Повелительница сердец - Татьяна Луганцева

– Мила, прошу! – снова попытался остановить бывшую невесту Зарецкий.

Но та распалялась все больше.

– И из-за кого?! Из-за этой белобрысой русской? Да откуда она взялась?! Выскочка!

– Эмилия, прекрати! – слегка повысил голос Артур.

– Началось… – покачал головой Олег.

– Какие женщины вокруг тебя были! Актрисы, модели, умницы, красавицы… Богини! Почему именно она? Ты мог бы закрутить любую интрижку, и я простила бы тебе все, закрыла бы глаза! Ну зачем тебе понадобилось все рушить?!

Эмилия кинулась бывшему жениху на широкую грудь, молотя по ней кулачками.

Внимание присутствующих было привлечено к их группе, что и неудивительно. У Яны возникло много вопросов по поводу речи принцессы, но она сдержалась, понимая ее состояние. Эмилия же, славно выплеснув всю силу вместе со злостью, лишилась чувств. Артур успел подхватить ее на руки и поспешил вынести обмякшее тело под вздох толпы.

– Друзья, идемте за мной! – попросил он на ходу.

– Больно надо после всех этих оскорблений, – надулась Яна, но на его просьбу откликнулась и пошла следом.

В лица людей Цветкова старалась не смотреть. Не хотелось увидеть сочувствие и интерес, а скорее непонимание и агрессию к своей персоне. Как же, она ведь посмела обидеть национальную любимицу!

– Ой, плохо все закончится… – зашептала ей в затылок Татьяна Павловна.

– Хватит каркать!

– Яна, почему у вас одинаковые платья? Выходит, ты не крала ее чемодан?

– Сама ничего не понимаю… А на Эмилии свадебный наряд очень хорошо сидит.

– Так ты же крупнее намного… Слушай, у меня чувство, что платья абсолютно идентичны. Значит, их два и оба ее? – удивилась профессорша.

– Про запас, что ли, взяла, – высказала предположение Яна. – Решила, вдруг одно потеряется, тогда второе точно останется у нее. Неужто до такой степени хотела выйти замуж? И одно действительно пропало, зато второе-то на ней!

– Только замуж она не выходит, – уточнила ученая дама. – Хоть бы и десять их заказала… А вообще бред какой-то.

– Так что, возвращать платье не надо? – спросила Цветкова.

– Хм, вроде никто его и не ищет… Может, правда себе забрать? – подумала вслух Татьяна Павловна.

Бледная щека Эмилии терлась о плечо Артура. Яна подошла и поправила ее голову.

Народ с почтением расступался, пропуская любимого ученого с не менее любимой принцессой. А вот остальная процессия вызывала недоумение. Но деваться биологам было некуда, они плелись за Артуром.

Конечным пунктом их пути стали шикарные покои, устланные красивыми коврами и уставленные дорогими вещами. Явно, что простым смертным вход сюда был закрыт. Артур положил Эмилию на широкий диван. Та моментально свернулась калачиком – и завыла белугой.

– Все-таки наш человек, не без нервов. Ведет себя, как обычная брошенная баба, – шепнула Яне на ухо Татьяна Павловна, словно радуясь этому открытию.

Госпожа Цветкова снова почувствовала себя очень неуютно.

– Может, мы пойдем?

– Останьтесь, – вдруг произнесла Эмилия.

– Зачем?

– Извините меня, я не должна была так расслабляться, – не отвечая на вопрос, говорила о своем принцесса. – Я ведь не обычная женщина, должна всегда держать себя в руках. Простите меня.

– Ничего… – поежилась Яна. – У вас очень красивое платье.

– Спасибо. Не думала, что услышу это от вас. Честно говоря, оно несколько неординарно для меня. Я бы предпочла классическую модель – из атласа с кружевами, у меня всегда было плохо с воображением. Но меня уговорили на экстрамодную, экстравагантную. Продавщица заверила меня, что я одна буду в таком платье. И она оказалась права – я одна, – горько усмехнулась Эмилия.

– Значит, второго такого платья нет? Даже в другом размере? – уточнила Татьяна Павловна.

– Что вы! Конечно, нет! Оно было разработано для меня, для норвежской принцессы, в единственном экземпляре. – Эмилия перевела полные боли глаза на Артура, и тот опустил голову.

– В единственном экземпляре… – задумчиво повторила Яна, словно пробуя слова на вкус, вес и цвет.

– В единственном, – серьезно подтвердила Эмилия. – И вы, Яна, похоже, тоже в единственном варианте существуете. Очень красивая и неординарная женщина. Вам бы пошло такое платье!

– Спасибо. Только мне мало, – ответила Яна, нисколько не покривив душой.

– Эмилия, а если бы с платьем что-нибудь случилось? – решила пойти до конца профессор. – У вас был запасной вариант?

– В каком смысле что-то случилось? – удивилась Эмилия.

– Мало ли… Потерялось в багаже, порвалось, испачкалось краской… Что тогда?

– Я не рассматривала такие варианты. Мое платье – как музейный экспонат. Нет же двух мумий Тутанхамона или двух «Черных квадратов» Малевича? Так и с платьем… Только теперь это не имеет никакого значения, – с горечью в голосе закончила принцесса.

Татьяна так посмотрела на нее, словно сожалела, что под рукой не имеется детектора лжи.

– Понятно… – протянула Яна. – Мое дальнейшее присутствие становится совершенно бессмысленным, я, пожалуй, пойду.

– Куда же вы, Яна? – Эмилия уже фактически полностью пришла в себя. – Сейчас внизу будет дискотека. Первая часть, официальная, нудная, закончена. Вторая – собственно, бал – тоже. Он необходим для соблюдения правил этикета и традиций. Так что скоро начнется самое веселье. Вы, по-моему, несколько скованны. Я предлагаю отбросить условности, надеть короткие коктейльные платья и оторваться по полной…

– Нет! – в один голос вскрикнули Татьяна Павловна и Яна.

– Ну, хорошо… А почему вы против? Я не предлагаю плохого… У меня прекрасные платья. – Эмилия обиженно поджала губы.

– Не сомневаюсь, – усмехнулась ученая дама. – Но чтобы одеть меня в, прости господи, коктейльное платье, придется распороть штуки три-четыре и сшить вместе. А у Яны… радикулит, ей вообще лишние движения ни к чему.

– У Яны что? – как-то неприлично обрадовалась, услышав о недостатке соперницы, не сведущая в медицине и не очень хорошо знающая русский язык принцесса Норвегии.

– Это не заразное! – сразу осадила ее Татьяна Павловна. – Радикулит – всего-навсего застуженный нерв на спине.

– Ай-ай-ай… В таком молодом возрасте, и уже застужен нерв? Что же так?

«А все же некрасиво ведет себя ее величество», – вздохнула Яна. А вслух сказала:

– У меня славное советское прошлое: выезды на уборку овощей в колхозы в студенческие годы, первомайские демонстрации под дождем да еще походы с песнями у костра. Как тут было не застудить нерв? Никак! Поэтому меня лучше не трогать и не переодевать.

– А я бы привела себя в порядок, – посмотрела на Артура Эмилия. А когда тот дернулся, чтобы выйти, попросила его остаться.