Убийство на площади Астор - Виктория Томпсон

Сара ускорила шаг, хотя уже чувствовала, как на теле под одеждой выступает пот. Может, имеет смысл завести велосипед, чтобы в таких вот случаях быстрее передвигаться по городу? Велосипеды нынче стали повальным увлечением, даже полицейские ими пользовались. Это одно из нововведений комиссара Рузвельта, и Сара недавно видела статью в «Таймс», где говорилось, что это подразделение велополиции будет усилено и увеличено. В прессе то и дело появлялись сообщения о том, что некий «человек на двух колесах» догнал и остановил взбесившуюся лошадь, запряженную в повозку, даже не слезая с седла своей машины, хотя это едва ли казалось возможным. Сара как-то с трудом представляла себя на таком комическом сооружении. Может, если б она была моложе и не так беспокоилась насчет собственного достоинства…

Наконец акушерка добралась до жилого дома на Первой авеню, где обитала семья Ярдли. Уилл Ярдли стоял на крыльце перед входной дверью, дожидаясь ее. Он что-то прокричал, когда увидел миссис Брандт вместе с уличным мальчишкой, и поспешно спустился на тротуар, чтобы ее встретить. Он даже взял у нее саквояж и пронес его последние несколько шагов и вверх по ступенькам. Сара еще на улице заслышала плач младенца. Ну, по крайней мере, девочка еще жива, да и силенок у нее немало, если судить по громкости криков.

– Я говорил Долли, что надо бы послать за доктором, но она и слышать про это не хочет, – на ходу сообщил Уилл. – Хочет только вас. Говорит, что только вы сумели уберечь этого младенца от смерти, когда он рождался, и только вы можете сохранить малышке жизнь.

Сара с удовлетворением отметила, что Ярдли, кажется, искренне обеспокоен самочувствием своей маленькой дочери. Возможно, он в конечном итоге смирился с появлением этого младенца. Сара хотела было спросить, что с ребенком, но они уже поднялись на крыльцо, а оттуда оставалась всего пара шагов до квартирки Ярдли.

Сара обнаружила Долли расхаживающей по комнате с кричащим ребенком на плече. Молодая мать была бледной, с всклокоченными волосами и выглядела совершенно вымотанной и измученной.

– Ох, слава богу, вы пришли! – воскликнула она. – Моей девочке так плохо, так плохо!..

– Что с ней? – спросила Сара, забирая хнычущего младенца из рук матери.

– Она всю ночь не спала, все плакала, а я никак не пойму, в чем дело! – Женщинам приходилось кричать, чтобы перекрыть вопли Роузи.

– Грудь берет?

– Да, только от этого ей еще хуже! Пососет немного, а потом сразу снова начинает кричать.

– А до этого она чем-нибудь болела?

– Нет, совсем нет, только плакала! – ответила Долли, сама едва сдерживая слезы.

Сара уложила ребенка на кухонный стол и проверила, нет ли у девочки жара или сыпи. Младенец показался ей очень теплым, но, принимая во внимание жаркую погоду, а также тот факт, что малышка некоторое время пробыла на руках у матери, этого следовало ожидать. Хотя, конечно, у нее мог быть небольшой жар, как при лихорадке. Сара достала стетоскоп, послушала сердце и легкие и, к большому своему облегчению, не обнаружила никаких нехороших признаков. Не найдя симптомов какого-нибудь серьезного заболевания, она пришла к неизбежному выводу.

– У нее просто колики, – сказала она.

– Колики? А что это?

– Резкая боль в желудке. Видите, как она подтягивает ножки к животику, когда кричит? Это потому, что у нее боли в желудке.

– Но откуда им взяться, этим болям? Она ж ничего другого не ест, только грудное молоко! Вы что, думаете, это я ее отравляю? – в ужасе спросила Долли.

– О нет, конечно, нет. Колики – обычная вещь у новорожденных. Никто не знает, почему они возникают, и, к сожалению, никто не знает, как это лечить. Обычно это тянется до шестимесячного возраста…

– Шесть месяцев?!

– …а потом ребенок просто становится более взрослым, и колики пропадают. Поэтому их и называют «шестимесячными коликами».

Долли была поражена и убита.

– Вы хотите сказать, что она будет так орать целых шесть месяцев? Да я ж после этого в «Бельвю» окажусь! – воскликнула она, имея в виду местный приют для умалишенных. – И Уилл отправится туда же вместе со мной!

– Я же не говорю, что ей нельзя помочь, – уверила ее Сара. – Я покажу вам некоторые приемы, которые помогут ей успокоиться, а вам – сохранить рассудок.

Сара показала Долли, как правильно держать младенца на руках, отчего девочка тут же успокоилась. А сама нагрела несколько полотенец и приложила их к ее животу, и истомленный ребенок тут же мирно заснул.

Когда Долли уложила девочку в кроватку, то без сил упала на стул и посмотрела на Сару отчаянным взглядом.

– Не говорите мне никаких лживых слов, не успокаивайте меня, миссис Брандт! Просто скажите, она умрет? Не бойтесь, говорите правду. Я не хочу…

– Да нет же! Вовсе она не умрет! От колик не умирают. Я же говорила вам, многие дети этим страдают. Просто плачут и плачут, а потом, в один прекрасный день, вдруг перестают. Однажды вы проснетесь, а все уже прошло, ребенок здоров, весел и счастлив.

Большие глаза Долли наполнились слезами.

– Вы уверены?

– Совершенно уверена.

Долли схватила руку Сары и прижала к губам жестом одновременно трогательным и застенчивым.

– Ох, миссис Брандт, спасибо, что вы пришли! Я даже и не знаю, что я…

– Не надо, не надо таких благодарностей, я их не заслуживаю. Роузи вообще-то ничем не больна, – пробормотала Сара, осторожно высвобождая руку. – А теперь, думаю, мне следует заняться и другой пациенткой. Вам требуется хороший отдых, Долли, но сперва я вам приготовлю что-нибудь поесть. А потом вам нужно будет поспать, пока ребенок не проснется. Это строгий приказ!

Через несколько минут Долли, успев поесть и улечься в постель рядом с младенцем, уже крепко спала. Сара вышла наружу и обнаружила, что Уилл Ярдли по-прежнему торчит на крыльце. В руке он держал стакан с чем-то подозрительно напоминающим пиво; вид у него был встревоженный и изможденный, такой же, как у Долли.

– Она выживет? – спросил Уилл у Сары.

Сара понимала, что это вовсе не глупый вопрос. Новорожденные в таких многоквартирных жилых домах погибают ежедневно от вроде бы совершенно незначительных недугов. На сей раз акушерка, по крайней мере, сумела вселить в родителей какую-то надежду.

– У нее колики. Ничего особенного, просто боли в желудке, – снова объяснила Сара, стараясь использовать такие слова, какие Уилл мог понять.

– И она от этого не умрет?

– От колик не умирают. – Уж это-то Сара могла ему пообещать. А вот что касается того, что может за этим последовать, – ну, все в руках божьих. – Я зайду к вам завтра, посмотрю, как дела, а сейчас им обеим нужно просто поспать и отдохнуть.

– А доктор может еще что-то сделать?

– Нет, – вполне честно ответила Сара.