкам:

– -"…об Ивашке Головятове, что тот государев изуфреной опашень надевал на себя с глупа…"

– -Минутку!-нервно перебил Сева, вспомнив, как крепко держался за листки Зашибец и поражаясь следовательской мудрости.-Может не будем разбирать сейчас роль образа дива в "Слове о полку Игореве", а сделаем это в виде домашнего задания?

– -Да-да, после, после…-бормотал профессор, с трудом отрываясь от слова "с глупа".-Всё это надо изучить. В одном Роман Степанович прав: документы той самой, нужной нам эпохи.

– -На то он и следователь, чтобы улики собирать,-заметил Сева, желая лишь одного: поскорее завершить это научное заседание.-Вы разберитесь на досуге, а потом можете изумить меня выводами.

И, страдая оттого, что приходится раскрыть свое тихое прибежище, Сева сообщил Потапову телефон катиной квартирки.

– -Только не звоните очень поздно или слишком рано.

– -Слишком поздно?-беспокойно переспросил профессор, следя не за севиными словами, а за какими-то своими мыслями, петляющими, как сельская дорога.

– -Я имею в виду: когда вы возьметесь за телефонную трубку, чтобы мне позвонить, посмотрите сначала на часы,-терпеливо разъяснил Сева.

– -Да, да,-сказал профессор.-Я вас понял. Конечно, посмотрю сначала на часы.