Вся правда о небожителях - Лариса Соболева

– Угу, на Рогозина намекаешь.

– На сегодняшний день он самый мотивированный подозреваемый, к сожалению, – вздохнул Артем. – Но прижимать мы его пока не будем, а вдруг не он? У нас есть еще один артист из «хоум видео» – Хацко! К нему сейчас и поедем.

Если сказать – он разозлится, не сказать – будет не по-дружески, и Вовка выпалил:

– Зайди к Софии, я был у нее, она просто убита Ликой…

– Черт! – осатанел Артем. – Она ходила к Софии?! Это же в другом конце… Так я и знал, что Лика притащилась сюда неспроста!

– Они могли случайно встрети…

– Лика ничего не делает случайно! – перебил Артем. – Ха, случайно вышло, что у нее шестой месяц беременности, случайно я оказался негодяем, бросившим ее… Ладно, я – к Софии, а ты жди меня в машине. Ключи держи!

Вовчик на лету поймал связку, а через минуту, не торопясь, закрывал кабинет, спешить-то некуда, базар будет длинным.

Когда свыкнешься с переменами, полюбишь и ждешь их, нарисовав примерную картину сбывшихся чаяний, то любой сбой в программе подобен катастрофе. Не все от тебя зависит – факт, вызывающий протест, но до тех пор, пока не шарахнет по темечку и всем органам чувств, заставляя насильно признать его существование. И тогда приходит растерянность, в голове жужжат десятки вопросов, основной из них далеко не оригинальный, а скорее из арсенала эгоистов: а как же я, что же мне делать? Мне, я, меня, мое – кто живет без этих священных для каждого слов? Исключения составляют герои, совершающие подвиги, жертвующие собой ради чего-то большого, София к ним не относится. Сейчас она очутилась перед дилеммой: как теперь быть?

Он появился внезапно, хотя смешно говорить о внезапности, просто София морально не подготовилась к встрече с ним, а значит, и к тяжелому для обоих разговору. Артем сел напротив и уставился на нее с немым вопросом: ну, что скажешь? Внутри Софии щелкнул переключатель, заводивший злой моторчик. Нет, будто это она сокрыла беременность от него! Чего он ждет? Что она примет эту новость с покорностью овцы? Хорошо, примет. Но сначала – ему слово, в данной ситуации женщина уступит место мужчине. Артему ничего не оставалось делать, как начать:

– Ты сказала Борису?

– Нет. – Фу, не голос, а скрип.

– Почему? – поднял он брови.

Угу, хочет промахнуть щекотливую тему. Не выйдет!

– Почему ты мне ничего не сказал? – Он не понял! Мило. Да нет, все понял. Как большинство мужиков, Артем хотел усидеть на двух стульях сразу, а не вышло. – Я о беременности Лики.

– София, я сам узнал только вчера…

– Вчера?! – Она задохнулась от разочарования в нем. Тут-то в ней и проснулась прапрабабушка Марго: София взбесилась. – Шутишь? Да у нее же срок какой! А ты не видел?! Ездил по зову ее матери спасать свою Лику от депрессии почти каждую неделю, бросая меня одну, и не видел! Слепой, что ли? Или считаешь, что у меня мозгов меньше, чем у курицы?

– Я сказал правду.

И ни на секунду не смутился, не потупился, даже не извинился, а продолжал бессовестно лгать, глядя прямо ей в глаза, как инквизитор! Это запредел.

– Ты обманывал меня, – сказала она сухо.

– Ты знаешь, что это не так! – взорвался Артем.

Нервы у него сдали. Он вскочил, кулаком ударил в стену, затоптался на пятачке. Это уже действительно смешно.

– Я думала, что знаю! Обманывалась, потому что хотела обмануться, а ты мне помогал. И обманывал Лику, вот откуда у нее депрессии. Но при этом ты здорово рассуждал про авторитетную планку, про «можно» и «нельзя». Что ж, у меня тоже есть планка, и ребенок – это очень серьезно. Иди к Лике, беременных не бросают, бегая по бабам.

– И пойду! – рявкнул Артем. – Но не к ней. Плевать я хотел на планки, потому что не верю, что это мой ребенок. Даже если б был моим… Ладно, все.

Да кулаком второй раз по стене – бах, дверью – хлоп, стекла задребезжали в оконной раме… и тишина.

Артем выскочил из здания, прогнал Вовчика с пассажирского сиденья, велев сесть за руль. Сам упал, глаза закрыл, как умер. Вовка догадался, что Лика сделала свое черное дело на пять с плюсом.

– Куда ехать? – осторожно спросил он.

– К магазину, – промямлил Артем. – За водкой.

– А к этому… со странной фамилией не едем?

– Нет.

За водкой так за водкой. Больше Вовка не приставал к нему.

А София, наревевшись вдоволь (хорошо, что никто к ней не заходил с просьбами отпечатать всякую муру), засобиралась… Куда? Домой, к Борьке? К черту его. И Артема к черту. Теперь она будет любить двух мужчин – папу и компьютер. И никаких проблем! К папочке она и пойдет вместе с ноутбуком.

София отправилась пешком, правда, на улице ее опять потянуло на слезливую волну, но она мужественно подавила тягу. Надо отвлечься, думать о сюжете, если получится, не вспоминать об Артеме. Вот змей на лапах, вывернул наизнанку душу… Стоп! Сюжет…

Сюжет – это спасение

– Кажется, тут не до нас, Маргарита Аристарховна, – идя по коридору полицейского участка, заметил Суров.

Она будто не видела суеты, а целенаправленно шла к Зыбину, и попробовал бы кто-нибудь остановить ее. Виссарион Фомич был не в духе, он думал, обхватив голову руками, когда же вошла графиня, сделал слабую попытку встать. Марго, догадавшись, что вставать ему тяжело и неохота, замахала рукой:

– Да оставьте церемонии, Виссарион Фомич, сидите уж.

– А нам привезли еще один труп, – оповестил он графиню.

– Как! – в унисон воскликнули Суров и Марго.

– А вот так-с, – развел он руками в стороны. – Вновь за городом нашли, на сей раз крестьяне. И додумались: погрузили девицу на телегу да в участок прямиком доставили. Впрочем, вряд ли мы обнаружили б улики. Послали за Балагановым и супругой его.

– В таком случае, Виссарион Фомич, – садясь в кресло, сказала Марго, – покуда есть время, расскажу вам любопытную историю, а коли что забуду, так подполковник дополнит. Мне кажется, я нашла причину…

Зыбин, у которого версий вообще не было, прослушал ее внимательно, сейчас самая сумасшедшая идея могла пригодиться. Подполковнику не пришлось дополнять, Марго изложила все дословно и сообщила основания своих подозрений:

– Помню, вы говорили, что из девиц будто нарочно собирали кровь, потому и пятен на них не было, но для чего собирали? Полагаю, дело в этой истории. Медьери поселился в городе недавно, а принимать у себя начал недели две тому назад, не всех водил в тир, не всем рассказывал о графине. Его родственница Лисия, разумеется, в курсе, но живет она в доме Медьери, вряд ли ей удалось бы держать и убивать девушек там без его ведома. А вот помещица Кущева на первом месте. Почему бы ей не вернуть молодость таким же способом?

– Коль из ума выжила, то вполне, – согласился Зыбин.