Змеиный поцелуй - Наталья Александрова

– Ты говоришь – мы были подругами? – повторилаТатьяна и снова желчно рассмеялась.

– Вот так вот, – снова вклинилась в разговор долгомолчавшая Надежда, – делай после этого людям добро – все против тебя же иобернется!

– А ты вообще молчи! – огрызнулась на нееТатьяна, – тебя никто не спрашивает! Путаешься постоянно под ногами…сорвала мне такую замечательную операцию…

– Деточка, что же ты так волнуешься? – проговорилаНадежда с истинно христианским смирением. – Это очень опасно, у тебя жепистолет в руке, как бы он не выстрелил!

Действительно, руки блондинки дрожали крупной дрожью, и пистолетв них ходил ходуном.

– Заткнись! – рявкнула Татьяна. – Вот, свяжией руки! – она кинула Надежде моток толстой веревки.

– Зачем это, деточка? – поинтересоваласьНадежда. – Что ты с ней собираешься делать?

– И с ней, и с тобой, – злорадно усмехнулась блондинка,раз уж ты сама ввязалась в это дело… можно сказать, сама напросилась! Незачембыло соваться в чужие дела! Газовые плиты, они такие опасные! При неосторожномобращении запросто могут послужить причиной взрыва! На месте взрыва найдут дваобугленных трупа… такая печальная история!

– Неужели ты сможешь жить, имея такой груз насовести? – проговорила Надежда, чтобы хоть как-то оттянуть время.

– Прекрати болтать! – прикрикнула на нееТатьяна. – Я сказала – свяжи ей руки, или я прострелю тебе колено! Знаешь,как это больно?

– Но ведь тогда это не будет похоже на несчастныйслучай! – с невинным видом заметила Надежда Николаевна. – Газовыеплиты, конечно, иногда взрываются, но стрелять они точно не умеют!

– Поговори еще! – Татьяна двинулась к Надежде,угрожающе подняв пистолет. – Тебе на все это будет уже наплевать!

Надежда отступила к стене, лихорадочно соображая, что ещеможно предпринять.

И в это мгновение произошло нечто совершенно неожиданное,неожиданное и невероятное.

Больше всего это напоминало внезапно налетевший ураган.

Что-то огромное и мощное ворвалось в квартиру, с легкостьюраспахнув дверь, промчалось через прихожую. Что-то косматое, бело-рыжее,разъяренное влетело на кухню.

Татьяна повернулась к неожиданному противнику, вскинулапистолет, но не успела нажать на спусковой крючок, потому что мощный ударотбросил ее в сторону, распластал на полу, и над ней нависла тяжелая лобастаяголова с большими, красными, грозно сверкающими глазами.

Маленький пистолет, хромированная безделушка, только чтоказавшийся таким грозным, таким внушительным, отлетел в сторону, жалкий иничтожный перед подлинной стихийной мощью.

Тяжелая лапа встала Татьяне на грудь, и из огромной груднойклетки раздалось рычание, больше всего напоминающее работу могучего мотора.

– Арчи! – восторженно воскликнула Надежда. –Арчи, какой же ты молодец! Ты просто герой!

Сенбернар очень выразительно покосился на хозяйку, непокидая своего поста.

Его взгляд как бы говорил:

«Что за странные слова! Ведь спасать тебя это мой долг, этосмысл моей жизни! Какой же это героизм? Спасать для меня – это просто образжизни, это так же естественно, как для твоего рыжего нахлебника Бейсика –ловить мышей или птиц, а для тебя самой – распутывать загадочные истории ипопутно влипать в крупные неприятности!»

– Заберите… своего… зверя… – с трудом проговорилаТатьяна, намертво припечатанная к полу, – я не могу дышать! Он меняраздавил!

– Заткнись! – немедленно отреагировалаНадежда. – Заткнись и лежи тихо, а то прикажу Арчи, и он разорвет тебя начасти. Всякая еще тут будет врываться в мою квартиру и пистолетом размахивать!Тихо, я сказала! И вообще – сенбернары, они такие опасные! При неосторожномобращении могут очень рассвирепеть, и на месте происшествия найдут только твойобглоданный скелет…

– Видишь, Лена, как бывает, – проговорила НадеждаНиколаевна, отвернувшись, – так хитро и тонко продуманное преступлениеразваливается, как карточный домик, под натиском самой простой собачьейпреданности! Еще, конечно, нам повезло, что мы не успели запереть входнуюдверь…

Арчи покосился на нее и глухо, недовольно рыкнул: в словахНадежды ему почудилось легкое неуважение и недоверие к его способностям.

Подумаешь – хлипкая дверь! Если бы между ним и исполнениемсвященного собачьего долга стояла Гибралтарская скала, даже она не смогла быего остановить!

Надежда наклонилась, подобрала пистолет и спрятала в карман,вполголоса проговорив:

– Разбросали тут всякую дрянь… никакого порядка.

Только после этого она повернулась к поверженной Татьяне инедоверчиво произнесла, не столько с вопросительной, сколько с утвердительной иосуждающей интонацией:

– Ведь стоит ему тебя отпустить, ты, небось, снованачнешь строить какие-нибудь коварные планы… а впрочем… Арчи, отпусти ее, а тоеще и вправду задохнется!

Сенбернар недовольно покачал огромной головой: ему казалось,что отпускать эту опасную и неприятную особу очень легкомысленно, но хозяйскоеслово – закон, и он слегка переступил лапами.

Татьяна хрипло вздохнула и отползла к стене, с ненавистьюоглядев своих торжествующих противников.

Надежда ответила ей спокойным взглядом и повернулась к Лене:

– Мы ведь с тобой хотели выпить кофейку. Садись застол, на этот раз, надеюсь, нам никто не помешает.

Надежда Николаевна достала из шкафчика медную турку,засыпала в нее кофе и подошла к плите. В то время, когда она зажигала горелку,Татьяна вскочила на ноги и стремглав выбежала из кухни. Секунду спустя за нейзахлопнулась входная дверь. Арчи вскочил и азартно гавкнул вслед, но не сделалдаже попытки догнать сбежавшую.