Дело о коте дворецкого - Эрл Стенли Гарднер

Мейсон посмотрел на него заинтересованно.

— Мне послышалось, дверь спальни была заперта? — заметил он.

— Так и было. Она все еще была заперта утром. Каким образомон ухитрился достать нож — для нее загадка. Она собирается пригласить хорошегопсихиатра. Она хочет лечить дядюшку от лунатизма, но чтобы он не знал, от чегоего лечат, и она намерена посоветоваться с вами, как следует поступить. Онасчитает, что его нужно арестовать по какому-нибудь ложному обвинению, и думаетпосадить его в тюрьму за превышение скорости на дороге. А потом, когдаполнолуние пройдет, он временно будет вне опасности. После она собираетсяувезти его в путешествие, чтобы он сменил обстановку.

Мейсон задумчиво кивнул.

— А если, — сказал он, — этот человек действительно совершилпреступление, находясь в состоянии лунатизма, или совершит таковое — отличнаяпроблема встанет перед окружным прокурором! Закон предусматривает, что убийстводолжно быть совершено с заранее обдуманным намерением, лишь тогда оно являетсятяжким преступлением. Не может быть преступлением то, в чем не былозлонамерения. Предположим, Джексон, этот человек кого-то убьет — ведьобвинители должны будет доказать заранее обдуманное злостное намерение. Они несмогут этого сделать, если человек убил во сне.

— Конечно, сэр, — мягко вставил Джексон. — Будет необходимоубедить суд, что этот человек действительно ходил во сне. Это можно будетсделать, если взять свидетельницей эту племянницу и… Но, конечно, невозможнопредвидеть, как поступит суд.

— Говорите все, Джексон, — потребовал Мейсон. — Есть личто-то подозрительное в этой племяннице?

— Н-н-нет, — сказал Джексон и плотно сжал губы.

Мейсон радостно улыбнулся:

— Дозвонитесь до нее. Я приму ее, как только она сможет сюдаприехать. — Он повернулся к Делле Стрит, все еще улыбаясь. — Заведи папку, —сказал он, — для нового дела. Назови его — «Дело племянницы лунатика».