Девять жизней черной кошки - Лариса Соболева

– Ну и что же они делали? Половой акт?

– Чш! – всплеснула она руками и недовольно поморщилась. – Что ты такое грубое говоришь! Любили они друг друга, потому что лица счастливые были. И дело тут не в одном половом акте, еще в чем-то. Ну, я поняла, что они уже давно встречаются. Случалось, что и в доме ночи проводили, если Василий Романович уезжал.

– А когда их роман начался, до Савичева или после?

– После. С Савичевым она разорвала любовные отношения, как только у нее завязался роман с Науменко. Однажды я слышала, как она ему по телефону говорила, мол, не надо мне устраивать сцен. Мол, посмей только, мне тоже есть, что про тебя рассказать, давай, говорит, разойдемся красиво.

– Может, она это кому-то другому говорила?

– Нет, Савичеву. Юра у них один, а она говорила по телефону: Юрик. Так это ж не все! И с Науменко она порвать пыталась, да! Но тот, как только объявится, так и все ее попытки тю-тю. Очень он ее привязал к себе. Видно, мужское дело хорошо знает, хоть и не интересен лицом. Вот Савичев хорош собой, а только у мужика не это главное. А у тебя чего такое с лицом?

– На войне был. Фугас в машину попал, а я рядом стоял. Можно считать, Наталья Петровна, повезло мне – только обгорел, а так ни единой царапины.

– Бедный. Да что же мы все разговоры разговариваем? Выпить не пора?

– Пора, пора, – подхватил Андрей, наливая ей в рюмку водки. – Наталья Петровна, вы так интересно рассказываете… Значит, с Науменко Лариса счастлива была?

– Ну! Я и потом за ними наблюдала. И он, и она просто на седьмом небе были.

– А Савичев как вел себя? Он наверняка заметил…

– Я ж говорила – угрожал. А когда приходил, ничем себя не выдавал.

– Вы в прокуратуре все это рассказывали?

– Не-а.

– Почему?

– А не спрашивали меня. Что же мне самой лезть с разговором? Да и не хотела я честь женщины замарать. Пусть уж покоится с миром.

– Мне интересно знать, Наталья Петровна, Ваську убили…

– Убили, убили, – подтвердила она.

– Ларису он освободил, ведь отношения у них были неважные. Как же получилось, что она застрелилась?

Наталья Петровна выпятила нижнюю губу и покачала головой: не знаю. Глаза ее наполнились слезами, она вспомнила, как нашла хозяйку в доме, когда явилась убирать:

– Пришла я, хожу по дому и не вижу ее, родненькую. А потом тряпкой елозю по мебели, глядь – а она лежит, красавица моя… Веришь, я так кричала, так кричала… Чего ей взбрело в голову? Богатая, красивая, мужчинами любимая…

– Странно, странно… – вымолвил Андрей задумчиво. – А убить ее никто не мог?

– Да вроде некому. Разве что муж узнал про измену. Но его раньше взорвали…

– А накануне ее смерти вы ничего странного не замечали за Ларисой? Может, с кем-то она встречалась или по телефону вела странные разговоры? Я не могу поверить, что Лариса завершила жизнь самоубийством, она не из тех была.

– Ой, милый! – захлюпала носом Наталья. Впрочем, вполне вероятно, плакала уже не она, а водка. – Ларисочка такая хорошая была. И все у нее было. Зачем она это сделала?

– Вы не ответили. Она вела себя странно?

– Ну да. Нервничала. Все же муж погиб, отец двух деток. И по телефону разговаривала, а вот с кем, не знаю. Все что-то про Василия Романовича говорила, будто он не умер, то есть не погиб, а жив. Я вот думаю, может, она его сильно любила? А с мужиками из мести связалась?

– Вы знаете, кто такая Алла?

– Алла? – Наталья Петровна откинулась на спинку стула, рассматривая Андрея, будто он и есть Алла. – Алла… Алла… это…

– Насколько я знаю, она певица в ресторане.

– Ах, певица… Ну, так, да. Певицу знаю. Любовница Васьки… Василия Романовича.

– Откуда вы ее знаете?

– Так мне Лариса рассказывала. Я как-то застала ее в нервном возбуждении. Спрашиваю: чего, мол, Лариса Олеговна, вы сама не своя? А она мне и рассказала. Нет, не как подруге рассказала, а потому что возмущением была полна. Говорит, ты бы посмотрела на эту б… Пробы негде ставить! Это она так про Аллу. Я и видела ее однажды, да. В доме Ларисы Олеговны.

– Алла приходила к Ларисе? Или к Ваське? – уточнил он.

– К Ларисе Олеговне. Я убиралась на кухне, а Ларисочка пришла ко мне и говорит: «Свари кофе, пожалуйста. Ко мне пришла пассия мужа, посмотри на нее, потом расскажешь мне свои впечатления».

– Лариса вам так доверяла? – с большой долей сомнения спросил Андрей.

– При чем тут доверие? Бог с тобой. Поделиться ей не с кем было, а я ж вроде как своя. Думаешь, Лариса Олеговна не догадывалась, что я про нее все знала? Догадывалась. Но об этом со мной никогда не заговаривала. И я молчала. В смысле мужу ее – ни слова. Когда баба закрутится-завертится, ей хоть где-то душу вылить хочется.

– Ну и что было дальше? Вы сварили кофе?

– Сварила, поднесла. Ничего не скажу, Алла красивая, одета с иголочки, прям картинка. Только Лариса Олеговна красивее, в Алле этой не женский заряд присутствует.

– Как это? – изумился Андрей.

– А это когда в женщине много свободы есть… – подыскивала подходящие слова Наталья Петровна.

– Вульгарная? – подсказал Андрей.

– И это тоже. Ну, ты меня понял.

– Вы слышали, о чем они разговаривали?

– Специально не подслушивала, но что долетело, запомнила. Лариса Олеговна, когда я подала кофе и уже уходила, сказала: «То, что ты спишь с моим мужем, я знаю. И мне на это наплевать. Но предупреждаю: вздумаешь гадить мне, я уничтожу тебя. Пей кофе, милая». Вот и все. Уж что эта самая Алла ответила – не знаю. Я оглянулась посмотреть, как ей слова хозяйки пришлись, а она – ничего, бровью не повела, взяла чашку. Ну, я на кухню вернулась, а через пять минут Алла ушла.

– М-да… – протянул Андрей, потирая подбородок. – Когда это было?

– Алла когда приходила? – переспросила Наталья Петровна и задумалась. – Да не так уж и давно… в декабре. В самом начале декабря, точное число не помню.

– Вы говорили, что с Бубулиным Лариса секретничала. О чем, как думаете?

– Так на Василия Романовича жаловалась. Он советовал ей, как с ним политику вести, уговаривал не бросать его. Да, и такое было! Лариса Олеговна хотела уйти от него, видно, терпение лопнуло. А Бубулин ей сказал: «Ты Ваську сделала, без тебя он не добился бы успехов, а теперь хочешь его готовенького отдать? Круто его в оборот взяли, он слабый, так будь ты сильной. Свое держи крепко».

Андрей взглянул на часы, засобирался. Уже у порога остановился, вернулся к столу, черкнул на листе из блокнота несколько цифр и протянул хозяйке дома:

– Вот мой номер телефона, Наталья Петровна, и если кто-то еще будет интересоваться Васей и Ларисой, сразу звоните мне. Только прошу вас, больше никому не рассказывайте то, что сегодня рассказали мне.