Венецианская птица. Королек. Секреты Рейнбердов - Виктор Каннинг

– Да никак не относилась. Это был Гарри.

– Он был первым мужчиной, которого вы любили?

– Да. Ой, еще я гуляла с несколькими мальчиками – но это нисколько не похоже на то, что было с Гарри.

– Он был у вас первым в постели?

К удивлению Гримстера, Лили не смутилась.

– Практически.

– Что вы имеете в виду?

– Ну, знаете, обжималки с парнем на заднем сиденье авто или в парке. Но я никогда не доходила до конца. Вот вы – примерно ровесник Гарри?

– На несколько месяцев старше.

– Вы женаты? Обручены?

– Нет.

– И нет подружки?

Гримстер подвинул пепельницу ближе к Лили и сказал:

– Вопросы здесь задаю я.

Лили улыбнулась.

– Возможно, но вы не вытянете из меня ничего, пока не ответите на мой вопрос. – Прозвучало это кокетливо.

– Нет подружки, – сказал Гримстер. – Расскажите, где и как вы впервые встретились с Гарри?

Вопрос ей понравился – Гримстер сразу это понял; возможно, коснулся важного эпизода в ее жизни и быстрого расцвета ее личности под теплом любви, заботы и внимания Диллинга. Теперь только и оставалось, что короткими вопросами ее направлять. Лили откинулась в кресле, глядя в стену, и озвучивала воспоминания; незамысловатые линии ее жизни отпечатывались на магнитной ленте «Грюндига».

Лили родилась в небольшом городишке Акфилд в Сассексе. Мать – дочка фермера, отец – стюард, работавший в основном на лайнерах «Юнион Касл». У Лили был младший брат, Эрик – он погиб в катастрофе во время ярмарки в парке Баттерси, когда семья приехала в Лондон на праздники. Лили было тогда семнадцать, после недолгого обучения она начала работать за прилавком аптеки «Бутс» в Акфилде. Смерть брата опустошила родителей, их брак превратился в нескончаемые перебранки по поводу долгих отлучек отца в море. Стоило Лили начать припоминать или уйти в сторону, появлялись мелкие подробности. Любимым предметом Лили в школе была математика, так что в магазине было несложно. Когда ей исполнилось восемнадцать, отец с матерью решили перебраться в Британскую Колумбию – там мамин брат держал фруктовую ферму около Пентиктона, и ему требовалась помощь. Лили предложили поехать с ними, но она была вольна остаться в Англии. Фермерское житье ее не привлекало. Вместе с подругой – помощницей парикмахера Адой Лимни – она сняла квартиру и так начала независимую жизнь. Несколько месяцев она была всем довольна. По выходным они с Адой автостопом добирались до побережья, ходили в кино или на каток в Брайтоне; были у них парни, но если пытались распускать руки, Лили умела с ними справляться. «Когда начинали нудеть про серьезные вещи, я их бросала». Потом Ада нашла постоянного парня – она приводила его на квартиру и порой оставляла ночевать; это расстраивало Лили, потому что она чувствовала себя лишней, ее словно выдавливали. В этот момент Гарри Диллинг – он приехал на выходные в гости к другу (Лили не знала и не интересовалась, что за друг) – субботним утром зашел в магазин купить кусок мыла, взглянул на Лили и возжелал ее. Выходные прошли, Диллинг переехал в местную гостиницу. Он встречался с Лили в обед и ждал после работы, чтобы проводить до квартиры. Сначала все это Лили просто смешило. Мужчина гораздо старше влюбился в нее, как юнец, и даже поначалу вел себя так же: таскался за ней до дома, приглашал в кино и пообедать, но вскоре дал понять, что за юношескими предварительными ласками стоит твердое решение получить то, чего он хочет, то есть ее – не ее тело, это все пришло гораздо позже, – ее всю, Лили Стивенс, потому что разглядел в ней скрытый потенциал, который приглянулся ему, и нашел в ее личности что-то для себя важное. В конце концов польщенная Лили начала получать удовольствие, убедилась в искренности Гарри и отдалась в его руки, позволив направлять и формировать ее. Она приняла предложение переехать жить к нему, принимать его заботу, уход и обучение.

– А что вы сказали родителям?

Лили пожала плечами:

– Написала, что пошла к нему в секретарши, а работа требует, чтобы я жила в его же доме. Они, конечно, узнали правду. У них в городке оставались друзья – кто-то им сообщил. Мама прислала мне просто ужасное письмо. Но Гарри помог мне написать ответ, и, знаете, со временем она смирилась. Решила, что он мой жених и мы поженимся.

– А он говорил когда-нибудь, что женится на вас?

– Как раз наоборот. Он ясно дал понять, что не женится. Он не признавал все эти формальности. Мы знали, что оба свободны, что контракт между нами каждый волен расторгнуть, если что-то пойдет не так. Хотя, – Лили улыбнулась, – я об этом не думала и не беспокоилась. У него была куча странных идей, но я знала, что однажды он все захочет узаконить… Я нравилась ему все больше и больше, и однажды он решил бы, что все должно быть по правилам.

Гримстер удивился: Ева управляет Адамом. Он принялся расспрашивать ее об их доме в Беркшире. Диллинг снял обставленный коттедж. Гримстер попросил Лили описать дом, и она в общих чертах описала.

– А в его лондонской квартире вы были когда-нибудь?

– Нет. Я вообще не ездила с ним в Лондон – только в последний раз. Он держал меня в деревне. – Она сказала это без всякой злобы.

– Кто-нибудь из его друзей гостил у вас?

– Нет.

– Вы уверены?

– Конечно, уверена! Во-первых, там только одна спальня. Ну, то есть там есть свободная комната, но в ней нет кровати. Послушайте, Джонни, о чем мы? Это ведь все не имеет отношения к тому… к тому, что вы хотите знать.

– А может, имеет. Скажите, в то утро, перед тем как ехать в Лондон, а потом во Флоренцию, о чем вы договаривались?

– Он сказал, что у него на носу большая сделка, которая принесет кучу денег. За неделю до того он купил мне билет на самолет, заказал гостиницу и вручил примерно четыреста фунтов в дорожных чеках – или двести?.. Я должна была улететь во Флоренцию и ждать его.

– Раньше вы бывали за границей?

– Дважды. Гарри брал меня один раз в Париж на выходные. И один раз – в Берлин.

– Берлин?

– Да. На обратном пути пару дней мы жили в Гамбурге. Германия мне понравилась больше, чем Париж.

– Гарри объяснил, почему вам лучше ждать его за границей?

– В каком-то смысле да. Он не хотел оставаться в Англии после завершения сделки. Мы собирались жить за границей. Он думал о какой-нибудь вилле. И рента за коттедж почти закончилась, и продлевать он не хотел… и мне казалось хорошей идеей – уехать. У меня была своя программа.

– Программа?

– Да, что делать и что посмотреть во Флоренции. Всякие картины, галереи, здания. Гарри составил мне список – часть его образовательного плана для меня. – Лили тихонько хмыкнула. – Тут я немного сжульничала. Я и не собиралась ходить по церквям и глазеть на картины в галереях… все это заплесневелое и мертвое. Но там есть классные магазины. Вот это я купила в «Феррагамо».