Террористы - Пер Валё

Мартин Бек ждал осложнений, и они начались уже на другое утро.

Эрик Мёллер собственной персоной вошел в кабинет и бросил на стол Меландера пачку бумаг, размноженных фотостатом.

— Вот наши планы ближней охраны, — сказал он. — Все готово. Мы привлекаем четыреста человек, поэтому я вызываю людей из провинции и…

Меландер ждал продолжения, спокойно покуривая трубку.

— …и из других мест.

— Каких других мест?

Мёллер не ответил. Вместо этого он спросил:

— Бек здесь?

Меландер показал черенком трубки.

Мартин Бек, Гюнвальд Ларссон и Скакке находились тут же. Они явно о чем-то беседовали, но замолчали, как только вошел шеф сепо. Мартин Бек и Гюнвальд Ларссон приветствовали его кивком, Скакке нерешительно произнес:

— Здорово.

Как обычно, Мёллер слегка запыхался. Сев на свободный стул, он ослабил поясной ремень и вытер пот со лба относительно чистым носовым платком.

— Возникло новое, хотя и не совсем неожиданное, затруднение, — сообщил он.

— Вот как, — произнес Мартин Бек.

Мёллер достал расческу и попытался усмирить свой непокорный рыжий венчик. Без особого успеха. Наконец продолжил:

— Так вот, нами получены надежные данные из соседних стран, в первую очередь из Норвегии и Дании, что оттуда собираются приехать тысячи организованных демонстрантов. Целые пассажирские составы, но главным образом автобусы. И, конечно, личные машины.

— Вот как.

— Я пришел к вам, чтобы внести серьезное предложение.

— Ага.

— А именно, чтобы нам было разрешено остановить все эти группы на границе и отправить их обратно по домам.

Гюнвальд Ларссон до сих пор молчал. Тут он ударил ладонью по столу и очень громко сказал:

— Нет!

— Итак, я жду разрешения, — невозмутимо произнес Мёллер.

— Ты слышал ответ, — сказал Мартин Бек.

— Я думал, ты здесь начальник.

— Я разделяю мнение Гюнвальда.

— Мне кажется, вы не совсем понимаете ситуацию, — настаивал шеф сепо. — Один Бог знает, сколько у нас будет собственных демонстрантов.

— А он знает? — спросил Гюнвальд Ларссон. — Тогда ты ошибся адресом. Церковь находится на Хантверкаргатан.

— Не одна тысяча, — как ни в чем не бывало продолжал Мёллер. — Всей нашей охране общественного порядка придется засучить рукава. В Норвегии, а тем более в Дании действуют многочисленные левые молодежные организации под видом сторонников существующего правительства Южного Вьетнама и под другими, более коварными и менее приметными личинами. У нас попросту не хватает сил, чтобы еще и с ними управиться.

— Хватит, — сказал Мартин Бек. — Начальник охраны порядка не боится.

— Я тоже не боюсь, — отозвался Мёллер. — Вообще я никогда не боюсь. Но я за то, чтобы дело было поставлено основательно. Мы делаем все, чтобы уберечь сенатора, и я не желаю, чтобы его осаждали фанатические антиобщественные элементы из трех стран. Кстати, план действий сил охраны порядка не внушает мне доверия. Кто гарантирует, что он будет выполнен?

— Мы гарантируем, — сказал Мартин Бек. — Твоя задача, насколько мне известно, обеспечить ближнюю охрану.

Мёллер отпустил ремень еще на одну дырочку.

— Знаю. Наши планы готовы. Я только что положил их на стол Меландера. Возможно, мне понадобится специальный отряд на время церемонии с венком. Когда гость выйдет из бронированной машины и будет особенно уязвим. Но с этим мы справимся. На худой конец, вы мне выделите людей.

— Вот именно, на худой конец, — сказал Гюнвальд Ларссон.

— Но первый вопрос важнее. Я обратился к вам с официальным предложением, вы отказываете. Без обоснования.

— Будут тебе обоснования, — сказал Мартин Бек. — За этим дело не станет.

Он посмотрел на Гюнвальда Ларссона, и тот подхватил:

— Во-первых, твои идеи противоречат нашему пониманию права на демонстрации. Демонстрации разрешены законом.

— Если они проходят мирно.

— В большинстве случаев, когда они не проходили мирно, стычки были вызваны провокациями со стороны полиции. Причем нередко насилие применяла только сама полиция.

— Это неправда, — заявил Мёллер с убежденностью заядлого лжеца.

Ему бы политиком быть, подумал Мартин Бек. Вслух он сказал:

— Мы хотим, чтобы на этот раз вышло иначе. В твоем плане есть еще одна принципиальная ошибка.

— Это какая же?

— Сотрудничество Северных стран предусматривает, в частности, право граждан свободно передвигаться по всей Скандинавии. Это право закреплено в постановлении об открытых границах. Помешать, например, группе демонстрантов из Дании въехать в страну — значит нарушить условия скандинавского сотрудничества, пойти против конвенции Северного совета. Надо ли напоминать тебе, что Швеция подписала эту конвенцию.

— Скандинавское сотрудничество, ха. Оно не мешает нам строить атомную электростанцию чуть ли не в городской черте Копенгагена. Не спрашивая датчан. Когда я был там на прошлой неделе, убедился, что из Северной гавани отчетливо видно атомную станцию в Барсебеке. Даже без бинокля.

— По-твоему, это неправильно? — мягко осведомился Гюнвальд Ларссон.

— Это не входит в мою компетенцию, — ответил шеф секретной полиции. — Просто к слову пришлось, поскольку Мартин Бек тут начал разглагольствовать о скандинавском сотрудничестве.

Он встал и остановился перед Мартином Беком, чуть не касаясь его животом.

— Значит, вы говорите — нет? Я спрашиваю в последний раз.